— В чем дело? — интересуюсь я, смотря прямо на свою сестру, боясь отвести взгляд в сторону, потому что не готова к встрече с Малкольмом.
— Не хотела тебе говорить, но он пришел не один, — говорит она, кладя свою руку на мое плечо.
— Мы на месте, мистер Холмс, — слышу я голос Клэя, водителя лимузина моей семьи, и машина начинает останавливаться.
Моя мама вынудила меня появиться на этом благотворительном мероприятии.
— Спасибо, — говорю я, когда девушка убирает свою голову от моего паха и вытирает свой рот.
— Как я выгляжу? — спрашивает меня она с озорной улыбкой, убирая свои блондинистые волосы со своего лица.
Ее темная помада размазана вокруг губ.
— Так, будто тебя только что трахнули в рот, — без стеснения отвечаю я.
Она смеется и откидывается на сидении, поправляя свое черное короткое платье.
— Я приведу себя в порядок, как только мы попадем внутрь, — уверяет меня она.
Я застёгиваю ширинку своих брюк, когда перед нами отворяется дверь автомобиля и, не медля, выхожу на морозный воздух. Вокруг немало снега, который намело за два дня. Затем я оборачиваюсь, чтобы помочь выйти из автомобиля своей спутнице.
— Благодарю — говорю я мужчине, который закрывает за нами дверцу лимузина.
— Не за что, сэр, — учтиво отвечает он, уже следуя к следующему подъехавшему автомобилю.
— Этот дом просто огромен, — говорит блондинка рядом со мной, взяв мою руку. — Кто в нем живет?
Когда мы двигаемся по дорожке, ведущей к дому, моя спутница бежит впереди меня, потому что мечтает попасть внутрь, поскольку на ней практически нет одежды.
— Этот дом принадлежит родителям невесты моего брата.
— Твой брат женится? — спрашивает она удивленно.
— Вроде как, — утвердительно кивая, отвечаю я.
— И что они за люди?
В моей голове сразу всплывают воспоминания о Пристин. О том, какая она. Я вчера старался быть как можно более дружелюбным, чтобы она открылась мне. Я сам не знаю, почему, но мне хотелось услышать ее историю. Она интересна мне в отличие от остальных членов ее семьи. Но она отшила меня быстрее, чем я мог этого ожидать.
— Честно, я понятия не имею. Я их почти не знаю, — отвечаю я.
— Если ты не знаком с ними особо, то зачем мы пришли сюда? — интересуется девушка.
— Я знаю то, что они являются владельцами виноделен.
Я узнал об этом вчера после того, как Пристин покинула родительский дом. Я остался и внимательно слушал разговоры моего брата и его невесты о предстоящей свадьбе. Я поинтересовался, будет ли на мероприятии открытый бар, и мистер Ингер ответил, что по этому поводу не стоит беспокоиться, потому что у них собственные винодельни.
— Алкоголь, — широко улыбается моя спутница.
— Так что здесь можно выпить, — продолжаю я, поднимаясь по белой лестнице к входной двери.
Мы входим в дом, и нас сразу же встречают трое мужчин. Несмотря на то, что я был тут вчера утром, теперь здесь все выглядит иначе. Некоторые из украшений присутствовали и тогда, но теперь на стенах красовалось еще больше рождественских украшений. Гирлянды обвивали все столбы и перила, и тихая музыка лилась из динамиков, установленных в доме. Один их трех мужчин поднес нам фужеры с шампанским, двое других забирали верхнюю одежду у женщин и мужчин.
У нас нет верхней одежды, поэтому бы берем шампанское и продвигаемся в зал.
— От лица семейства Ингеров, добро пожаловать в дом, — произносит один из мужчин.
— Спасибочки, — задорно отвечает ему моя спутница, сделав приличный глоток из бокала.
Я знаю, что мы пробудем здесь недолго, но совсем не появиться в этот вечер я не мог.
— Прошу вас сюда, — продолжает мужчина и поворачивается к нам спиной.
Спутница берет меня под руку, прежде чем мы следуем за ним. Мы с блондинкой не пара, но на людях я делаю вид, что это так. По крайней мере, нам нужно продержаться несколько часов. Мы следуем по красной дорожке вдоль длинного коридора. Я внимательно изучаю взглядом картины на стенах и люстры, свисающие с потолка. Все напоминает мне особняк моих родителей, а я ненавижу его. Там слишком неуютно, в нем нет домашнего уюта, и это угнетает меня. Этот дом ничем не отличается. Мужчина останавливается около больших деревянных дверей. Двое других слуг кланяются перед нами и отворяют их.
— Мистер и миссис Ингер желают вам хорошего вечера, — произносит наш сопровождающий, прежде чем развернуться и отправиться встречать следующих гостей.
Прежде чем он уйдет, я обращаюсь к нему, чтобы узнать, где находится уборная, потому что моей спутнице нужно привести себя в порядок. Ее помада размазана, а тушь для ресниц слегка потекла после того, как она усердно работала ртом над моим членом по пути сюда. Мне было нужно, чтобы она выглядела презентабельно.
— Я провожу вашу спутницу, — отвечает он, и она берет его под руку, обещая скоро вернуться, чтобы выпить еще шампанского.
Я вхожу в зал и обнаруживаю там слишком много Рождества. Люди общаются между собой, потягивая элитное шампанское, должно быть, обсуждая благосостояние хозяев приема.
Я замечаю трех женщин, которые о чем-то беседуют возле елки в дальнем углу зала. В пожилой женщине я признаю миссис Ингер. Кем являются девушки рядом с ней, не могу разобрать, потому что они обращены спиной ко мне. Одна из них брюнетка, а у второй темно-фиолетовые волосы.
Вторая больше всех походила на тот тип девушек, с которыми я обычно ходил на свидания, из всех находящихся в зале. На ней было короткое блестящее платье цвета золота, которое показывало большую часть ее обнаженного тела. У первой девушки, которая стояла спиной ко мне, темные волосы были собраны в тугой пучок. Ее плечи были гордо откинуты назад, что напоминало мне позу моей матери. Она была похожа на бизнес-леди. На ней было черное облегающее платье, которое касалось пола, оставляя за собой небольшой шлейф. Рукава платья были длинными и доходили до ее запястий, а пять серебряных пуговиц в форме бриллиантов украшали ее спину, начиная от лопаток и заканчивая ягодицами.
Вскоре миссис Ингер слегка хмурится и уходит. Девушки поворачиваются лицом друг к другу, и в тот же момент я понимаю, кто эта брюнетка. Эта Пристин. Она выглядит совсем иначе, когда при параде, и я приятно удивлен.
Вчера утром за завтраком она вела себя непосредственно и нагло, что соответствовало ее внешнему виду. Но сегодня она больше похоже на красивую фарфоровую куклу. Она напомнила мне тех кукол, которых коллекционировала моя мама, когда я был ребенком. Она держала их на полках в большом шкафу. Когда я спрашивал ее, могу ли я поиграть с ними, глядя на красивые фигурки, выстроенные в ряд, она протягивала мне мою красную пожарную машинку, говоря о том, что они слишком красивые для того, чтобы с ними играть, и что ими можно только любоваться.
Мимо девушек проходит мужчина в костюме-тройке, в его руках поднос с фужерами шампанского. Девушка в откровенном платье хватает один из них. Я догадываюсь, что это младшая сестра Пристин, которая не появилась вчера на завтраке, но я не помню ее имени. Она подносит бокал к своим губам, но сестра забирает его у нее, не давая сделать ни глотка. В ответ девушка закатывает глаза и принимает недовольную позу.
Я делаю глоток шампанского и снова смотрю на Пристин. Вчера утром она сразу произвела на меня приятное впечатление. Я обычно не вписываюсь в компанию богачей, потому что веду себя расхлябано и бываю слишком прямолинейным. Но она была похожа на меня, и мне это безумно нравилось. Обычно меня привлекают те девушки, которые всем видом подчеркивают свою доступность. Но с ними далеко не всегда бывает классный секс, об этом я могу судить по своему богатому опыту.
Младшая из них что-то говорит Пристин и срывается с места, обняв сестру перед этим. Ее грудь и фиолетовые волосы колышутся на ходу, а каблуки громко стучат по полу. Пристин же берет еще один бокал и практически осушает его до дна. Она выглядит расстроенной чем-то или же раздраженной. Она убирает бокал ото рта и гуляет взглядом по залу до тех пор, пока наши глаза не встречаются, и она не видит, что я откровенно пялюсь на нее. Она прижимает свой фужер к груди, а свободной рукой цепляет подол платья и, подняв его с пола, двигается в мою сторону. Я быстро делаю глоток, и щупаю себя в области паха, чтобы убедиться, что мои брюки точно застегнуты. К счастью, все было в порядке. Она улыбается, когда подходит ко мне.