— А кольцо изобразить сможешь? — заинтересованно спросил ассасин, дослушав пересказ мага.
Девушка быстро, в несколько штрихов, нарисовала, что просили.
— Идентификатор магической наполненности… — пробормотал Ханар, — откуда в глухой деревне такой мощный артефакт? А камень какого цвета, случайно не видела?
— Мутно серого.
— То есть они считают, что в магии ты кругленький такой нолик. Видишь, не зря я тебя силы лишил, да и дураком выставил, — встрял довольный Крим. — Кстати, когда сила вернется, можешь ее как-нибудь спрятать?
— Подумаю. Что дальше?
— Щупленький пропал так же, как и появился. В какой-то момент я поняла, что его просто нет, и староста месит дорожную пыль один. Дошел до самой большой избы, в два этажа, вошел в распахнутые ворота, едва ли не с ноги открыл дверь и сразу начал орать и возмущаться. Все-то ему не то, все-то ему не так, аж раскраснелся бедный от натуги. В дом то я не пошла, боялась на кого-нибудь наткнуться, но и со двора его было прекрасно слышно, да он еще пару раз выбегал на крыльцо. Все искал Кана. А дальше вы знаете.
— В общем, — заключил ассасин, — пошли женщину на дело, она отвлечется на пушистиков, да детей и ничего путного не узнает.
Лета надулась и показала Криму язык, которого тот естественно не увидал, зато Ханар неожиданно для себя улыбнулся.
— Пойду-ка я, господин Наритан, прогуляюсь, — подозрительно косясь на улыбающегося мага, предложил Крим.
В это время в косяк постучали, и хозяин дома поинтересовался:
— Господин маг, вы уже не спите? Я тут ужин приготовил?
— О, — встрепенулся наемник, — Поем и пойду на разведку. Что там у нас на заморить червячка?
***
Ужин был совсем простой: вареная прямо в мундире картошка, зеленые перья лука да чеснока, серый хлеб. Трем взрослым людям, двое из которых к тому же молодые мужчины, полдня проведшие на вынужденно диете, умять чугунок картошки много времени не потребовалось.
Но даже за эти несколько минут, Крим умудрился вытащить старика на разговор, и тот не заметно для себя, рассказал про деревню много интересного.
Начиная с того, что поселение на этом самом месте располагалось задолго до закрытия мира. Многие путники различных рас проходили от гор до берега именно через их деревеньку, срезая путь и экономя деньги на дорожных сборах. Даже трактир был, на этих словах «слуга» встрепенулся, но старик тут же развеял его надежды, сказав, что он давно закрыт. Потом случилось многое, война с иномировой нечестью, закрытие мира, голод, несколько моровых поветрий, которые постепенно сократили население деревни почти втрое.
Еще стало известно, что последние года два численность жителей начала расти, за счет переселенцев из других деревень. Дед Мирхей вскользь упомянул, что-то про проблемы и несчастья, но большего из него вытянуть не получилось.
После еды старик разлил всем в кружки простокваши. «Слуга» скривился, и пока его «господин» с удовольствием прихлебывал напиток, оттащил старика в угол и принялся с ним о чем-то громко шептаться, изредка бросая настороженные взгляды в сторону мага.
Лета, не смогла скрыть любопытство, подкралась ближе, и услышала: «Бабка Милана» и «лучший самогон». Потом они перемигнулись, как заправские заговорщики, и «слуга» сказал достаточно громко:
— Пойду я подышу свежим воздухом.
— Только до темноты вернитесь, — напутствовал его старик.
Чародей поблагодарил хозяина за вкусный ужин, и ушел в комнату, продолжил приборку в сумке, которую пришлось прервать с появлением Леты. Девушка, расположившись на сундуке под окном, решила удовлетворить свое любопытство.
— Ханар, а расскажи, как Крим так внешность поменял? Магия? И еще мне любопытно, что это за Темное проклятье, про которое вы все время говорите?
— Ладно, до ночи время еще есть, так что слушай.
Помолчав секунд десять, собираясь с мыслями — начал.
— Ассасин, похоже, из расы мимикров. Если верить справочнику «Миры и разумные расы, населяющие их» его народ задолго до нашествия Хаоса потерял свой родной мир и разбрелся по другим, смешавшись с жившими там. Мимикры могут менять внешность на физическом уровне, без использования магии.
— Вроде как оборотени?
— Нет, те привязаны к определенному животному, в которое и обращаются, а мимикры могут стать кем угодно из живого мира, им не подвластны лишь неодушевленные формы.
— Ладно, поняла. А Темное проклятье?
— Не Темное, а Черное, — поправил маг.
— Не суть, — отмахнулась Лета, вся обращаясь в слух.
Ханар вздохнул и начал объяснять:
— Всякое воздействие искривляет магические потоки, нарушая равновесие светлой и тёмной энергии. Со временем равновесие восстанавливается, поток выравнивается. Но если непрерывно брать и брать энергию с каким-то одним знаком, другой знак будет копиться за пределами зоны воздействия первого знака, образуя так называемую зону отката. Чаще берут светлую энергию, а за приделами остается темная. Так и образуется Черное проклятье. Белое, когда берут темную энергию, практически не встречается. Чем больше разница сил между знаками, тем вероятнее бесконтрольные выбросы энергии.
— Объяснил ещё не понятнее.
— Ну, — маг задумался, подбирая аналогию, — представь, что кто-то копает яму, берет землю и выкидывает наверх, и со временем вокруг ямы образуется земляной вал это и есть Черное проклятье. Какое-то время оно обратимо, без особых последствий для творящего: пока яма мала, есть возможность из неё выбраться, и закопать обратно, но чем она глубже, а вал вокруг выше, тем труднее покинуть её приделы. Постепенно земли наверху все больше, она начинает осыпаться и приходиться копать быстрее, чтобы не засыпало. Но чем больше копаешь, тем глубже яма, тем выше ров, и тем больше вероятность, что тебя засыплет. Это превращается в замкнутый круг. Сейчас проклятие вокруг нас накопило столько силы, что ещё несколько дней и оно разрядиться. Если верить Нииру, то кто-то специально замалчивал факты, и возможно не один год, пока ситуация не стала критичной.
— А какие последствия?
— Ну, если судить по внешним признакам, при полной активации создатель проклятья умрёт точно, все кто будут рядом в районе километра тоже, причём не только люди, но и все живое. А дальше Пустыня и призраки на месте леса. Планомерное очищение командой магов в течение нескольких лет от всякого рода тёмных проявлений и остаточной магии.
— Жуть какая… — у Леты мурашки побежали по спине. — И что теперь делать?
— Прежде чем решать, что делать, мне нужно будет лично взглянуть на некоторые деревенские достопримечательности, такие как Место веры, кладбище, ну и еще парочку. Но это делать лучше ночью, когда все будут спать. А пока подождем ассасина, а я, наконец, разберусь с этим бардаком.
И углубился в сортирование вещей из сумки.