Глава 23
Костик закутался в одеяло с головой. Вставать вообще не хотелось. Нахера он вчера так напился? Теперь батя весь мозг выест.
Уже лежал полчаса, мучился воспоминаниями про вчерашнее. С бухлом нужно завязывать. Вот как теперь к Варьке подступиться? Твою мать, а если она Стасяну стуканула? Это все, пиз…, дорога закрыта.
Нет, так не пойдет. Он так не хочет. Стасян вроде как в Батайск (что же это за название-то такое) ухать должен. Может, еще вымолить прощение получится. Даже отца попросит, чтобы тот перевёл его в гимназию, где будет Варька учиться.
Потом фантазия быстро нарисовала ему картинку, как он стоит и целуется с феей, и какие у нее мягкие губы. Черт. Нет, лежать он больше не хотел. Отбросил одеяло, вскочил, натянул штаны. Взял телефон. На дисплее красовалась цифра в двадцать пропущенных вызовов, половина из них была Викина. Бля, еще с ней объясняться. Он же ей вчера все доходчиво втолковал. Тогда он еще не был так накачан спиртным. Че звонить-то надо было? Вот она и правда тупая.
То ли дело — Варя. Вчера, как птичка, везде суетилась, когда они с Викой пришли, а потом друзья ее подъехали. Время было шесть, она позвонила своему Стасу, светилась, как солнце. Ждала его. Костик в этот момент просто ненавидел его. Почему Стас, а не он? Все подарили ей подарки. Костик лично ничего не покупал, Вика выбирала. И выбрала туалетную воду, дура. Он ей прямо в магазине хотел сказать, что от Вари и так охрененно пахнет, но тогда еще не знал, как закончится вечер. Если бы знал, то обязательно сказал бы.
Варя тем временем всех благодарила поцелуем в щеку, и когда очередь дошла до Костика, он уже приготовился. Но Варька просто сказала спасибо и ВСЕ! Именно после этого он напился. Из-за того, что она его проигнорила, из-за неудовлетворенного желания почувствовать ее губы на своей коже, он опрокидывал стакан за стаканом…
В голове зашумело. Твою ж мать.
Он прошел на кухню. Батя с кем-то разговаривал по телефону, и видон был у него серьезный. Брови нахмурены. Видно разговор не из приятных.
Костик открыл холодильник. Боржоми, спасательная бутылка. Он открыл ее и выпил залпом почти до дна.
— Варин парень разбился, — сказал отец, положив трубку.
Костик закашлялся. Даже к мойке подбежал, чтобы сплюнуть остатки. Повернулся к бате.
— Вчера вечером фура его сбила, говорят, насмерть.
У Костика не было слов. Как так? Только день назад приехали с Родоса, прощались за руку.
— Офигеть, — только и смог сказать. — А Варька? Варька знает?
Почему-то именно сейчас он представил ее себе. Ее карамельного цвета глаза, которые…
«Бедная моя фея».
Ему срочно нужно было себя куда-то деть.
— Да, она в больнице. Ника… Вероника, — поправился отец, — с ней. Она упала в обморок и еще пока не пришла в сознание. Нужно позвонить Никите Петровичу, пусть постараются, помогут.
Ага, знал Костик этого Никиту Петровича. Это лучший друг отца, главврач областной больницы.
— Может, я к ней съезжу? — спросил Костик как-то по-детски.
Отец окинул его недобрым взглядом.
— В том состоянии, в котором тебя вчера привезли из клуба, мне бы вообще стыдно было показываться ей на глаза, — рубанул.
И Костику на самом деле было стыдно.
— Но, может…
— Костик, давай, знаешь, что, не лезь на рожон. Я понимаю, что ты запал на девчонку. Но мне кажется, ей сейчас не до тебя. И мне тоже, — ответил отец тоном, не терпящим возражений. — Вероника просила еще найти его родителей. Мне столько нужно задействовать людей. Будь добр, не мешайся, хорошо?
Костика начало злить обращение к себе, как к маленькому.
— Пап, хорош, я че, ребенок? И давай это я решу сам, — сказал и пожалел. Но слова не вернешь обратно.
— Пока ты здесь, будешь делать то, что скажу я. А я тебе сказал, что бы к Варваре на пушечный выстрел не приближался. Понял?
Таким тоном Илья еще ни разу не разговаривал со своим сыном. Костику даже показалось, что если он будет ему и вправду перечить, слова перейдут в дело.
— Я понял, — зло ответил он.
В этот же день Костик уехал на другой конец Анапы. К матери. А еще через два — на соревнования по серфингу.