Изумлённые волшебники смотрели на вспотевшего и тяжело дышавшего Лорда Малфоя. В зале раздалось рычание, от которого вздрогнули присутствующие:
-Я вижу, Лорд Малфой, Вам знакома эта особа?
Тяжело дышащий Лорд Малфой промолчал, пытаясь взять под контроль свои эмоции.
-По Вашему виду я вижу, что да. У меня есть несколько вопросов, относительно её.
Лорд Малфой наконец то нашёл для себя лазейку и смог взять себя в руки. Попытавшись изобразить на лице холодную надменность, что получилось у него не очень, Лорд Малфой сделал свой ход:
-И с чего Вы взяли, Лорд Поттер, что я отвечу на Ваши вопросы?
Люциус Малфой для себя отметил, что на лице Гарри Поттера вылезла хищная улыбка. Такая же, как и у Волан-де-Морта, когда он рассматривает свою будущую жертву.
-Я очень надеялся, что Вы скажете это, Лорд Малфой. В качестве уплаты долга жизни Вашего сына и наследника Рода Малфой, я Лорд Гарри Джеймс Поттер требую предоставить мне воспоминания о том вечере, когда чистокровную волшебницу Мэри МакДональд в последний раз видели в гостиной факультета моего предка и одного из основателей школы Хогвартс Салазара Слизерина. Мне нужно воспоминания того, что произошло с ней в тот вечер. Так же мне нужен список тех гостей, которые пришли в тот вечер вместе с Вами. Так же мне необходимо остальная информация, которой Вы располагаете по этому делу, и которая может пролить свет о причинах исчезновения чистокровной волшебницы Мэри МакДональд. Всё это я требую от Вас, как от главы Рода Малфоя в уплату долга жизни Вашего сына и наследника Рода Малфоя. Я сказал! Да будет Магия нам свидетелем!
Вспышка света и Люциус схватился за своё запястье, на котором засветился рунный браслет, подтверждающий право Лорда Поттера на оплату долга жизни его сына.
Будь Люциус обычным волшебником, то он мог бы отказаться отвечать на вопрос, сказав, что даёт право своему сыну самому вернуть долг жизни. Но он был Лордом. А это значит не только права, но и обязанности. Он отвечал как за действия сына, так и за действия своих вассалов. Мог ли он перевести стрелки на сына. Вне всяких сомнений мог. Но в этом случае для Драко будет значительно сложнее выплатить долг жизни. Таковы Законы Магии.
Гарри попытался обойти у Люциуса амулет ментальной защиты, и в очередной раз удивился, насколько легко ему это удалось. Он читал Люциуса как открытую книгу. Люциус Малфой был не просто растерян. Он был напуган до мокрых штанов.
«Если я переведу стрелки на сына, то Лорды этого не поймут. Переложив ответственность на сына, я втопчу свой авторитет на одну ступень с Уизли. – При одной только мысли об этом, Люциусу захотелось выплевать содержимое своего желудка. – Но ответить на вопрос? То, что мы сотворили в тот день было уже не в первой. Но мы были осторожны. Мы всегда подчищали память грязнокровок. Подобное было не раз и не два. Подобные «забавы» с маглорождёнными чистокровными семьями были известны, но не приветствовались. И для тех, кто практикует подобные «забавы» с маглами, или маглорождёнными без рода и племени, было лишь одно условие. Не попадаться! Это не должно вылезти наружу и наложить пятно на репутацию аристократии. Аристократы кривились, но закрывали глаза. Кому теперь интересны грязнокровки? Но эта Мэри МакДональд оказалась чистокровной волшебницей? Да такой, что за подобную невесту не грех и войну с другими Родами начать. Подумать только. Родословная этой девчонки тянулась со времён Мерлина и Морганы! Как? Как мы могли допустить такую чудовищную ошибку? Как это возможно? Это же уничтожит мою репутацию окончательно и без поворотно. Более того, это пятно будет висеть над моими потомками ещё многие поколения.
Теперь на одной чаше весов исключительно моя репутация как Лорда несущий ответственность за своего сына. На другой же чаше весов репутация всего Рода Малфоев. Не говоря о тех родах, что я подставлю, выложив свои воспоминания. Они мне этого не простят. Или, что хуже, отыграются на Драко. Решено. Пусть у меня упадёт репутация в глазах Лордов, но репутация моего сына, и самое главное, репутация Рода будет не запятнана. А свою репутацию я восстановлю. Не в первой. Правда сын может неправильно меня понять. Но это не страшно. Я поговорю с ним и объясню ситуацию».
Заметно успокоившись Люциус уже вдохнул и открыл рот, что бы ответить отказом, как зал озарила ещё одна вспышка. Нечто древнее и могучее ухватило Люциуса Малфоя за саму его суть.
«Магия! – Вспыхнуло в мозгу Малфоя. – Поттер призвал в свидетели Магию. И она не просто стала свидетелем, но и впервые, не известно за сколько лет, потребовала ответа!»
Не веря тому, что происходит, Люциус достал свою палочку, и начал доставать из своего виска воспоминания. Опустив их в специальный пузырёк, который носил с собой любой уважающий себя волшебник, он протянул его Поттеру.
-Лорд Поттер, – сказал бледный Малфой. – Не делайте этого.
Поттер молча взял пузырёк с воспоминаниями и отправился к Омуту Памяти.
-Лорд Поттер, – Люциус хватался за последовую соломинку, – Вы даже не представляете масштабы скандала, который разорится, если эта информация всплывёт наружу. Последствия буду просто катастрофическими!
Поттер обернулся, словно его ужалил шершень, и Люциус вздрогнул. Радужка глаз Поттера вновь горели зелёным пламенем от едва сдерживаемого гнева:
-Катастрофическими? – Раздался его рык. – Да что Вы можете знать о катастрофах?! Позвольте мне объяснить вам всем, Что. Есть. Катастрофа!
С этими словами Гарри вылил воспоминания в Омут Памяти и взмахнул своей Бузиновой Палочкой.
В центре зала появилась гостиная факультета Слизерина. О чём говорили студенты слышно не было. Так как это не относилось к делу на прямую, Люциус озаботился, что бы это осталось в тайне. А вот то, что пьянка идёт уже довольна давно, можно было определить по тому, насколько навеселе были студенты из старших курсов. Вот открылась дверь и в гостиную вошёл Лейстрейдж, ведя за собой Мэри МакДональд. Но было в её походке и в выражении лица нечто, что..., но вот, вслед за Мэри МакДональд, шли друзья Северуса Снейпа.
-Профессор Снейп. – Сказал Гарри. – Я вижу Ваших друзей, но не вижу Вас.
-Люциус, то есть Лорд Малфой дал мне заказ одного весьма специфического зелья. Оно как раз находилось на завершающем этапе своего изготовления. Я не мог отлучиться от котла.
Гарри понимающе кивнул головой и вновь перевёл свой взгляд на происходящее в гостиной.
На лице Лейстрейджа всплыла ехидная улыбка.
-Вы только посмотрите, кого к нам пригласили наши друзья? Грязнокровки забыли своё место в нашем мире. Учитывая, что мы находимся в школе, то мы, аристократы, хранители знаний и традиций, просто обязаны объяснить им место среди нас. Как вы считаете?
По гостиной Слизерина пробежали смешки.
-На колени! – Выплюнул Лейстрейдж.
Девушка безвольной куклой опустилась на колени. Ни на её лице, ни в её взгляде не отражалась не единой мысли.
-Мерлин всемогущий, – ахнула мадам Боунс. – Да она же под «империо»! Да как они осмелились?! В Хогвартсе, да ещё и на глазах студентов?!
-Что же, – вновь заговорил Лейстрейдж. – Первый урок Вы усвоили. Или нет? Мне кажется, что скорее нет, чем да. А это не порядок. Вам так не кажется, мисс МакДональд?
Изображение замерло. Лорды были настолько поглощены зрелищем, что не заметили как за спиной Лорда Поттера раскрылись два крыла, окутанные мраком.
-Почему? – Из тяжело дышащего Поттера раздался голос, больше похожий на хрип. По меньше мере с десяток Лордов, что находились в зале, находились в тот день в гостиной Слизерина. И именно к ним и был адресован вопрос.
-Почему, – спросил Гарри глядя на Лордов и буквально выдавливая из себя слова от душащего его гнева, – почему вы его не остановили?
Обведя взглядом притихших присутствующих и не получив ответа, Гарри посмотрел на Люциуса.
-Лорд Малфой? – От тихого рыка у Люциуса едва на встали волосы дыбом. И лишь зелье, которым он обильно смазывал волосы, удержали их на месте. – Почему, Лорд Малфой?
Магия вновь сжала его суть, продолжая требовать ответ:
-Подобное не считалось чем то предосудительным, Лорд Поттер. Подобные..., подобные..., подобное было постоянно, – нашёлся Люциус.