«Профессор Снейп и Драко Малфой — напились вдрызг!»
Во всяком случае именно к такому выводу пришли студенты, что совершенно случайно увидели их из окон своих общежитий. Разумеется, всё это тщательно обсуждалось и выдвигались версии, о столь возмутительном поведении «Ужаса Подземелий». Вот почему все с нетерпением ожидали «Ежедневный Пророк», а точнее, вкладыш «Хогвартс» в нём. И вот, наконец, появились совы с долгожданной почтой. Но уточнений и подробностей этой горячей новости в «Хогвартсе», почему то, не было.
Главный зал накрыла тишиной. Взгляды всех студентов были обращены на бледного Драко Малфоя, вошедшего в зал. А точнее на ношу, что тот нёс в свей руке. Драко подошёл к столу Гриффиндора и встал на против супругов Поттеров.
-Миссис Поттер, – Драко смотрел на Гермиону, – я, наследник Рода Малфоев, прошу прощение за то, что осмелился неоднократно оскорбить Вас, усомнившись в порядочности Вашей семьи и чистоте Вашей крови. Мистер Поттер, – взгляд Драко переместился на Гарри, – я, наследник Рода Малфоев, прошу у Вас прощение за то, что неоднократно оскорблял Вашу супругу. В качестве извинения прошу принять от меня виру, в виде головы того, кто подставил Вас, бросив клочок с Вашим именем в Кубок Огня.
Драко положил на стол факультета Гриффиндора отрубленную голову Барти Крауча младшего.
В зале послышался восторженные голоса близнецов Уизли:
-Классный муляж.
-Это не муляж, – не согласился с ними Гарри, и студенты в Зале стали стремительно бледнеть.
-Мистер Малфой, – возмущённая МакГонаггал стала подниматься со своего места, – да..., да как Вы осмелились...!
-Сядьте! – Словно ударом хлыста раздался голос Тревора.
-Но директор Тревор...!
-Сегодня утром наследник Дома Малфоев обратился ко мне с просьбой, разрешить ему принести извинения Дому Поттеров по старому Кельтскому обряду. На сегодняшнем утреннем собрании я предупредил вас всех о намерениях Драко Малфоя, пусть и без подробностей. Так же я предупредил всех вас о том, что такое разрешение я ему дал.
-Барти Крауч, – раздался холодный голос Гарри, – оживший мертвец. Он, вроде, должен быть похоронен на кладбище Азкабана? – Гарри вопросительно посмотрел на Невилла, и тот положительно кивнул головой.
Гермиона презрительно хмыкнула:
-У нас, в этом году, прямо таки паломничество беглецов с того света. Интересно, как это ему удалось воскреснуть?
На лице Гарри всплыла хищная улыбка:
-У меня есть идея как его разговорить. Это будет интересным опытом для наших учеников. Директор Тревор?
-Да, мистер Поттер.
-Как Вы посмотрите на то, если я продемонстрирую нашим студентам частичное поднятие нежити. Я думаю всем будет интересно поболтать с нашим..., Ёриком, – Гермиона и Габриель хихикнули, – и узнать подробности о том, как после своей смерти можно сделать ноги с того света.
В Главном Зале Хогвартса раздались звуки, свидетельствующие, что не у всех студентов крепкие нервы, как, в прочем, и желудки.
-Э-э-э..., – смутился Драко, – боюсь, что сделать это будет проблематично. В смысле, я..., как бы сказать, вырвал Краучу язык.
-Оу, – разочаровано буркнул Гарри, – ладно. Милая?
-Драко Малфой, я принимаю Ваше извинение.
-Драко Малфой, – присоединился к жене Гарри, – я так же принимаю Ваше извинение. Так же я принимаю Вашу виру. У нашего Дома больше нет претензий к вашему Дому.
Драко кивнул и, повернувшись, отправился к столу своего факультета.
-Э..., мистер Малфой?
-Да? – Драко остановился и вновь посмотрел на Гарри.
-А что стало причиной того, что Вы ему вырвали язык, и, собственно, где его нос?
Драко равнодушно пожал плечами:
-Он оскорбил меня.
-А-а-а.
Гарри поднял голову, держа её за волосы, и начал с любопытством рассматривать её:
-Кажется, я знаю, кому её нужно отдать.
Гермиона и Габриель синхронно улыбнулись и одновременно спросили:
-Чаре?
-Ага.
-Кстати, где она сейчас? – Поинтересовалась Габриель.
-А то ты не знаешь, – фыркнула Гермиона. – Наверняка в подземельях.
-Сейчас догадаюсь, – сказала Габриель, глядя на Гарри, – Питер?
-Да. – Сказал Гарри. – Чем то дядя Том зацепил нашу девочку. Вот она и выгребла все книги по магии душ, ритуалам, магии крови, големостроению и классификации демонов. Не знаю, что она делает с Петигрю. Я не стал ей мешать. Но когда я проходил мимо закрытой двери, кричал он..., страшно.
Гермиона скривилась:
-Она опять забыла поставить чары приватности. Ну, я ей!
Гарри, Гермиона и Габриель вновь синхронно переглянулись, улыбнулись, и хором сказали:
-Плохая девочка!
-Плохая девочка!
-Плохая девочка!
-Ну, так о чём нам сегодня сообщает пресса? – Пробурчал себе под нос Гарри.
И вместе с семьёй Поттеров, студенты вновь обратили свой взор на газеты.
На первой странице «Ежедневного Пророка» большими буквами красовался заголовок:
«МИНИСТ МАГИИ КОРНЕЛИУС ФАДЖ – СМЕЩЁН!
ВИЗЕНГАМОТОМ НОВЫМ МИНИСТРОМ МАГИИ НАЗНАЧЕН РУФУС СКРИМДЖЕР!
РУФУС СКРИМДЖЕР ОБЪЯВЛЯЕТ О ВОЗВРАЩЕНИИ ТЁМНОГО ЛОРДА!
РУФУС СКРИМДЖЕР ОБЪЯВЛЯЕТ В СТРАНЕ ЧЕРЕЗВЫЧАЙНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ!
РУФУС СКРИМДЖЕР ОТСТРАНЯЕТ ВИЗЕНГАМОТ ОТ УПРАВЛЕНИЯ МАГИЧЕСКОЙ АНГЛИЕЙ.
АЛЬБУС ПЕРСИВАЛЬ БРАЙАН ДАМБЛДОР — АМНИСТИРОВАН!
Но все эти новости померкли, стоило волшебникам прочитать заголовок вкладыша «Хогвартс». Студенты, прочитав первые три строчки – встали. А вмести с ними встала и вся Магическая Англия.
НОВАЯ НАДЕЖДА МАГИЧЕСКОГО МИРА!
ДРАКО МАЛФОЙ БРОСИЛ ВЫЗОВ
ТЁМНОМУ ЛОРДУ И ПОБЕДИЛ ЕГО!!!
«Мы получили флакон с воспоминаниями от одного из участника того события. Как вы понимаете, эти воспоминания передал волшебник, который пожелал остаться неизвестным. Каким образом Тёмный Лорд оказался в доме, принадлежащий Малфоем, мы не знаем. Но из воспоминаний о том вечере мы точно знаем, что Тёмный Лорд пришёл в менор Малфоев совсем не как друг. Стоило Драко Малфою со своим отцом, Лордом Люциусом Малфоем, переступить порог собственного дома, как...»
На первой странице «Хогвартс» красовалась колдофотография, где отчётливо было видно, как Волан-де-Морт держит Люциуса Малфоя за шею, и, используя его тело как живой щит, прикрывается им от Драко. Драко же запускает в Тёмого Лорда проклятие в виде молнии. Так же было отчётливо видно то, что перед своим исчезновением Тёмный Лорд был серьёзно ранен. Студентам было очевидно, что кем бы не был аноним, приславший воспоминания юным корреспондентам Хогвартса, он видел всё. Начиная от попытки унизить Малфоев в коридоре их менора, и заканчивая кровавой развязкой после дуэли между Драко и Тёмным Лордом.
Но дочитать статью студенты не успели. Двери в Главный Зал Хогвартса с шумом распахнулись, и в зал ворвались авроры, во главе с Руфусом Скримджером. Увидев Драко и направив на него свою волшебную палочку, Скримджер прорычал:
-Драко Малфой, Вы арестованы по обвинению в массовых убийствах. Так же Вы обвиняетесь в неоднократным применении третьего непростительного проклятья. Так же Вы обвиняетесь в хранении и применении незаконного тёмного артефакта. Я приказывая Вам передать мне этот тёмный...
-Вы приказываете? – Раздался холодный голос Тревора. – Вы смеете приказывать? Вы ворвались в мою школу. Угрожаете моему студенту. Пытаетесь отобрать у него родовой артефакт. Да кто Вы такой, что смеете приказывать моему студенту?
-Я новый Министр Магической...
-Я знаю, кто Вы в Магической Англии. Я умею читать. – Тревор брезгливо отбросил газету. – Знаете, я одно не могу понять. Министерство Магии обокрало чистокровные семьи, изъяв у них родовые артефакты, объявив их тёмными. Причём, Вы, со своим скудоумием, объявили тёмными как семьи, так и артефакты, даже не уточнив, что значит — тёмный. Вы лишили эти Рода их оружия и право на самозащиту. Я ещё могу понять, если бы вы грабили аристократов ради того, что бы за их счёт самим стать сильнее. Но нет! Вы по прежнему являетесь приложением к волшебной палочке. Если бы не идиотская позиция Министерства, то древние семьи, с помощью своих родовых артефактов, просто размазали бы Волан-де-Морта тонким слоем по всей Англии. То, что Волан-де-Морт залил всю Магическую Англию кровью, уничтожая древние рода — это ваша, и только ваша вина. Но там — это вам не здесь. А здесь, вам — не там. Здесь независимая территория, которая не имеет к Магической Англии никакого отношения. Ну..., почти никакого. Вы здесь, в отличии от моих студентов, даже не гости. Уберите свои волшебные палочки и убирайтесь от сюда, пока я сам вас не вышвырнул.