Амр тут же прикрыл себя, пятнистую, детей и нору в кольце камней. А потом тяжело вздохнул.
Посмотрел на Хис.
После того, как он услышал сестру, узнал новости о стае, ему стало немного легче. У него появилась надежда, пока ещё неясная.
Всё действительно может измениться.
5.
Пятнистая вернулась от воды и застала своего полосатого бегающим вокруг камней.
-Что ты делаешь?! С ума сошёл!
-Вовсе нет! – весело закричал он. – Хочу побыстрей восстановиться! Дичь возвращается, как ты не понимаешь! Хочу пойти на охоту! Хочу мяса! И вам оно не помешает!
-Точно с ума сошёл! Нога ещё не зажила! Какая тебе охота? А если там на тебя поохотятся? Это нам гораздо больше помешает!
Он уселся на землю и понурился. Она права, конечно. Как всегда.
-Ну что ты? Не грусти, мой полосатый! Дичь осмелеет и сама прибежит!
Пятнистая села рядом, прислонилась плечом к плечу, нежно погладила его щёку своей щекой, в гладкой короткой шёрстке.
-И зачем она прибежит? Тут же травы нет!
-Трава вырастет! Новая! Первый раз её, что ли, объедают и вытаптывают?
-Пока ещё это произойдёт…
Он ворчал и хмурился, а сам уже нетерпеливо подставлял лоб, темя, шею под её ласки, и гладил подругу в ответ, щекой, плечом, всем телом.
-Мрр?
Она отскочила, игриво взмахнула хвостом, пленительно изогнулась всем телом.
-О-о-о! Ну неужели? Я уж решила, что ты совсем скис! Напрочь забыл про все свои «мрр», забыл про меня!
Он подпрыгнул от нарочитого возмущения.
-Я скис?! Да я уж не знаю, где у меня сильней болит! Это ты на меня никакого внимания не обращаешь! Тебе с рыбой больше играть нравится, чем со мной!
Она фыркнула.
-Почему сразу – рыба? Ещё дети есть! С ними тоже играть можно, раз уж любимый мужчина в твою сторону даже не смотрит!
Он посерьёзнел, глянул на неё со всем пылом, какой ощущал внутри.
-А вот неправда! Я всегда на тебя смотрю!
Пёстрая обратила на него пристальные зелёные глаза. В них ярко горел огонь. Она легла, гибко перекатилась по земле, сладко вздохнула, замерла. Такая маленькая, изящная, хрупкая. Такая прекрасная.
Он подскочил вплотную. Нежно, страстно, осторожно накрыл её тело своим телом. Громко мявкнул, неловко осел рядом, сморщился в бешеной досаде.
-Точно скис, ни на что уже не годен, - хрипло проворчал Амр. В голосе скального звучали боль, стыд и ярость на свою нелепую оплошность.
-Ну, что ты прямо так о себе сразу? Я, например, отлично вижу, что очень даже годен! В полной боевой готовности! Ну-ка, ложись! Попробуем по-другому – я сверху!
-То есть? Что ты такое говоришь? Я не понимаю! Это как? – он настолько изумился, что даже о боли забыл. Об одной из двух.
-Никогда не пробовал что-нибудь новенькое? – глаза её смеялись. – Ну, смотри, сейчас я тебе покажу… Ух, как я тебе покажу за всё своё ожидание! Только держись!..
И вскоре к первым звёздам взвился двойной крик восторга. И снова, и снова, и снова.
А что?
Кроме них двоих и котят, крепко спящих в норе, тут больше никого нет. Таиться не от кого.
Гораздо позже, засыпая, Амр смотрел ввысь.
По темнеющему небу снова промелькнуло что-то маленькое, слишком быстро для крылана. Так быстро, что невозможно разглядеть.
От этого предмета не исходило ничего, ни враждебности, ни дружелюбия.
Через мгновение Амр забыл о нём.
Глава 24
Просто ещё одна
1.
Звездолёт висел над планетой на низкой орбите.
Экипаж выбирал место посадки.
Начальник экспедиции Этаяр Таори ещё раз прокрутил на экранах панораму поверхности, посовещался с инженером Анноло Ткхварене и оглянулся на третьего члена экспедиции, десятилетнюю девочку, дочку.
-А ты что скажешь, Нэкка?
Хинджанэкка Таори важно кивнула со всей серьёзностью.
-Одобряю.
И затем смотрела, как приближается на экранах поверхность планеты. «Летающее блюдце» стремительно пронизало слой облаков, скользнуло над морем, лесами, горами. И приземлилось.
-Вроде все предосторожности соблюдены. Нас никто не видел, на эту пустошь никто не претендует, мы тут никому не помешаем.
Биолог-флорист, он же начальник и пилот в одном лице, Этаяр Таори посадил корабль на голом, безжизненном участке в предгорьях. Здесь не росли ни трава, ни деревья, не было воды. Сюда явно не станут забредать животные, экосистему экспедиция не нарушит.
Совершать вылазки и собирать образцы предполагалось на шлюпке.
Этаяр посмотрел, как дочка перебирает в инфоре снимки, сделанные с орбиты. Флора и фауна планеты была богатой и необычной.
-Ну как? Интересно?
Папа всё ещё не терял надежды сманить её в свою профессию.
-Интере-е-есно, - уныло протянула девочка. – Только они же дикие совсем, с ними не пообщаешься!
Папа сделал строгое лицо.
-Где ты этих слов набралась? Нельзя так говорить! Это неуважительно. Надо говорить – юные цивилизации. Может, и пообщаешься. Зачатки разума у них есть, даже прото-цивилизации образуются, подобия обществ со своей иерархией.
-До цивилизаций там, как до края Вселенной.
-Ано!
-Всё-всё, молчу, дурному не учу. Хотя подобия обществ со своей иерархией и у животных есть. Где точная градация, где чёткие признаки, что эти все тут в будущем непременно создадут развитую цивилизацию?
-Их нет. Ни градаций, ни признаков. Всё расплывчато и неопределённо. Биология не математика.
-Смотря какая математика…
Спор увял. Взрослые занялись делом.
Атмосфера была пригодной для дыхания, лучевая установка позволяла людям и не привнести опасных микроорганизмов в новый мир, и самим не заразиться. Трое членов экипажа прошли санитарную обработку и стали готовиться к первой вылазке.
Инженер погрузил на автоматическую тележку с антигравом тумбы для установки периметра силового поля и выбрался наружу. Но установить ничего не успел.
-Ано, у нас гости! – гулко разнёсся над пустошью голос Этаяра из рупора.
Из ущелья показалось гигантское животное. Похожее на слона или, скорее, на мамонта, с хоботом, бивнями и ушами, как огромные лопухи. Но при этом чешуйчатое, рогатое и шипастое, словно дракон.
Инженер оглянулся, всплеснул руками и побежал обратно к распахнутому люку.
Гигант поначалу был занят тем, что обнюхивал дальнюю тумбу, пытался проткнуть её бивнями, приподнять хоботом, толкал плечом и в результате всё-таки перевернул. Но тут он заметил бегущего человека, и это зрелище бивненосцу не понравилось. Он яростно затрубил, затопал ножищами и рванул следом с такой скоростью, что чуть не настиг инженера.
Анноло прыгнул в тамбур, люк захлопнулся. Четвероногий великан, раздражённо ворча, боднул металлическую пластину крутым лбом, снова затрубил и налёг плечом, грудью, всем телом. Люк устоял, а вот само «блюдце» пошатнулось на опорах.
Зверю это понравилось, он толкнул ещё раз, и ещё. Затем попятился на некоторое расстояние. И взял разбег, стремительно набирая скорость. Как бронированный танк из древних времён, только живой и гораздо более маневренный.
-Он нас опрокинет! Эт, взлетай! – завопил инженер.
-Ещё чего, - проворчал биолог. – Мы даже понаблюдать не успели.
И включил силовое поле корабля.
-Сейчас это милое животное поймёт, кто тут главный в стае.
Милое животное с разбегу врезалось в защитный экран. Невидимая стена спружинила, отбросила воинственного гиганта. Он опрокинулся на бок, обиженно взревел, вскочил и со всех ног умчался обратно в ущелье.
На пустоши воцарились тишина и спокойствие. Но ненадолго.
Из ущелья с тяжким топотом побежало большое стадо таких же чешуйчатых гигантов. Они обступили звездолёт и принялись толкать его, точнее, кокон силового поля. Сначала в одну сторону, затем в другую. Кто-то попытался сделать подкоп, кто-то попробовал взобраться наверх. Разумеется, у зверей ничего не получилось, но не в осаде же людям здесь сидеть.
Пришлось включить сирену, имитирующую крики гигантов. Стадо с паническим рёвом разбежалось.
Экипаж засел в рубке перед экранами, чтобы обсудить происшествие и свои дальнейшие действия.
-М-да, пообщались, - проворчал Анноло.
-Ничего, ещё не всё потеряно!
Этаяр оглянулся на дочку и подмигнул.
2.
-Контейнеры для образцов погружены?
Биолог собирал образцы, семена и саженцы, пригодные для использования при терраформировании. Такова была специализация в профессии Этаяра Таори.
-Да, начальник, - шутливо отрапортовал инженер и друг. – И мои приборы также. Я засёк в горах интересное излучение, надо слетать, посмотреть.
-Хорошо. Соберём образцы растений и прочешем пространство над горами. Сколько мест того излучения ты определил?
-Три, - ответил инженер. Его специализацией были поля, лучи, а также приборы по их обнаружению и анализу.
-На борту за старшего остаётся пилот-стажёр Хинджанэкка Таори!
-Есть, капитан!
И девочка потупилась, чтобы скрыть взгляд.
-Нэкка, не грусти. Я обязательно высмотрю безопасное место, где можно будет и полетать, и побродить, посмотреть на местные красоты.
Нэкка старалась изображать весёлость, чтобы папа не беспокоился. Но провести его было нельзя. Или просто у неё это плохо получалось.
-Да, папа, я подожду.
Она проводила папу и дядю до входного люка, вернулась в рубку, уселась в пилотское кресло перед экранами, включила инструментальную пьесу с виртуозным космическим хангом и стала ждать.
Взрослая жизнь вовсе не такая весёлая, как раньше казалось Нэкке. Особенно у папы и его друга, которого девочка по-родственному звала дядей. Папа – биолог, а дядя Анноло – вообще инженер, узкий специалист по сканерам и анализаторам излучений.
То ли дело папа подруги, артист. Он гастролирует по разным планетам, берёт с собой дочку, и подруга встречает, как и её папа, многих интересных сапиенсов. Правда, эти сапиенсы из давно открытых цивилизаций. А Нэкка мечтает открывать новые.
Но впереди долгая жизнь, и Нэкка обязательно исполнит свою мечту. Она выберет не такую скучную профессию, как у папы. Выучится на этнографа. И обязательно откроет новые, интересные цивилизации.