--------------------------------------------------------------------------------------------------
* Морд намекает на масштабные пограничные инциденты, происходившие за 15-20 лет до описываемых событий.
Интерлюдия 5
Зима на центральных землях империи слегка задерживалась, так что в последние дни уходящего года старые кварталы и предместья столичного Иннгарда вместо того, чтобы спокойно спать под мягким снежным покрывалом, продолжали зябко ёжиться от промозглой осенней сырости. Густой, как молоко, туман, смешиваясь с горьковатым дымом из многочисленных печных труб, лениво колыхался над острыми коньками черепичных крыш, высасывая из стылых стен остатки тепла и пропитывая холодной влагой одежду прохожих. Но гости, собравшиеся хмурым зимним вечером под гостеприимным кровом роскошного особняка маркграфини Ренны ле Орн, не обращали на капризы погоды ни малейшего внимания, будучи всецело поглощены куда более тревожными мыслями.
Первый из них - высокий подтянутый господин с орлиным носом, лихими кавалерийскими усами и заметной сединой на висках - командующий имперской конницы граф Реджинальд ле Бурк, сидя в мягком кресле с бокалом подогретого вина в руке, хмурясь, изучал весьма любопытный документ, украшенный подписью Рейнара Пятого и малой императорской печатью. Закончив чтение, он аккуратно отложил письмо на низкий столик и, задумчиво разгладив щёгольские усы, озвучил наиболее очевидный из теснившихся в голове вопросов:
- Откуда у вас это письмо?
Ответ пришёл от второго гостя - рослого плечистого брюнета лет тридцати-тридцати пяти с волевым подбородком и упрямым взглядом, нервно мерившего шагами комнату, ещё недавно бывшую изысканным дамским будуаром, а ныне превратившуюся в импровизированный зал для совещаний.
- Я давно слежу за этой крысой, у меня есть верные люди в имперской канцелярии... Да по большому счёту уже и не важно... главное, что это письмо сейчас здесь!
- И его содержимое выставляет нашего дорогого императора в не самом лучшем свете...
- Не в лучшем свете?!
Собеседник ле Бурка буквально взорвался.
- Наш богоизбранный монарх, сожри его кройги, натравливает орков на своих собственный подданных! Орков!!! Причём делает это тайно, через своё доверенное лицо! И это в то время, когда эльфы угрожают нам с запада, а проклятые наёмники продолжают оккупировать север страны! Да половины от перечисленного достаточно, чтобы лишиться короны вместе с головой!!!
Первый конник империи, досадливо поморщившись на это излишне экспрессивное, по его мнению, выступление, бросил ещё один задумчивый взгляд на злополучное письмо. В своём послании Рейнар требовал от маркграфа Эйбера ле Вольда, считавшегося в империи главным специалистом по связям с клыкастыми, организовать силами орочьих отрядов массированный набег на восточные земли империи. На первый взгляд нелогично, но определённая логика тут всё же была и Реджинальд отлично её понимал.
Восток империи мало походил на центральные провинции, являвшиеся главной опорой нынешней династии. В результате нашествия орды во времена предыдущей Великой войны эти территории, и без того не слишком многолюдные, подверглись наиболее сильному опустошению, практически лишившись коренного населения. Их повторное заселение происходило медленно, и в настоящее время они продолжали оставаться самым слабо развитым регионом империи. Урбанизация почти не затронула так называемый Восточный предел. Города были невелики и, в отличие от мегаполисов севера, юга, запада и центра страны, не пользовались правами самоуправления. На малолюдных и не шибко зажиточных землях Востока безраздельно властвовала старая аристократия.
Неудивительно, что маркграф Делвин - главный смутьян империи и последовательный поборник дворянских вольностей, пользовался наибольшей поддержкой именно на востоке. Там он родился и вырос, там же располагались его родовые владения. И именно там формировалась его нелегальная "армия графств". Так что логику Рейнара Пятого, решившего под шумок, да ещё и чужими руками решить одну из своих наболевших проблем, ле Бурк прекрасно понимал. Благо за последний год, постоянно вращаясь в высшем свете, бывший провинциальный барон, а ныне граф империи немного поднаторел в хитросплетениях государственной политики.
Но и возмущение лорда Делвина, сыпавшего обвинениями и проклятиями в адрес собственного суверена, главному кавалеристу империи было близко и понятно. Ведь он и сам был уроженцем Востока...
- Я понимаю ваше недовольство и даже разделяю его, но то, к чему вы призываете, во все времена называлось мятежом и каралось соответственно...
При этих словах ле Бурка Делвин прекратил своё броуновское движение по залу и, резко затормозив, развернулся к собеседнику.
- Граф, давайте на чистоту. Рейнар заигрался. Он влез в большую войну без единого союзника и умудрился её проиграть. Теперь он мечется из стороны в сторону, пытаясь интригами натравить одних на других, а самому остаться в стороне. При этом готов идти на поклон к кому угодно, лишь бы его задница и дальше оставалась на троне. Так не может продолжаться вечно! Империя гибнет, а каждый день промедления только ухудшает ситуацию. И дело тут не только во внешних угрозах.
Наш "славный" император, стараясь обмануть всех, перехитрил сам себя. Я предлагал реформировать Большой совет, дав ему полномочия утверждать наиболее важные для государства решения вроде объявления войны, подписания мира, заключения стратегических союзов... Это послужило бы защитой от некомпетентных действий самодержца, позволяя достойнейшим людям страны участвовать в принятии решений открыто и явно, а не посредством заговоров и тайных договорённостей. Да, представители марок составили бы в совете большинство и получили возможность влиять на политику государства, но разве это не справедливо? Ведь это были бы лучшие и знатнейшие дворяне империи!
Рейнар не пожелал делиться властью с советом, зато теперь вынужден плясать под дудку толстобрюхих бюргеров и натравливать орков на собственных подданных, имевших смелость усомниться в правильности его политики. Терпеть его произвол дальше - бессмысленно. И поскольку наш монарх не желает слушать увещевания достойнейших из своих подданных, я намерен открыто выступить против тирании, ведущей страну в пропасть. Не ради славы и власти, а чтобы попытаться спасти то, что ещё можно спасти. Но для этого мне понадобится помощь. Ваша помощь, Реджинальд.
Закончив свою патетическую речь, маркграф Делвин выжидающе уставился на собеседника, но кавалерист не спешил с ответом, продолжая задумчиво крутить в руке полупустой бокал. Затем, когда пауза слишком затянулась, с лёгкой полуулыбкой уточнил:
- Вернее было бы сказать, что вам нужна помощь реестровых полков...
Делвин в ответ энергично мотнул головой в общепринятом жесте отрицания.
- Это не так. Не скрою, помощь ваших шеволежеров будет весьма кстати, но дело не только в них. Будем откровенны, собранным мною отрядам далеко до регулярных полков. И я очень рассчитываю на ваш опыт и способности в нелегком деле создания армии графств.
- И кто же будет командовать этой будущей армией?
В вопросе ле Бурка прозвучала неприкрытая ирония, но ответ маркграфа был абсолютно серьёзен:
- Ради общего блага я готов отказаться от любых притязаний на руководство боевыми действиями, полностью доверившись вашим знаниям и опыту.
После этих слов лорда Делвина граф Реджинальд отставил в сторону бокал, который до сих пор держал в руке, буквально впившись в собеседника пристальным взглядом.
- Польщён таким доверием, ваше сиятельство. Но раз уж вы готовы передать мне военное руководство, то не сочтите за труд посвятить, хотя бы в общих чертах, и в остальные замыслы. Смена власти в столь тревожное время - дело непростое и весьма рискованное...
Делвин, не дожидаясь окончания фразы, поднял руки в некоем примиряющем жесте:
- Я не собираюсь садиться на трон, если вы об этом. Я даже не буду ратовать за смену династии. Будет вполне достаточно отречения опозорившего себя монарха и коронации одного из его наследников... или наследницы. Поверьте, такой шаг будут приветствовать многие. Не только верные мне дворяне Восточного предела, но и часть столичной знати и даже горожан. Особенно если после обнародования преступного сговора Рейнара с орками его имя будет официально проклято верховным капитулом жрецов Илагона, от века стоящих на страже человечества и ни на миг не прекращающих своей праведной борьбы с богопротивными ересями.