Глава 68
Глава 68
Нас хватились на исходе третьего дня. К тому времени мы настолько прижились в этом алькове, что я начала подтрунивать над Эндером, когда он не сразу откликался, ел руками, ходил голый, объясняя это тем, что он совсем одичал, не понимает человеческую речь, а только ест и размножается. Брюнет рычал, гоняясь за мной. Ловил и наказывал, по словам Эндера, единственным возможным для меня способом. Что опять же трактовалось в пользу теории Эндеровой деградации. Разобиженный паладин, так и неодевший штаны, решил доказать обратное и начал читать стихи. Свои вперемешку с чужими. Я сидела, поджав ноги и слушала, как в красивых звучных сильных строчках плакала и радовалась чужая душа. Передо мной раскрывались тайны этого мира. Я взлетала под облака и спускалась на морское дно. Переживала жаркую как огонь любовь и холодный мороз предательства. И вечный, бесконечный как космос, плач по несбывшемуся. Когда он закончил, повисла звенящая тишина. Такая неестественная и пугающая. Я почувствовала, как по щекам струятся слезы.
— Эндер, у меня слов нет…
— Это мои и Асториса. Он погиб на задании, — севшим голосом произнес Эндер, отвернулся, нашел одежду и принялся натягивать брюки.
Я не пыталась вытирать слезы, внутри вновь зашевелилась злость на императора, следующего заветам отца и безжалостно ломающего жизни талантливейших соплеменников. В двери настойчиво застучали. Я успела завернуться в покрывало, когда вошедший Андрес, потеснив Эндера, передал приказ от Тика через час быть у него.
* * *
Я оглядывала свою комнату, которую покинула три дня назад, с чувством, что меня здесь не было много лет. Сброшенная одежда, знакомые безделушки и украшения казались чужими. А воспоминания о проведенных с Эндером днях яркими и живыми. Расставшись всего полчаса тому, я уже тосковала по ставшему родным запаху, бережно обнимающим сильным рукам, размеренному стуку сердца под который привыкла засыпать.
Как же быстро привыкаешь к хорошему. Неужели я влюбилась? Вот так за три дня прикипела к почти незнакомому мужчине? Но он так похож на Гаролда! Или потому что он похож на Гаролда? Нет, но он именно такой, каким бы я хотела видеть Гаролда. Не чокнутого фанатика, а заботливого мужа.
Я задумалась, застыв посреди комнаты и разглядывая приготовленное горничной платье. Мысль о том, что меня ждет Первый Хантар пришла в голову, когда до назначенной встречи оставалось четверть часа. Не слушая стенаний Руты по поводу синяков, поинтересовалась местонахождением принцессы. Получила полный отчет о веселой поездке Рокси и Стефа в соседний город на карнавал, я быстро приняла душ, оделась в приготовленное платье, убрала под золотую сетку с сапфирами волосы и понеслась в кабинет Хантара.
Тик и Эндер негромко обсуждали что-то, склонившись над большим бумажным листом, лежащим на столе.
— Наша новая сердцеедка. Приветствую, шесса Суриэль! — кинул на меня неодобрительный взгляд Тик. — Когда брал вас во дворец, надеялся, вы своим благоразумием положительно подействуете на принцессу. А получил дуэль двух лучших паладинов. Нехорошо, шесса, на два фронта играете. Задурили голову обоим и в сторону.
Я ожидала чего угодно. Вернее нагоняя, что оставила принцессу без присмотра, и та укатила на циклоходе в другой город, но только не этого. Обвинять меня в чувствах взрослых мужчин, которые сами ведрами разбитые женские сердца черпают, просто смешно. Так я и заявила Тику.
— М-да, шесса, я забываю, что вам всего восемнадцать, и вы воспитывались в обители. Не удивительно, что вы мало что понимаете в мужчинах, — устало покачал головой Тик, потерев ладонью шею. — Рауль три дня тому тут в чувствах к вам признавался. Узнав, что Эндер остался с вами, на дуэль его вызвал. Кто бы мог подумать, что у него такие чувства! Пришлось на задание отправить, хоть и не совсем его профиль.
— Повезло вам, паэр Тик. Мне он гадости говорил, всякие мерзости предлагал. О чувствах и речи не было, — я гневно сопела, сложив руки на груди.
— Вот-вот, я и говорю, не понимаете мужчин, — вздохнул Хантар, разглядывая воинственную меня. — С Раулем ясно. А что же у вас с Эндером?
Мой воинственный пыл тут же испарился. Я опустила руки, отвернулась к окну, боясь встретиться глазами с брюнетом, и закусила губу. Я же не Рауль, чтобы в чувствах при всех признаваться. Тем более не зная, как сам Эндер ко всему относится.
— Что же вы молчите, шесса, — Тик насмешливо поглядывал на мое смущенное лицо.
— С паэром Эндером… мы не выясняли отношений, — нашлась с ответом.
— Что вы скажите, Эндер? — Тик обратился к брюнету, и я замерла, ожидая ответа, как приговора себе. — Или вам тоже нужно вначале выяснить отношения?
— Я бы предложил обручальный браслет шессе Суриэль, если бы она не была замужем, — просто ответил паладин.
Растерянно хлопая ресницами, встретила его прямой взгляд. Радость ярким фонтаном брызнула, смывая все сомнения. Я ведь не была уверенна в его чувствах. Сейчас хотелось обнять его и поцеловать, но было неловко из-за присутствующего Хантара.
— Рад за вас обоих, — прочитав мои эмоции на лице, усмехнулся Тик, кивнул на пару кресел и грузно сел. — А теперь садитесь, разговор будет долгий.
Эндер усадил меня, подвинул кресло и сел рядом, завладев рукой. Тик, заметив это, хмыкнул, но ничего не сказал. Глядя на меня тяжелым взглядом начал издалека.
— Разведка донесла, прекрасная княгиня Дорант, что в вашем княжестве не все спокойно. После вашего побега, Пресветлый начал репрессии ваших родственников. Десятки родовитых и безродных, у кого проявился цветок оквиты на теле были увезены людьми князя в неизвестном направлении и предположительно заморены голодом. Спаслись немногие. Дети Бодирода, его родной брат и сестра. Сейчас они в Таймерии. По другим данным в княжестве ведется усиленная добыча минерала окавита. Кроме твоего рода других «сияющих» на том континенте нет. Но добытого минерала хватит, чтобы лишить магии целую армию «сияющих». Князь Дорант готовит вторжение в Таймерию. Этому есть еще доказательства.