Глава 3
Меньше всего я хотела оказаться в квартире Каллагана. Я даже не предполагала, что когда-нибудь сюда приду. Стены, диван, ковёр... чёрт возьми, всё вокруг было или матово-чёрным или глянцево-чёрным. И на самом деле, выглядело очень даже хорошо, и можно было пристраститься к такому разнообразию чёрного.
- Впечатляет, - пробормотала я, бросая сумку и скрещивая руки на груди, а затем с раздражением добавила: - Но зачем я здесь, не понятно. Я не стану рожать тебе ребёнка, и мы даже не попытаемся.
- Чёрт возьми, Эри, скажи это уже, - усмехнулся он, наблюдая за тем, как я краснею.
- Ты не трахнешь меня, придурок, - возразила я, сквозь ком в горле. - Что случится, если Артур придёт ещё раз.
- Он больше никогда не придёт, - резко ответил он
- Он бессмертный, - сказала я, отворачиваясь, чтобы посмотреть на древние портреты, висящие на стенах, но что-то во взгляде Каллагана остановило меня, и я посмотрела на его руки, а затем снова в глаза.
- Даже мы можем умереть, - проговорил он, и я моргнула.
- Твой меч?
- Несёт смерть любому, кто нарушит клятву Ордена рыцарей, - тихо произнёс он. - И прежде чем ты решишь, испробовать его на мне, уверяю, ничего не выйдет.
- Даже не думала, - хмуро проговорила я, переключая внимание на сцену средневекового сражения. Рыцарь сидел верхом на огромном боевом коне. Я всмотрелась в забрызганное кровью лицо рыцаря, оценивая способность художника запечатлеть сходство с реальностью. Каллаган вскинул руку с мечом, целясь на врагов, которые бесстрашно скакали на него, а знамя гордо развевалось позади Каллагана. Турки воевали против рыцарского ордена?
- Румыния, - заметил Каллаган. - Когда турецкая империя вторглась туда, мы были там и помогали другим бежать, прежде чем всё стало совсем плохо. К сожалению, это битва - отвлекающий манёвр, чтобы дать народу сбежать.
- Не лезь ко мне в голову, - отрезала я.
- И не пробовал, - заверил он. - Твоё миленькое личико ничего не скрывает, и это мне тоже в тебе нравится. Ты не таишь то, что у тебя на сердце. Уже поздно, пошли спать.
У меня сердце подпрыгнуло к горлу, а ладони вспотели, когда я неловко хлопнула ими друг о друга, и заговорила, повернувшись к Каллагану:
- Вот на этой фразе я и ухожу.
- Эри, за тобой охотятся. Ты не сможешь выбраться из этого, не выбрав будущее. Я вижу, как у тебя в голове вертятся шестерёнки, но уверяю, тебе бежать некуда, спрятаться тоже негде. Мы тебя всегда найдём.
- Тогда, покажи, где я буду спать, - проговорила я, меняя тему разговора на что-то, отчего не хотелось с криком рвать на себе волосы.
- В моей кровати, со мной, - ответил он.
Ладно, от этого тоже хочется с криком рвать волосы.
- Ничего подобного.
- Я только что убил паладинов, защищая тебя. Я нарушил правила, чтобы обезопасить тебя. Ты сегодня спишь со мной, чтобы завтра, когда я вернусь в орден, от меня пахло тобой. Ты не должна заниматься со мной сексом, но завтра, когда я сдамся, скажу, что ты готова предоставить мне доступ к своему телу, чтобы зачать ребёнка, и это не будет ложью.
- Я тебя не просила об этом, - тихо указала я, с бешено колотящимся о рёбра, словно желая вырваться из их клетки, сердцем.
- Нет, но мысль о том, что он изнасилует тебя, мне не понравилась, - признался Каллаган. - Меня нельзя убить моим мечом. Так что ты можешь выбрать. Я дам тебе время и безопасное место для принятия решения, а завтра тебя отведут к моему отцу, и ты либо скажешь ему, что выбрала меня, либо тебя посадят под замок, пока ты не сделаешь то, для чего была создана.
- Ты сдашь меня после того, как убил своих людей, чтобы они не изнасиловали меня? - спросила я.
- Ни черта не раздумывая, - спокойно ответил он, но в глубинах его глаз вспыхнул огонь.
Я с трудом сглотнула комок в горле. Могу ли дать ему то, что ему нужно? Чего он хотел? Я лучше других знала, что происходит, когда рыцарь нарушает правила ордена, но Каллаган зашёл ещё дальше. Он спас меня и тем самым нарушил самый главный закон: никогда не заноси меч на своих братьев. Если я не соглашусь, Каллаган точно умрёт. Я могла бы пережить это, но не собиралась. Я не позволю ему умереть за то, что он спас меня. Я погашу долги и заставлю его чувствовать себя полным дерьмом
- Ладно, - произнесла я. - Но для начала должна освежиться в ванне.