Глава семнадцатая
Глава семнадцатая
Наверное, все же хорошо, что люди придумали телефоны, компьютеры, благодаря которым с другим человеком можно связаться буквально за пять секунд. Но что можно почувствовать, когда в почтовом ящике, помимо свежей газеты и счетов за коммунальные услуги, ты находишь кристально белый конверт, уголки которого даже не смяты неуклюжей рукой почтальона? Сначала тебя поражает удивление, потом интерес и нестерпимое желание узнать, что же таится внутри конверта, каким почерком выведены слитые в предложения слова и какие чувства испытывал отправитель, когда клал в ящик письмо.
Я сидела у себя в комнате, разглядывая белый конверт без подписи, как бы оттягивая момент раскрытия какой-то тайны. Я то вертела его в руках, отыскивая малейшие изъяны на бумаге, то подносила к носу, пытаясь уловить хоть какие-то запахи. Но кроме присущего бумаге специфического запаха, ничего мною обнаружено не было. Обычный конверт, каких сотни рассылают почтовые отделения. Лишь несмело выведенное "Майе" и адрес говорят о том, что внутри находится нечто большее, чем очередное информационное письмо от какого-нибудь надоедливого телефонного оператора, которому оказалось мало еженедельно засыпать абонентов информационными сообщениями на мобильный телефон.
Да и незнакомый почерк. Я не могла вспомнить, чтобы кто-то из моих знакомых так писал: круглые, почти пухлые буквы с многочисленными и даже кое-где неуместными завитушками. И почему-то в голове сразу появились мысли, что это письмо могла написать мне сама Ярослава, так как на данный момент, когда я обладаю уже некой информацией о событиях, предшествующих смерти брата, могу с уверенностью заявить, что ту бумажку, которая вызвала у Димы раздражение, написала именно она. Так почему бы ей не проделать то же самое со мной? Меня тут же охватила злость, но через мгновение я снова ощутила спокойствие и даже разочарование: какой прок писать Ярославе мне, сестре Димы? Она ведь все равно не знает о том, что с ним произошло, благодаря стараниям своей подруги, а значит и не знает о том, что я ее разыскиваю.
Еще немного помедлив, я, наконец, перестаю тянуть резину и вскрываю конверт. В моих руках тут же оказывается двойной листок в клеточку, исписанный теперь уже до боли знакомым почерком в каждую строчку.
Я выдохнула, нахмурилась и принялась читать то, что написал человек, который даже и знать не знал до этого, что такое "письмо".
«Майя, привет.
Ты, наверное, удивлена, что я решил написать тебе письмо… Знаешь, могу тебе сказать, что я и сам никогда в своей жизни не подумал бы, что буду кому-то писать традиционное письмо. Но, как ты и сама прекрасно знаешь, наступают такие моменты, когда по-другому не получается выразить свои чувства; когда кажется, что только бумага и обычные чернила смогут передать тебе то, что я испытываю сейчас.
Столько мыслей крутится в голове, о которых я хотел бы сказать, но, наверное, из всего этого клубка сперва стоит выхватить слова извинения.
Я еще раз прошу у тебя прощение за то, что… в общем, ты и сама прекрасно знаешь, за что. Мне бы очень хотелось, чтобы ты простила и не держала на меня зла.
Ты много раз спрашивала меня о том, почему наши отношения закончились именно так: непонятно и подло, неожиданно. Так вот, я, наконец, отвечу тебе на этот вопрос, но не будем спешить.
Как ни странно, но я очень хорошо помню, когда увидел тебя в первый раз, в пятом классе. Ты показалась мне самой солнечной девочкой из всех, кого я на тот момент знал. И раз уж ты была "солнечной", значит, с лихвой могла одарить меня теплом, которого мне с самого детства не хватало. Ты же слышала, что все человеческие проблемы родом из детства? Я никогда бы и не подумал, что холод со стороны моих родителей может как-то отразиться на мне в будущем. Но, к сожалению, я не смог воспротивиться этому закону подлости.
Так вот, когда мы с тобой стали парой, я напрочь забыл о том, что мне чего-то не хватало в детстве, потому как наши отношения восполняли все то, чего я был лишен. Но я совершенно не мог предположить, что в будущем может произойти вполне ожидаемое событие, которое сможет поменять, ошибочно поменять, мое мнение о других, ни в чем неповинных людях.
Дело в моей матери.
Да, я не всегда посвящал тебя в мерзкие тайны своей семьи, хотя ты догадывалась, что мой папаша не прочь приложить тяжелую руку к лицу своего сына или жены… И, мне следовало ожидать, что мать рано или поздно устанет от такого расклада и к чертям покинет отца. Но я совершенно не ожидал, что она бросит и меня. Да, я не маленький ребенок, чтобы так реагировать на то, что мать променяла собственного сына на другого, совершенно постороннего мужчину. Она, как и отец, всегда была холодна ко мне, ты знаешь. Их обоих интересовали и интересуют только деньги, но все же между мной и матерью была какая-то связь, и в глубине души я считал ее лучшей матерью, несмотря на ее несовершенство. Но никто же не идеален, так? Все мы со своими изъянами, пороками… как будто нам при рождении в мозгу выцарапали те или иные ошибки, которые мы должны совершить за всю свою жизнь.
Моя мать ушла к молодому любовнику, забрав все свои вещи и даже не удосужившись попрощаться. Лишь спустя неделю я все-таки узнал, что с ней и где она. Лучше бы не знал.
И вот, подходим к главному.
Я не знаю, что конкретно произошло, но у меня в голове случился как будто переворот: в одно мгновение мой мир изменился, как и окружающие меня люди, которые так и норовят побольней ударить в спину. Я посчитал, что раз уж родная мать предала меня, то, что стоит другим близким людям еще раз вонзить мне нож в самое сердце?
Майя, я просто хотел избавить себя от боли, которая, как я думал, может наступить в будущем. И только сейчас я понимаю, каким же был глупцом, когда решил, что никому нельзя доверять. Но… уже поздно, не так ли? Я сам совершил предательство, став на место своей матери. Прости, я и сам не мог подумать, что поступки родителей, так или иначе, отражаются на их детях.
Теперь ты знаешь, несмотря на всю сумбурность моих мыслей, что со мной, с нами произошло.
Я уезжаю из города… не знаю, вернусь ли и увидимся ли мы с тобой когда-нибудь еще.
Просто будь счастливой, солнечная девочка.
Р.»
К концу письма меня пробрала дрожь.
Вот и раскрылась тайна нашего непонятного расставания. Меня обуяла грусть и странная тяжесть в груди. Оказалось, что за долгое время наших отношений, я так и не узнала, что на самом деле чувствует Руслан, что лежит у него на сердце.
Он подумал, что я окажусь такой же предательницей, как и его родная мама?
Я долгое время раздумывала над этой мыслью и не могла понять, как можно связать воедино меня и его мать. Но, несмотря на абсурдность данной связи, она все же имеет смысл. Все действительно родом из детства. Что бы с нами не происходило на первых этапах нашей жизни, оно так или иначе может отразиться на нас в вполне осознанном возрасте.
Что бы я делала, как бы себя вела, если бы моя мама бросила отца и меня с братом? Или сам отец ушел бы к другой женщине? Не знаю. Но я точно сомневаюсь, что сохраняла бы спокойствие и не обращала внимания на происходящее. Я бы, как и Руслан почувствовала недоверие ко всем людям, ко всей этой чертовой жизни, так и норовящей побольней отгрызть от тебя кусочек. Наверное, поэтому я ощущаю сейчас лишь жалость и понимание.
Я второй раз перечитываю письмо, уже более внимательно. Сквозь исписанные строки сочится его искренность и любовь ко мне. Руслан, Руслан… И хоть уже нельзя вернуть все обратно как в силу объективных, так и субъективных причин, я не могу не возмущаться по поводу того, сколько всего может произойти за относительно небольшой период человеческой жизни. Несчастье переплетается со счастьем, словно ветки стоящих на слишком близком расстоянии деревьев, как бы уравновешивая друг друга. Темное всегда сопутствует белому, что бы ни говорили люди о безусловной победе одного над другим.
Увы, но здесь идет постоянная борьба, в которой нет победителей и проигравших. А если кто-то все-таки одерживает верх в непрерывной борьбе, то это лишь на время, чтобы набраться сил и продолжить начатое.
Я кладу письмо обратно в конверт и растягиваюсь на кровати. Снова мой взор внимательно дырявит потолок. Если бы кто-то посмотрел сейчас на меня, то точно заметил бы, что в моей голове натужно вращаются винтики, осмысляя, переваривая информацию; раздумывая над вечными вопросами. Я тяжело выдыхаю и прикрываю от усталости глаза. Иногда кажется, что моральная усталость намного сильнее физической. Потому что от второй хоть как-то можно оправиться, поспав часок-другой, тогда как от первой — понадобится значительно дольше времени и то не факт, что тебя "отпустит".
Руслан осознанно выбрал себе новый путь, противоположный моему. Интересно, куда нас может завести? И правда, увидимся ли мы когда-нибудь?
***
На следующий день из автосервиса домой пригнали автомобиль Димы, который был готов уже несколько недель назад. Владельцу автосервиса пришлось объяснить, почему машину все никак не могли забрать, и что вообще случилось. Ведь никто, кроме Димы, в нашей семье не интересовался автомобилями и не имел прав, поэтому возвращение транспорта все время приходилось откладывать. Теперь, когда черная Хонда стояла у нас во дворе, никто не знал, как с ней поступить. Более того, при взгляде на оставшийся без хозяина автомобиль, становилось одиноко и неприятно.
— А впереди еще предстоит бумажная волокита с перерегистрацией машины, — задумчиво отозвался отец, также внимательно осматривающий Хонду. — Потом, может, продадим ее. Или все-таки ты решишь пойти учиться, чтобы получить права…
Я поморщилась при мысли о том, чтобы пойти учиться вождению. Я и педали-то не знала, где какие, не то, чтобы свободно ездить по городу и, не боясь кого-нибудь протаранить. Но с другой стороны, продажа машины тоже никак не радовала меня, ведь Дима так хотел себе личный транспорт, и так рад был, когда, наконец, его заполучил. А мы вот так просто думаем о его продаже. Он наверняка не одобрит это. Поэтому лучше уж я переборю свой глупый страх и получу права. И ничего, что я женщина.