Я кончаю, как гроза, обрушивая ливень насилия и страсти. Легион следует за мной вплотную, уткнувшись лицом в изгиб моей шеи. Я прижимаю Легиона к себе, пытаясь впитать его тепло, упиваясь его ароматом выжженной земли, полуночного жасмина и огня. Его имя поет в моей крови. Оно вырезано на моих костях. А теперь я хочу, чтобы он был вытравлен по всему моему телу.
Неловкость висит плотным облаком, когда Ли выходит из меня. Холод покалывает крошечные мурашки на моих голых бедрах и заднице, хотя Легион быстро наклоняется, чтобы натянуть мои джинсы обратно на мое тело. Он не смотрит на меня, но я не знаю этого наверняка, учитывая, что я тоже не смотрю на него.
- Проголодалась? - спрашивает он, пока поправляет одежду.
Я приглаживаю волосы и натянуто улыбаюсь ему.
-Нет. Я в порядке.
- Ладно. Мы должны вернуться домой.
Он берет меня за руку, переплетает наши пальцы и выводит из переулка. Хотя он был внутри меня всего несколько минут назад, этот акт кажется мне неловко интимным.
- Иден? - голос явно женский, но хриплый, словно после плача. Или крика.
Я смотрю налево и вижу маленькую худую женщину. Кожа у нее бледная, каштановые волосы длинные и прямые. Ее одежда чиста и опрятна, хотя и ничем не примечательна. Она делает шаг вперед и прикрывает рот хрупкой дрожащей рукой, сдерживая рыдание.
- Боже мой, это ты? Да, это ты.
Легион рефлекторно тянет меня назад, прикрывая мое тело своим.
- Кто ты?
Женщина идет дальше, как будто даже не замечает валуна мускулов, преграждающего ей путь.
- Это было так давно...так давно, девочка моя. Посмотри на себя ... совсем взрослая. Ты очень красивая.
Все связные мысли превратились в пепел, оставляя горький привкус замешательства на языке.
- Спрошу еще раз...КТО. ТЫ. ТАКАЯ?
Краем глаза я замечаю какое-то движение, а затем в поле зрения появляется преподобный Джошуа Харрис, Крадущийся рядом с миниатюрной женщиной, которая смотрит на меня так, словно только что увидела привидение.
- Ее мать, - объявляет он, как раз, когда к нам подбегает дюжина вооруженных, одетых в черное агентов Альянса. - Не двигайся. Я не хочу, чтобы ты пострадала, Иден.
Мы уже проходили это раньше. Легиону потребуется всего лишь секунда, чтобы вычислить, скольких он сможет уничтожить, прежде чем у них хватит здравого смысла отстреливаться. И даже тогда он слишком быстр, чтобы они могли ударить. Он мог убрать их всех, даже не вспотев. Но есть еще и я. И моя мать. Женщина, которая буквально пыталась вырвать меня из своей утробы. Женщина, которая не заботилась о том, чтобы накормить меня, вымыть, одеть. Женщина, которая пыталась утопить меня, чтобы изгнать зло из моей души.
Она плачет, как будто каждый ее грех-это кровавый порез на спине. Я смотрю, как она оседает с мертвым выражением в глазах. Но мне нет дела до ее страданий, так же как ей до моих. И все же ... я не могу смотреть, как она умирает. Хотя она была слишком счастлива, чтобы играть главную роль в моей смерти. Я не такая, как она. Я совсем не похожа на нее.
Моя рука все еще крепко сжимает Ли, и я крепко сжимаю его руку. Когда он бросает на меня свой огненный взгляд, я едва заметно качаю головой. Он может застрелить их прямо здесь; он вооружен до зубов, не говоря уже о том, что он может просто взять один из многих пистолетов, направленных на нас.
Преподобный мягко берет маму за руку чуть выше локтя и медленно ведет ее вперед, туда, где стоим мы с Ли.
- Нам просто нужно поговорить, Иден, - говорит он мне. - Никто не должен пострадать.
- Если ты просто хочешь поговорить, то почему целишься нам в головы? - отвечаю я.
- Просто предосторожность. Репутация твоего дружка опережает его самого. - Преподобный останавливается в добрых трех ярдах от нас.
- Хорошо. Давайте поговорим. Но его отпустите.
- Иден, нет...
- Прости, милая. Ты же знаешь, что я не могу этого сделать. Кроме того, у меня такое чувство, что он не покинет тебя. Особенно после того, как он узнает, что мы можем сделать...с вами обоими.
Я бросаю взгляд на Легиона.
- И что же?
- Твоя жизнь - твоя собственная жизнь, - объясняет преподобный. - Жизнь, которую ты должна была прожить до того, как зло украло ее у тебя. И он может получить ту, которую действительно хочет. Ту, которую он ждал тысячелетиями.
Спина Легиона напрягается, в диком взгляде появляется паника.
- Иден, не слушай его...
Я отвожу взгляд от Ли и обращаю свой жесткий взгляд на Преподобного:
- Как?
- Есть способ... мы уже давно работаем над этим, чтобы помочь тебе. Спасти тебя. Посмотри, как мы преобразили твою мать, - с гордостью говорит он. - Всего несколько месяцев назад она была так накачана антипсихотиками, что даже не могла назвать нам свое имя. Теперь она полностью выздоровела без зависимости от наркотиков. И она готова начать все сначала...с тобой.
- Это правда, - кивает мама. - Мне уже лучше. И мне так много нужно наверстать, детка. Мне очень, очень жаль.
- Нам обоим - добавляет Преподобный. - Но теперь ... мы снова можем быть семьей. На этот раз мы все сделаем правильно.
Семья. Жизнь. Все это похоже на сон.
На глупый, лживый сон.
- А если я не пойду с тобой.
Преподобный вздыхает так, словно даже не представлял, что я откажусь от его предложения любви и близости.
- Ну ... мы все равно возьмем твоего демона-компаньона. Боюсь, что не смогу гарантировать его безопасность. Надеюсь, мы сможем решить эту проблему. Я хочу, чтобы ты была счастлива, Иден. Просто позволь нам помочь.
Легион сжимает мою руку, привлекая мое внимание.
- Прикажи им, - цедит он сквозь зубы. - Сделай это, Иден. Сейчас.
Это было бы так просто, честное слово. Я могла бы проникнуть в голову преподобного и заставить его приказать своим людям опустить оружие.Или, может быть, натравить их друг на друга. Я уже держала в руках не один разум, может быть, я смогу удержать их все. А что потом? Заставить их напасть друг на друга?
Или засунуть ствол пистолета себе в рот и нажать на спусковой крючок?
Нет.
Не могу.
Потому что я так хочу. Я так сильно этого хочу. Я хочу напрячь свои ментальные мышцы и причинить им боль только потому, что могу. Я хочу показать им всем, что это я такая сильная. Это меня они должны бояться. И по этим причинам я знаю, что для меня есть только один выход.
- Я пойду с тобой, - говорю я. - Но ты отпустишь его.
Преподобный улыбается, полностью игнорируя протестующий крик Ли.
- Рад это слышать, Иден. Но ... мне очень жаль.
Тошнотворный треск стали о кость пронзает мой череп насквозь, звук звенит в ушах, словно петля смерти. Легион падает прямо передо мной, его безвольное тело складывается, как карточный домик. Я кричу в тот самый момент, когда что-то проходит над моей головой, заглушая мои крики и мешая мне видеть.
Но я все еще чувствую его запах.
Кровь.
Крови и жимолости.