Глава 13

Маттиас

Я чувствую её боль, но сначала меня охватывает сильный страх.

- Элейн, - шепчу я, сидя перед камином в доме Брандта.

Брандт вернулся всего несколько минут назад и выглядит измученным после ночной охоты. Сейчас он сидит напротив с усталым, на грани срыва, видом. Я вскакиваю, а паника разливается по телу.

- В чём дело? - спрашивает Брандт.

- Моя пара в опасности.

Я бегу по улицам на полной скорости, чувствуя резкие всплески боли, волны отчаяния и невообразимого страха по связи с Элейн. Краем глаза я вижу рядом Брандта - настоящий друг.

- Что бы тебе ни понадобилось Маттиас. Я всегда рядом.

Я киваю в знак благодарности и открываю входную дверь кофейни Элейн. Зрелище вызывает у меня ужас. Кузина Элейн лежит в багровой луже, а мужчина, забрызганный кровью, стоит над моей любовью, рубашку которой пропитывает кровь, с ножом в руке. С ужасающей уверенностью, я его узнаю - последний нападавший на мою Элейн. Тот, кого я списал на труса, который сбежал. Я был дураком.

Действуя инстинктивно, я голой рукой вырываю сердце из его груди. Широко распахнутыми глазами он смотрит на свой всё ещё бьющийся орган.

- Тобой даже питаться брезгливо, - рычу я и раздавливаю сердце в кулаке, прежде чем вытереть крови о его худи.

Он издаёт тихий стон, и его колени подкашиваются. Когда кровоснабжение мозга прекращается, тело умирает в мгновение ока, и я только жалею, что не мог заставить его страдать дольше. Я падаю на пол, где сидит Элейн, чьё дыхание становится резким и влажным. Она бледна, и боль исходит из каждой клетки тела. В глазах так много боли, а слезы катятся по виску и падают на волосы. Я не могу потерять её сейчас. И не стану.

Она пытается заговорить, но лишь кашляет кровью. Я прижимаю палец к её губам и смотрю в эти прекрасные глаза.

Это всё моя вина. Я думал, что если убью охотника, который её похитил, то всё закончится, но ни разу не подумал, что наркоман, который сбежал в ту ночь, когда я встретил её, вернётся. Нужно было убить его, как и остальных.

- Тише, любовь моя. Вспомни о том, что мы чувствуем друг к другу.

Я вижу момент, когда воспоминания возвращаются. Вспышка боли и предательства, и ещё волна любви проходит по радужкам. Она едва поднимает руку и касается моего подбородка.

- Я могу тебя исцелить, но ты изменишься. Спасти тебя я могу лишь обратив.

В животе сворачивается клубок беспокойства. Элейн не готова измениться. Она хотела от своей жизни гораздо большего, чем бесконечные ночи. Но моя пара слабо улыбается, а затем кивает. Теперь её дыхание становится поверхностным, кровь заполняет лёгкие. Времени всё меньше. Опустив голову, я прижимаюсь губами к её горлу и погружаю клыки в вену. Даже поток крови из артерии слабый и медленный. На мгновение меня охватывает ужас при мысли о том, что могло произойти, если бы я появился хоть на несколько секунд позже.

Она умрёт, а я буду вечно виноват в том, что бросил свою пару. Единственного человека, которого поклялся защищать вечно. Я пью её кровь длинными глотками, не останавливаясь, пока её пульс не становится настолько медленным, что я едва чувствую его. Затем разрезаю запястье почти до кости и подношу рану к её рту. Кровь капает внутрь, и я жду, когда она начнёт глотать мою животворную сущность. И когда это происходит, вздох облегчения вырывается из меня. Сомкнув губы на моём запястье, Элейн начинает сосать кровь, забирая столько, сколько я могу дать. По мне разливается эйфория.

Когда у меня начинает кружиться голова, я отнимаю руку. Элейн стонет, пока вампирская кровь творит магию, преобразуя каждый крошечный нерв и клетку. Будет неприятно. Обращение никогда не бывает приятным. Но это лучшее. Подхватив её на руки, я встаю и осматриваюсь. Брандт стоит на коленях в луже крови, вытекающей из перерезанного горла Клэр. Боль отчаяния читается на его лице, пока он прижимает запястье к её рту. Рана не исцелилась, Клэр не глотала кровь, но он всё равно пытался.

- Брандт, оставь её, - говорю я.

Он трясёт головой.

- Как я могу. Ты бы оставил Элейн?

Тогда-то я и понимаю, что слышу биение его некогда молчаливого сердца. Клэр - его пара. Приведя его сюда, я привёл его к ней. Но слишком поздно.

- Мне так жаль. - Элейн шевелится в моих объятиях. Я больше не могу ждать, нужно отнести её в безопасное место, чтобы закончить обращение. Брандт поднимает безжизненное тело Клэр и вызывающе вздёргивает подбородок.

- Мне нужен хоть какой-то признак жизни. Она выпила достаточно моей крови, чтобы перевоплотиться. Я её не потеряю.

Через мгновение он уходит, оставив меня в шоке. Но я понимаю его куда лучше, чем он думает. Я сделаю всё, чтобы Элейн спокойно жила. Я думал, что именно так и будет, когда уйду от неё. Нежно поцеловав Элейн в лоб, я заостряю внимание на её теле и чувствую, как оно меняется. Она всё переживёт и будет моей навсегда.

***

Лейни

Как же шумно. У меня болят уши, кожу покалывает от энергии. Открыв глаза, я вздрагиваю от яркого света, который обжигает чувствительные радужки.

- Осторожней, дорогая, не торопись. - Голос Маттиаса подобен бальзаму, успокаивающему и смягчающему перегруженные чувства.

- Что со мной? - спрашиваю я, крепко зажмурившись.

- Ты обращаешься. Нужно поесть, уже несколько дней прошло.

Обращаюсь? Какого?.. Меня одолевает страх, но голод, скручивающий желудок, его перебарывает. Дёсны начинают зудеть, и удлиняются... клыки?

- Больно.

Маттиас гладит меня по волосам.

- Знаю, любимая. Скоро станет легче, обещаю.

- Помоги мне, - шепчу я.

- Пей, Элейн. Пей из меня. - Его аромат заполняет систему, и по венам течёт расплавленная страсть. Когда его горло прижимается к моему рту, я издаю стон и... жёстко кусаю Маттиаса. Клыки пронзают кожу, и я делаю большой глоток его крови. На вкус он как глинтвейн, сладкий и пряный, и именно то, что мне нужно.

Маттиас стонет и стискивает в кулаке мои волосы.

- Элейн, мне нужно быть в тебе во всех смыслах.

Да, да! Он нужен мне. Сильными руками он срывает с меня одежду, наводняя воздух треском материи. А когда он накрывает меня своим большим телом, я вынимаю клыки из его шеи, открываю глаза и смотрю на вампира, с которым суждено провести вечность.

- Маттиас, сделай меня своей.

Он медленно входит в меня, и это сладостная пытка чувствовать то, как он проникает обострёнными чувствами. Я начинаю стонать, а каждое нервное окончание напрягается.

- Теперь ты моя невеста, моя пара, моя партнёрша. - Его слова выходят грубыми, вероятно, потому что он сдерживается. - Навек ты стала моей любовью.

Мы движемся вместе, две души в тандеме, и этот опыт не похож ни на что другое. Его толчки становятся жёсткими, кровать под нами скрипит, стены дребезжат от силы любовных ласк. Низкий стон срывается с его губ, и клянусь, что чувствую, как член Маттиаса становится толще. Я разбиваюсь на тысячу осколков при следующем толчке, достигая пика. Маттиас вскрикивает, опускает голову и впивается клыками мне в грудь, втягивая сосок в рот. Я удовлетворённо кричу, пока его семя заполняет меня. Мы так и лежим соединёнными, его голова покоится между моих грудей

- Маттиас, - произношу я, поглаживая его по светлым прядям.

- Да, любимая?

- Я всегда буду так питаться?

Он смеётся.

- Если бы у меня было что на это ответить, то я точно бы сказал да.

- Хорошо.

- Ты злишься на то, что я тебя обратил?

Я замираю.

- Что?

- Ты сказала, что не готова, но я...

- Я бы умерла. И больше злилась на то, что ты контролировал мой разум. Я и тогда не могла забыть тебя. В памяти постоянно вспыхивали твои образы. Я думала, что схожу с ума.

- Но я лишил тебя будущего, солнечного света, еды...

- Я могу жить без этого всего. - Я вылезаю из-под него и сажусь. К чести этого мужчины, он делает то же самое. - А без тебя нет.

Он по-мальчишески и обаятельно улыбается.

- Могла бы. Нашла бы мужа, и он дал тебе всё необходимое.

- Неправда. - Он выгибает бровь. - Тебя он мне дать не смог бы. Кроме того, даже будучи человеком, я не загорала из-за опасности... рака кожи и преждевременного старения. И больше мне не нужна еда, твоя кровь вкуснее вина, а если я правильно помню, у нас всё ещё может быть семья.