АДАМ МИЛЛАРД
АДАМ МИЛЛАРД
«В ОБЪЯТИЯХ ПАРАЗИТОВ»
Adam Millard, “Parasitic Embrace”, 2012 ©
Тяжело и прерывисто дыша, Аманда не отводила глаз от экрана телевизора. Сначала ей даже показалось, что она ослышалась. Как такое вообще возможно? Такого никогда раньше не случалось — по крайней мере, на её памяти. Так почему это должно было произойти теперь?
Диктор перешла к следующему сюжету, хотя было очевидно, что слова, которые она только что произнесла, поразили её ничуть не меньше, чем Аманду. В голове Аманды проносились тысячи мыслей в секунду. Нужно кому-то позвонить. Неважно, кому. Мама сейчас в деревне, вряд ли она вообще слышала это предупреждение. Днём она редко включала телевизор.
Может быть, она слушала радио.
Это было вполне возможно, но Аманду это предположение не успокоило. Она сняла трубку и набрала номер матери. Несколько секунд ей казалось, что вряд ли она возьмёт трубку. Её сердце бешено колотилось в груди, а желудок совершал такие сальто, что недавно съеденный завтрак то и дело грозил выйти наружу. Когда мама, наконец, сняла трубку, Аманда с облегчением выдохнула.
— Да?
— Слава богу, мама! — выпалила она. — Это очень важно!
Раздался нервный смешок, после чего голос пожилой женщины на другом конце линии произнёс:
— В чём дело, дорогая?
— Мама, ты не смотрела телевизор? То есть… по радио ничего не передавали?
— Ты же знаешь, Аманда, — ответила её мать, — я терпеть не могу весь этот вздор. У меня есть книги, и этого мне вполне достаточно.
Аманда обмякла и прислонилась к стене. Она не заметила, что провод телефона натянулся так сильно, что ещё сантиметр — и он выскочит из аппарата.
— Мам, в Испании произошло извержение вулкана, очень сильное, и говорят, что скоро…
Смех матери на другом конце линии перебил её.
— Аманда, ты звонишь мне лишь для того, чтобы предупредить о вулкане, который бог знает где находится? Нас с Испанией разделяет океан.
Аманда сердито продолжала:
— Я звоню тебе не для того, чтобы рассказать о грёбаной лаве! — выпалила она, стараясь держать себя в руках, хотя это удавалось ей с трудом. — В новостях сказали, что к нам идёт огромное облако вулканического пепла, оно достигнет Англии уже через шесть часов.
Мать Аманды молчала, по-видимому пытаясь осмыслить информацию, которую дочь только что сообщила ей.
— В прошлом году уже было что-то похожее, да? — спросила она и, не дожидаясь ответа, добавила:
— Я это помню. Все авиарейсы отменили. Это был какой-то кошмар.
Аманда вздохнула:
— На этот раз всё намного хуже, — сказала она и ничуть не преувеличила. Хаос в аэропортах был наименьшей из всех бед. Ведущая новостей сказала, что облако чёрное, такое чёрное, каких мы раньше не видели. Извержение вулкана Тейде было настолько сильным, что практически мгновенно стёрло с лица земли все ближайшие деревни. До этого не было никаких предупреждений, никакого шума изнутри вулкана, который обычно бывает перед извержением; даже малейшей сейсмической активности, которая дала бы местным жителям хотя бы шанс эвакуироваться, не заметили.
И это только начало. Через шесть часов облако достигнет Англии и, если верить предупреждению, которое Аманда только что слышала в новостях, единственное, что можно сделать, — это оставаться дома и сохранять спокойствие.
Когда Аманда, наконец, повесила трубку, спокойствия в ней не оставалось ни капли.
***
В 2:27 явился пьяный Пол. Она его не ждала и совсем не хотела, чтобы он ошивался рядом, источая запах алкоголя, но он, по всей видимости, был не на шутку обеспокоен из-за облака, так что Аманда налила себе и ему кофе и решила дать ему шанс выговориться. Это было справедливое решение: они встречались четыре года, а расстались всего полгода назад.
Он сел напротив, держа чашку кофе дрожащими руками.
— Мне просто нужно было с кем-нибудь поговорить, — сказал он, глядя на неё влажными глазами. — Из-за всей этой хрени с долбаным облаком мне постоянно кажется, что всё вокруг не имеет смысла.
Она поняла, к чему он клонит, и решила опередить его:
— Мы давно расстались, — сказала она голосом таким твёрдым, насколько это возможно. — Ты же сам прекрасно понимаешь, что у нас ничего бы не вышло.
Он опустил голову: да, он знает, но это не значит, что он с этим смирился. С мрачным выражением лица он сделал маленький глоток и вздохнул.
— Собираешься остаться здесь? — спросил он. — Ну, когда облако придёт к нам.
Она кивнула:
— В новостях сказали, что так будет лучше всего.
Она бросила взгляд на часы и присвистнула. Если верить учёным — или кто там всем этим занимается, — то осталось меньше двух часов, и меньше всего ей хотелось на ближайшие пару дней остаться запертой в четырёх стенах на пару с Полом. Указать ему на дверь было бы, конечно, невежливо, но можно ведь просто намекнуть.
Они допили кофе в относительной тишине; Пол не стал заводить разговор об отношениях, зато не раз упомянул облако, так что Аманда поняла, что он напуган не на шутку. Это было не похоже на него, но он был не в себе от волнения, к тому же неизвестно, сколько он выпил.
В 3:15 он, наконец, ушёл. До того как ужасающая тень накроет небо, оставалось меньше часа.
В такие минуты Аманда жалела, что бросила пить.
***
Она стояла на кухне у окна, когда небо пожелтело. Из фоном работающего телевизора за её спиной по-прежнему был слышен репортаж. Соседи — полные идиоты, не иначе — вышли в сад, чтобы лучше разглядеть происходящее. Аманда видела, как Дуглас Уэст указывает пальцем в небо. Он что-то говорил — вероятно, делясь наблюдениями, а его жена Мэгги утвердительно кивала. Аманде хотелось крикнуть, чтобы все они вернулись в дом, где будут в безопасности, но это было не её дело. Идиотов везде хватает, причём многие из них даже не подозревают, что они идиоты. Она налила себе ещё кофе — девятую чашку за день — и наблюдала, как от испарений воздух постепенно окрашивается в оранжевый.
В новостях сказали, что сначала приходит жёлтое облако, которое постепенно становится серым, а затем чернеет, но это мало утешало. Аманда боролась с желанием подняться наверх, рухнуть в постель, накрыться одеялом и не высовываться из-под него, пока всё это не закончится.
Она закурила и выпустила изо рта в воздух струйку голубого дыма. Углядев в происходящем иронию, нервно рассмеялась и подумала, что находиться в саду сейчас даже безопаснее. Подошла к противоположной стене, на которой висел телефон, и сняла трубку. И только набрав первые шесть цифр, поняла, насколько это глупо: если она сейчас снова позвонит матери, то не услышит ничего нового. Она повесила трубку на место и повернулась к окну.
На улице стемнело. Обстановка на кухне была мрачной, зловещей; тени, которые ещё секунду назад таились в каждом углу, исчезли.
Аманда приняла две таблетки аспирина и отправилась в гостиную, чтобы больше не видеть кошмара, происходящего за окном кухни. Включила телевизор и нисколько не удивилась, обнаружив, что в новостях всё ещё говорят о вулкане и облаке пепла.
Репортёр стоял на крыше телецентра Би-би-си. На нём была маска-респиратор, вроде тех, что надевают для защиты от асбестовой пыли, поэтому было трудно понять, кто это. Но, кем бы он ни был, он был явно напуган странным феноменом, хотя и продолжал вести репортаж. Оператор постоянно вращал объектив камеры из стороны в сторону и поднимал его к небу, но в темноте было почти невозможно разобрать, что он хочет показать зрителям. Небо приобрело оттенок крепкого кофе; кое-где между облаками виднелись оранжевые проблески, но пользы от них было немного: темнота по-прежнему оставалась непроглядной. Где-то наверху, за всем этим грязным пеплом, скрывалось солнце. Репортёр переминался с ноги на ногу: на улице заметно похолодало.
«Мы не знаем, как долго это продлится, и изменится ли ситуация в худшую сторону». Оператор повернул камеру на него, и на экране возникло лицо в респираторе. «Пожалуйста, не выходите на улицу без крайней необходимости. Облако ядовито и представляет большую угрозу. Если вы или кто-то из ваших близких страдает астмой, убедитесь, что в комнате нет никаких щелей, через которые токсичный газ может просочиться в помещение. Дэниэл Браун, специально для новостей канала “Би-би-си”».
Маска репортёра исчезла с экрана, и на нём вновь появилось обеспокоенное лицо ведущей, которая перекладывала бумаги и изо всех сил старалась не смотреть в камеру. Аманда наблюдала, как взволнованная женщина говорит всякую ерунду, пытаясь научными терминами, о значении которых не имела ни малейшего понятия, объяснить природу этого явления.
По спине Аманды пробежал холодок: температура в гостиной упала на пару градусов. Она встала и подошла к окну. Шторы она задёрнула ещё задолго до появления облака, ведь выглядывать на улицу, по мнению Аманды, было незачем. Осознавать, что на улице происходит нечто ужасное, страшно и без постоянного визуального напоминания.
Но она понимала, что посмотреть всё-таки придётся, и медленно отодвинула занавеску в сторону.
На улице было темнее, чем ночью; все фонари вдоль дороги были включены: внезапный природный феномен нарушил их обычный график. Аманда посмотрела в сторону смертоносного облака, которое двигалось по небу, неестественно меняя свою форму. За свою жизнь Аманда часто видела вещи, которые её пугали, даже очень пугали, но бесконечно-обсидиановое небо над головой совершенно повергло её в ужас. Она едва могла дышать, глядя в эту чёрную пустоту. Вдруг она почувствовала запах серы, бросилась к входной двери и дрожащей рукой прикрыла замочную скважину. Через щель под дверью в комнату медленно вползал чёрный туман; она побежала на кухню и схватила полотенце. Вернувшись к двери, она забила щель.
Какая же она дура! В новостях ведь предупреждали о запахе серы, но она совершенно забыла, что нужно сделать; вместо этого она стояла у окна, разинув рот перед происходящим на улице ужасом.