Глава 6 Анна
Ксавьер опускает сумки на землю и выуживает ключи из кармана.
У меня перехватывает дыхание, когда он поворачивает ручку и толкает входную дверь. Я не знаю, что ожидаю увидеть внутри, но парящее в воздухе напряжение кажется таким осязаемым, что буквально давит мне на плечи.
И, насколько я могу судить, Ксавьер боится заходить внутрь.
Когда Квинн начинает подниматься на крыльцо, Ксавьер оборачивается к ней.
— Спасибо, что подвезла и помогла с багажом, но дальше мы справимся сами.
Ксавьер разворачивается и заходит внутрь, оставляя нас с Квинн стоять на крыльце. Стоит ему скрыться из виду, Квинн хватает меня за руку и тянет обратно к машине.
— Что ты делаешь? — спрашиваю я.
— Мне это не нравится. Он ведет себя странно, да и этот дом… он пугающий, Анна. Этот район не из тех, где хочешь оказаться после наступления темноты. Думаю тебе надо оставить Ксавьера здесь, а самой пожить у меня. Мы можем спать в моей спальне, а если тебе потребуется что-то, чтобы отвлечься от мыслей об Иксе, ты всегда можешь помочь мне и Броку со свадьбой.
Я останавливаюсь, прерывая речь Квинн, и она отпускает меня.
— Я не оставлю его, Квинн. Я нужна ему.
Квинн поджимает губы и смотрит на меня.
— Ты уверена? Мне кажется неправильным оставлять тебя здесь.
— Никогда в своей жизни я не была уверена в чем-либо сильнее, чем сейчас, — честно говорю Квинн.
Чем заслуживаю ее слабую улыбку.
— Ты любишь его.
И это утверждение, а не вопрос. Мне следовало бы знать, что Квинн в состоянии понять, как сильно я беспокоюсь о Ксавьере, еще до того, как я скажу ей хоть слово об этом. Она видит меня насквозь.
— Да, люблю, — признаю я. — Я так сильно его люблю, что это меня пугает. Стоит подумать о разлуке с ним, и становится трудно дышать.
— Черт, сестричка. Ты крепко влипла. Хотя я тебя понимаю. Мы, женщины семьи Кортез, склонны совершать безумные, иррациональные поступки, когда дело доходит до мужчин, которых мы любим. Так что я понимаю, никакие силы не заставят тебя покинуть это место, как бы мне ни хотелось забрать тебя отсюда.
Я киваю.
— Спасибо, что понимаешь меня. Обещаю, со мной все будет в порядке.
Она берет меня за руку и легонько сжимает.
— Помни, о чем я говорила. Если что-то пойдет не так — сразу позвони мне. Не хочу, чтобы ты оказалась в неприятной или опасной ситуации.
Я обхватываю ее ладонь своей.
— Обязательно.
В следующую секунду она уже обнимает меня.
— Люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю.
Квинн отступает на шаг и улыбается мне, перед тем как развернуться и пойти к машине. Я дожидаюсь, пока она заберется внутрь и заведет двигатель, а затем проглатываю комок в горле и поднимаюсь по ступенькам наверх узнать, что же ожидает меня по другую сторону двери.
Нерешительно шагнув внутрь, я позволяю глазам привыкнуть к тусклому свету. Шторы в гостиной задернуты, и единственным источником света служит открытая входная дверь. Прямо напротив меня находится крутая лестница на второй этаж, по левую руку расположена остальная часть гостиной. Мебель под полиэтиленовыми чехлами сохранилась в первозданном виде, хоть и выглядит несовременной. Гостиная переходит в столовую, на деревянном полу лежит круглый плетеный ковер. Прямо по центру ковра стоят наши чемоданы, и нет никаких признаков, где сейчас Ксавьер.
Я закрываю за собой дверь и приступаю к поискам. На стене висит несколько изображений достаточно пожилой дамы в широкополой шляпе. Она сильно напоминает мне тех леди из высшего общества, которые посещают скачки. На большинстве фото рядом с ней темноволосая красавица с проникновенными карими глазами. Присмотревшись к ней, я отмечаю несомненное сходство с Ксавьером, возможно это его мать, которой он лишился, когда ему было всего восемь.
— Ты голодна? — тишину комнаты разрывает голос Ксавьера. — Мы можем поесть в городе, потому что здесь никакой еды нет.
— Я пока не хочу есть. — Я продолжаю изучать изображение на стене, и моя догадка требует подтвердить то, что я уже знаю. — Это твоя мать?
Ксавьер резко выдыхает, прежде чем подойти ко мне. Он пристально смотрит на фото и вместо того, чтобы ответить на мой вопрос, тянется и снимает рамку со стены.
— Совсем забыл, что они все тут висят. Надо было еще давно попросить Нетти снять их.
Я обвиваю его запястье пальцами, пока он не дотянулся до следующей рамки.
— Ты не хочешь их оставить?
— Нет, — он отвечает мгновенно. — Мне не нужны напоминания о прошлом.
Сколько мы с Ксавьером знакомы, столько же я пытаюсь заставить его рассказать мне о своем прошлом. Хотя он снова и снова дает мне понять, что разговоры о его семье под запретом, это только разжигает мое любопытство.
Я наблюдаю, как Ксавьер одну за другой снимает рамки со стены, а затем прячет преследующие его воспоминания в шкаф около входной двери.
Удовлетворенный тем, что все фото надежно спрятаны, он разворачивается и оглядывает комнату.
— Не хочу смотреть на нее.
Не уверена, о ком он говорит, но мне не хочется раздражать его лишними вопросами.
Он размеренно дышит, как будто не понимая, что делает в этом месте. Совершенно ясно, что ему мучительно находиться здесь. Я уже начинаю жалеть, что уговорила его столкнуться с прошлым. Похоже, это была не такая уж хорошая идея.
Видит бог, я сделала все возможное, чтобы не встречаться со своим прошлым. Когда мы говорили с отцом в последний раз, он был в бешенстве. И я разозлила его еще больше, сказав, что остаюсь с Ксавьером. Насколько я знаю, дома я все еще нежеланный гость, и я не получала весточек из Портленда с того самого дня, когда отец объявился в Атланте.
Мой побег шокировал их, но я не видела другого способа избавиться от вечного контроля своей семьи. Я не хотела жить жизнью, которую они спланировали для меня. И я могла избежать этого только одним способом — вырваться на свободу.
И, черт побери, я стала свободной.
Мне открывается жестокая реальность, с которой такие, как Ксавьер, сталкиваются каждый день. Если честно, его жизнь хуже моей. Но я уважаю его за то, что он нашел свой собственный путь и живет по своим правилам.
Я обнимаю его за талию и прижимаюсь к нему. Я не могу сказать, что сейчас происходит в его голове, но хочу дать ему понять, что я рядом, и он может рассчитывать на меня.