— Какая красота, — произнёс Лео и притянул меня к себе спиной, его голова покоилась на моём плече.
Стрекоза порхала над водой, слегка будоража голубую манящую водную гладь. Это место было только в нашем распоряжении. Поддавшись внезапному порыву, я улыбнулась. Наглая девица вступила в силу.
Я повернулась в его руках и невинно заморгала, глядя ему в глаза.
— Оставайся на месте, — проинструктировала я, ткнув указательным пальцем в его грудь. Глаза Лео зажглись любопытством. Казалось, ему очень хотелось спросить, что я задумала, но он сдержался, позволил мне править баллом.
Я рывком сбросила вьетнамки, отправив их прямиком к близлежащему дереву. Моя белая майка полетела следом. Глаза Лео сузились, едва он узрел крошечное красное бикини в белый горошек, которое не совсем успешно скрывало моё внезапное возбуждение. Сняв шорты и оголив ещё одну часть тела, я была приятно удивлена, заметив, что выражение лица Лео с выжидающего сменилось на удовлетворённое.
Я развернулась на 180 градусов и стала приближаться к воде, с загадочной улыбкой обернулась через плечо и увидела, что Лео замер на месте с такой же улыбкой на лице. Он сжал руки в кулаки, когда увидел, что я потянула за лямку верха бикини и предстала обнажённой перед небесами, окружающей природой и стрекозами. Крошечные треугольники съехали по моей разгоряченной коже прямо к камням и грязи. У Лео перехватило дыхание. Он сделал крошечный шаг вперед прежде, чем осознал, что делает. Он позволял мне задавать тон, казалось, он наслаждался каждой секундой происходящего.
Я сделала шаг к воде. Услышала, что Лео тоже шагнул за моей спиной. Едва коснувшись кончиками пальцев воды, я задрожала. Учитывая время года, мне казалось, вода должна была быть теплее, но она была ощутимо бодрящей тело и заостряющей соски.
Я постепенно, всё глубже и глубже заходила в воду, прохлада охватила голени, колени, на уровне середины бедра я остановилась и снова обернулась взглянуть на Лео. Мы будто играли в игру Красный свет-Зелёный свет. Чем глубже я заходила в воду, он всё ниже и ниже спускался по камням ближе к воде. Когда я останавливалась, он тоже замирал на месте. Когда я обернулась в последний раз и позволила ему украдкой взглянуть на то, с чем близлежащие деревья были хорошо знакомы, он так резко остановился, что даже расставил руки в стороны, чтобы не потерять равновесие и не упасть. Господи боже, если голая грудь может произвести такой эффект на взрослого мужчину, что будет когда я…
Я взялась за завязки трусиков по бокам и потянула.
Я и раньше видела, что Лео умеет двигаться быстро, но сейчас, казалось, он собирается побить все возможные и невозможные рекорды по раздеванию и заходу в воду. Джинсы и боксеры он снимал одновременно, одна нога застряла, единовременно он пытался снять ещё и ботинки.
Коснувшись ногами воды, Лео вздрогнул, но ни на секунду не остановился. Он был в рубашке, похоже, о ней напрочь забыл. Потом всё же сорвал её с себя и бросил за спину, она, мокрая, плюхнулась на камень.
— Не стоит тебе так дразнить бедного парня, Рокси, — предупредил он и так быстро и сильно прижал меня к себе, что вода между нами взметнулась вверх, намочив его лицо и ресницы.
Теперь мы были тесно прижаты друг к другу, очень мокрые и совсем голые, он ещё раз внимательно меня осмотрел. Создавалось впечатление, что он хочет меня съесть смакуя. Я бы с удовольствием ему это позволила. Лео мокрой ладонью коснулся моих волос, от нежного прикосновения мои веки сомкнулись. Я прильнула к нему, была не в состоянии что-либо сделать с широченной улыбкой на лице. Я распахнула глаза, часто заморгала из-за яркого солнца, удовлетворённо вздохнула.
Он уж было наклонился меня поцеловать, но в ту же секунду что-то жужжащее пролетело мимо моего уха. Всё мое тело превратилось в камень. С Лео произошло то же самое, не в хорошем смысле. Но та его важная часть тела всё ещё прижималась к моей ноге.
— Рокси, не обращай внимания. Сейчас она улетит, — уговаривал Лео, пытаясь отогнать пчелу.
— Не могу. Все пчелы — придурки, — произнесла я сквозь стиснутые зубы. Я попыталась сбежать, но Лео крепко меня держал: одной рукой за ягодицу, другой — за шею, для верности. Я пыталась дышать. — Такое чувство, что как только я захожу в лес, они сразу же посылают друг другу сигналы: «Рокси здесь! Рокси здесь! Она голенькая прямо в воде и пытается придаться любовным утехам с Альманцо. Давайте-ка сцапаем её!»
— Тебе правда так сильно нравится Альманцо?
— Ты себе даже не представляешь насколько. Помнишь ту серию, когда Нелли Олсон хотела приготовить ему его любимое блюдо, курицу с корицей. Но Нелли не умела её готовить, поэтому она попросила об этом Лауру. Только вот Лаура ненавидела Нелли и заменила корицу на красный стручковый перец, — бормотала я, зарыв голову в грудь Лео и пытаясь погрузить нас обоих в воду.
— Что? Корица? — смущённо спросил Лео, почти потеряв равновесие, ведь я стала карабкаться по его животу, он почти согнулся пополам.
— Ты же сказал не обращать внимания, вот я и не обращаю. Она уже улетела?
Я никогда не узнаю, что Лео хотел ответить, потому что в поле моего слуха попала не только пчела номер один, но и её родственница, пчела номер два.
— До скорой встречи! — прочирикала я и ушла под воду, только Лео меня и видел. Извиваясь, я ушла ко дну, где эти придурочные пчёлы меня не достанут. Я проплыла какое-то расстояние под водой, затем вынырнула на поверхность и увидела, что Лео машет руками, пытаясь отогнать пчёл, а затем снова погрузилась в воду, теперь уже набрав полные лёгкие воздуха.
Какое-то время эти действия повторялись: я выныривала из воды в разных местах, Лео пытался со мной разговаривать в те 2.2 секунды, что я была на поверхности, а затем снова уходила под воду. Я решила переждать опасность там. Лео и так и этак, тщетно пытался определить моё местоположение. Я же, как дельфин, вынырнув и набрав достаточно воздуха в лёгкие, снова скрывалась под водой. Бедный парень, он играл, ну, в ту игру, помните, где нужно бить молотом по выскакивающим фигуркам, с умалишённой владеющей уникальной техникой удерживания дыхания под водой. Между вдохами я улавливала обрывки его фраз.
— Рокси они…
— … улетели, ты можешь…
— Ради бога, Рокси, ты можешь…
— Блин, Сахарная Горошина, может ты…
Только Сахарная Горошина подействовало на меня. Так было всегда. Я подплыла к нему ближе и даже под водой я была загипнотизирована Лео. Я не смогла удержаться и какое-то время рассматривала его. Он запустил руки под воду, схватил меня за плечи, покрепче за меня ухватился и вытащил из воды.
— Улетела? — быстро спросила я, когда он поставил меня на ноги. Лео быстренько схватил меня под коленки и обернул мои ноги вокруг своей талии.
— Улетела, — ответил он, и постепенно отнёс нас на глубину. — Что ты со мной делаешь? — спросил он, деликатно удерживая мое лицо ладонями, а вот с губами он был не таким деликатным. Казалось, Лео весь горит, потерял над собой контроль. На его вопрос я ответила действиями. Мы потерялись в друг друге, тела слились воедино. Кожа пылала даже несмотря на то, что мы находились в ледяной воде. Ощущения были райскими, похотливыми, неосознанными.
Такими интенсивными, что мы не заметили старшеклассников на каменистом берегу с полотенцами в руках… и ухмылками на лицах.
٭٭٭
— Не волнуйтесь миссис Монтгомери, две дюжины капкейков будут готовы к вашему пикнику на День независимости. Вы хотите, чтобы все они были с вишней и ликёром или… Хорошо, могу сделать несколько с черникой. Да, с вашей стороны это будет очень патриотично. Вишня, черника, сверху я добавлю немного ванильного сливочного крема. Все цвета нашего флага. — Я всё записала, подсчитала стоимость и время на приготовление. Морковный торт, который я готовила для миссис Олсон, произвёл фурор. И я была главной темой разговора на званом обеде в дамском клубе. Все хотели кусочек меня. То есть моего торта.
Раздался звон колокольчика над входной дверью, я обернулась через плечо, увидела Лео и улыбнулась ему.
— Вот ты где, — шепотом произнёс он, увидев, что я разговариваю по телефону. Он аккуратно поставил пакеты на барные стулья у стойки, затем поставил руки на стойку и подтянулся на них, будто собирался начать упражнения на гимнастическом коне, и уселся попой на выщербленную рабочую поверхность. Склонившись ко мне, он три раза быстренько чмокнул меня в губы, чуть отодвинулся лишь чтобы увидеть мою улыбку, и снова приблизился для четвёртого поцелуя. Я чуть трубку не выронила из рук, ведь губы Лео с моих сместились на шею. Я задрожала от удовольствия. Моя шея продолжала получать внимание его губ до тех пор, пока он не увидел пустую витрину для десертов.
Лео так удрученно на меня посмотрел, что мне пришлось подавить смешок и написать в блокноте, где писала заказ для миссис Монтгомери: «Я оставила тебе черничного пирога». Восторг осветил его лицо, как лучи восходящего солнца. С этим парнем было так легко. Я подняла палец вверх, говоря, что мне нужна минутка, и он кивнул.
Лео заглянул в витрину с десертами и узрел там крошки, остатки глазури и несколько заблудших ягодок черники. Балансируя на одной руке, будь он гимнастом, то точно получил бы высшие баллы от судейской коллегии за врождённую силу. Лео открыл крышку витрины и слопал крошки, при этом лукаво улыбался. И что вы думаете он предпринял дальше? Стал целовать мою ключицу своими сахарными и «крошечными» губами, я стала дышать довольно часто, практически задыхаться, и всё это прямо в трубку телефона.
— Что миссис Монтгомери? Да, да, извините, я вас слушаю. Здесь просто… что-то…
Лео ухмыльнулся, снова подтянулся, перемахнул через стойку и теперь сидел прямо передо мной. Я же предпринимала попытки продолжать вести разговор. Лео был твёрд в намерении продолжать меня целовать. Он давился от смеха, покусывал, посасывал мою кожу от плечика до ямки на ключице, а потом его рука спустилась вниз по моему животу. С широко открытыми глазами я покачала головой, говоря «нет». С широко открытыми глазами он кивнул, говоря «да». Лео слез со стойки, присел передо мной и стал целовать мой животик, ловко пробравшись под передник, расстегнул мои шорты и запустил руку ко мне в трусики. Я за это время не успела даже вдохнуть. И прямо сейчас Лео непосредственно вторгался в мой разговор по телефону, ведь его рука непосредственно вторгалась в мои трусики, и … ой…