-Не уйдешь ты от меня, синевласка, - хрипло прошептал он мне на ухо. - Никуда.
Я неуверенно положила руки ему на пояс, чувствуя его горячую кожу под мокрой тканью футболки и сильнее прижалась к Ярославу. Он ужасно теплый, а я замерзла.
-А я и не собиралась, - почти не слышно сказала я, поднимая голову и заглядывая в мутно-зеленые глаза. Меня пробило на нежность, и я вновь поцеловала его. Ярослав ответил осторожно и неуверенно, словно спрашивая разрешения.
После вчерашнего я не должна была ему позволять даже приближаться ближе, чем на два метра. Должна ненавидеть, но не могу. Похоже, я и правда влюбилась в этого взбалмошного притворщика.
Мысли гуляли где-то на краю сознания, стараясь не тревожить меня своим присутствием. Моё женское «я» билось в припадке радости, вопя что-то вроде «как он классно целуется!», а разум махнул на сумасшедшую хозяйку рукой, отвесил женскому «я» подзатыльник и сматернулся.
Ярослав разорвал поцелуй и внимательно посмотрел на меня, не переставая гладить по скуле большим пальцем. Мы просто смотрели друг на друга и молчали. Ветер играл в кронах деревьев, шелестел осокою и гулял по озерной воде, осторожно ступая по глади, отчего появлялась рябь.
- Почему ты так на меня смотришь? – я накрыла ладонью его руку на своей щеке и склонила голову на бок, подставляя под ветер влажные волосы. Блондин еще раз коснулся моих губ своими, прошептал, что хочет запомнить каждую черточку моего лица, и назвал себя ванильным кретином. – Ты совершенно прав, ты - ванильный кретин. И знаешь, что?
- Что?
- Когда ты не притворяешься крутым, ты начинаешь мне нравиться! – выпалила я, отводя взгляд, но парень за подбородок притянул мое лицо к своему. Я решила созерцать не глаза Ярослава, а его губы, которые были так близки к моим.
- Когда мы одни, я не хочу играть кого-то…
- Но твоя сволочная похотливая натура рвется наружу! – с ехидством закончила я.
- Если бы кое-кто не одевался слишком откровенно, я бы держал свою похотливую натуру в руках, - рыкнул он и, поняв, что наша милая беседа может перейти в очередную перепалку, потянулся за поцелуем.
- Хренушки тебе, Солнцев, хренушки! – улыбнулась я и выскользнула из рук блондина, побежав по берегу. – Поймай меня, и тогда я подумаю – целоваться с тобой или нет!
Ярослав побежал следом за мной, но откуда ему знать, что я занималась легкой атлетикой в школе.
- Тебе ни за что не сбежать от меня, малышка! – я обернулась, длинноногий парень стремительно сокращал расстояние между нами. Пришлось поднажать.
Мы долго гонялись друг за другом по берегу озера, громко смеясь, словно дети. Интересно, как все было бы, помни Ярослав меня? Наверное, он бы воспринял меня как младшую сестру, и за какие-то пять или шесть дней не заявил свои права на место в моем сердце. Что ни происходит в нашей жизни, все к лучшему. Мне нравилось знакомиться с блондином заново, узнавать его и беситься с ним.
- Попалась! – меня ловко подхватили на руки и несколько раз покружили. – Всё, Влада, мне надоело за тобой гоняться, - Ярослав сел на песок, усаживая меня силой к себе на колени. Я сопротивлялась больше для виду. Он тяжело дышал, а сердце бешено колотилось, как и моё. Полчаса беготни давали о себе знать. – Ты, случайно, не олимпийская чемпионка по бегу? – тихо рассмеялся над самым моим ухом, заставив передернуть плечами, и обнял.
- Просто курить надо меньше, - усмехнулась я, откидывая голову на его плечо и с комфортом устраиваясь в объятиях. – Расскажи мне что-нибудь о себе.
- Что ты хочешь узнать? – словно большой котяра промурлыкал Ярослав, шагая пальцами по моему животу. Я с интересом наблюдала за его руками и наконец словила одну, сравнивая, насколько моя ладонь меньше. Оказалось, на много.
- Мне интересно, в детстве ты был таким же долбоёжиком? Мм? – Блондин напрягся, выпрямляя спину. Я отпустила его руку и легко поцеловала в вену на шее, стараясь показать, что он может расслабиться. Ярослав замер, и я снова коснулась губами его шеи. Влажная и солоноватая от пота.
- А может, мы отложим разговоры и займемся чем-нибудь поинтереснее? А, малышка? – подал голосок парень и, обнаглев, сунул руку под мою футболку, касаясь кожи живота. Я шлепнула его по конечности и прикрикнула.
- Солнцев, не ты ли извинялся совсем недавно за такое поведение? Искупляй вину, тешь даму сердца рассказом.
Ярослав вздохнул, жалобно так, протяжно.
- Ну, ладно, зайка, - за издевательское «зайка» он получил еще и подзатыльник. – Родился я восемнадцать лет тому назад в этом славном городке. Я бы с удовольствием распинался о своем счастливом и беззаботном прошлом, если бы помнил его. Но, к глубочайшему сожалению, я оказался последним придурком и два года назад захотел покататься на мотике без рук. Ты же умная девочка, понимаешь, чем всё закончилось? – я кивнула, сосредоточено слушая. Ярослав сглотнул и переплел наши пальцы. – Закончилось всё больницей и потерей памяти. Мои воспоминания начинаются лет с тринадцати, а до этого почти ничего. Но иногда мне кажется, что я вспоминаю, знаешь, как де жа вю. Я никогда не был у тебя дома, но был уверен, что ты живешь именно там. А еще ты напоминаешь мне кого-то родного, но я не могу вспомнить кого. Мы точно не родственники? Я не против инцеста.
- Нет, в моём роду таких идиотов не было, - хихикнула я, проводя большим пальцем по шее Ярослава и отодвигая ворот футболки, чтобы рассмотреть тату. Это не был какой-нибудь улыбающийся черепок или русалка, на бледной коже был изображен небольшой черный знак вопроса, выполненный при помощи орнамента. Просто, красиво и символично. – Я тоже хочу себе тату! – захныкала я.
- Если ты хоть что-то сделаешь со своим телом, тебе не поздоровится! – пригрозил блондин, гладя меня по предплечью. – Тебя мама не ругает, что ты так откровенно одета?
- Я не откровенно одета! – возмутилась, оборачиваясь на Ярослава. Его глаза улыбались, но он оставался серьезным.
- Нда? – быстрым движением дернул бретельку лифчика (футболка соскользнула с одного плеча, оголяя его). – Шорты коротенькие, майка слишком большая. Я, конечно, не против видеть тебя в таком виде, но другие тоже на тебя смотрят…
- Мне что, как монашке одеваться?! – взорвалась я и надула губы.
- Я слышал, что в какой-то стране женщины на люди одеваются крайне скромно, прикрывая тело, а перед своим мужчиной ходят почти голыми… - поиграл бровями блондин, криво улыбаясь.
- Похотливый дурак! – обиженным голосом обозвала его я, порываясь встать с коленок парня. Ярослав со смехом тут же усадил меня обратно, прижимая спиной к своей груди. – Мужчина он, ага, конечно!
- Как ты разговариваешь со своим молодым человеком, малышка? Надо тебя наказать, - ехидно прошептал мне на ухо Ярослав и укусил на мочку. Я дернула головой и, кажется, врезала затылком парню в нос. Он разжал руки, выпуская меня из крепких объятий, и зажал нос. – За чтооо?
Я сползла с его ног и растерянно посмотрела на парня, держащегося за свой нос. По его пальцам медленно стекала кровь.
«Что делать? Что делать?! ААААА!» - орало истеричное женское «я».
- Ярик, - жалобно протянул я. – Тебе очень больно? Прости меня, я не хотела, правда…
- Да ладно, - махнул одной рукой, - Не вздумай, идиотка! – это уже я собралась стянуть с себя майку, чтобы он зажимал нос не ладонями, а тканью. – Сейчас не до
стриптиза. У меня в левом кармане вроде платок был, посмотри.
Я послушно полезла в карман джинсов парня и действительно обнаружила там платок. Не сводя взгляда с Ярослава, протянула его кусочек ткани.
- Не смотри на меня так жалобно, малышка. У меня капилляры в носу слабые, ты не виновата, - успокаивал меня блондин, а мне хотелось расплакаться. – Ты правда не виновата, смотри, кровь уже остановилась, - продемонстрировал мне смоченный в крови платок, отчего меня замутило. – Прости, прости. Иди сюда, - тихо позвал и заключил в мягкие объятия. – Ты только это… не плачь. Испугалась, малышка?