— И еще я думаю, — говорит сова. — Если взять всех птиц, рыб, зверей, кого среди них больше: живых или мертвых?
— Ясное дело — живых, — отвечает Топал-Ойка, — зачем и спрашивать?
— Вот и нет, — говорит сова. — Ты собрал нас тут, чтобы убить, себе новый дом построить. Мы уже все равно что мертвые. Скоро совсем живых не будет.
— Так и есть, — закричал Топал-Ойка. — Как же я раньше не догадался.
Сова опять молчит. И все молчат. Наконец Топал-Ойка не вытерпел:
— Неужели ты думать не кончила?
— Не кончила. — отвечает сова. — Как по-твоему: кого на свете больше — мужчин или женщин?
— Тут и думать не надо, — засмеялся Топал-Ойка. — Мужчин больше. Что, неправда, скажешь?
Сова покачала головой:
— Это как считать! Рассуди сам: если мужчина чужим умом живет, можно его назвать мужчиной?
— Не мужчина такой человек, — сказал Верхний дух.
— А ведь это ты о себе говоришь, Топал-Ойка, — сказала сова. — Не мужчина ты!
— Как это не мужчина? — закричал Верхний дух.
— А вот так! Когда зверей, птиц, рыб создавал, никого не спрашивал. Тогда был мужчиной. Теперь глупую свою жену послушался. Ей на прихоть хочешь нас всех погубить. Меня-то не убьешь, я нарочно так села — хвост назад, клюв вперед. Взмахну крыльями и улечу. Всем, кого ни встречу, кричать буду: не мужчина Топал-Ойка, умом глупой женщины живет, не своим!
Стыдно стало Топал-Ойке.
— Подожди, не улетай! — сказал он сове. — А вы, рыбы, птицы, звери, идите, откуда пришли. Не стану вас убивать. Мне и в старом доме хорошо. А жена как хочет.
Обрадовались все. Рыбы уплыли, птицы улетели, звери убежали.
А сова сидит, желтыми глазами светит.
— Ну, что скажешь, сова? — спрашивает Топал-Ойка. — Теперь не будешь про меня говорить, что я не мужчина?
— Теперь, пожалуй, не буду, — сказала сова.
Верхний дух Топал-Ойка очень обрадовался.
![Пера-богатырь (сборник) i_015.jpg](https://litlife.club/books/313751/read/images/i_015.jpg)
![Пера-богатырь (сборник) i_016.jpg](https://litlife.club/books/313751/read/images/i_016.jpg)
ЛЕСНОЙ ЧЕЛОВЕК ЯГ-МОРТ
Коми сказка
БЫЛО у одного охотника три сына.
Вот пошел как-то отец с сыновьями на охоту — белок и рябчиков бить. Живут они в лесу месяц, живут другой, живут третий.
Хорошая охота выдалась, много зверя промыслили. Одна беда — не стало у них огня.
А мороз крепкий, сварить мясо не на чем, спать холодно.
— Давайте жребий кидать, — говорит отец сыновьям. — Кому выпадет, тот и пойдет домой за огнем.
Младший сын говорит:
— Погодите жребий кидать. Влезу я на самую большую ель, посмотрю: нет ли поблизости жилья. Если нигде нет, тогда надо домой идти.
Похвалил отец младшего.
— Ты толковый, — говорит, — хорошо придумал.
Полез младший сын на самую высокую елку, смотрит вправо-влево, смотрит вперед-назад и видит: далеко в лесу, словно волчий глаз, светится огонек.
Слез он с дерева и говорит братьям:
— Вон там-то и там-то огонь светится, верно, жилье сеть. Обрадовались братья, тоже на ель полезли. Правда, светится вдалеке огонек.
Спустились они на землю и стали спорить, кому первому за огнем идти. Отец говорит:
— Пусть старший идет, он самый сильный, он скорее всех огонь принесет.
Хорошо. Взял старший ружье и пошел.
Вдруг видит: лежит на дороге чугунный горшок.
— Ты куда идешь? — спрашивает горшок.
— За огнем.
— Вернись лучше, не ходи, — говорит горшок. — Обожжет тебя огонь.
— Не обожжет, — говорит старший охотников сын.
И пошел дальше.
Попадается ему на дороге берестяной шердын[1].
— Ты куда идешь? — спрашивает шердын.
— За огнем.
Вернись, не ходи. — говорит шердын. — Обожжет тебя огонь.
— А может, и не обожжет. — говорит парень.
И дальше пошел.
Лежит на дороге толчея.
— Ты куда идешь? — спрашивает толчея.
— За огнем.
— Не ходи, вернись. — говорит толчея. — Обожжет тебя огонь.
Не обожжет, уберегусь. — говорит парень.
И опять пошел дальше.
Лежат на дороге грабли.
Ты куда идешь? — спрашивают грабли.
— За огнем.
— Не ходи лучше, вернись, — говорят грабли. — Обожжет тебя огонь.
— Не обожжет, пел буду, — говорит парень.
И опять пошел дальше.
Шел, шел, видит, стоит избушка. Дверь открыта. В каменке огонь едва-едва теплится. А хозяина нет.
Начал старший охотников сын дрова подбрасывать, огонь раздувать. И вдруг над самым его ухом проговорил кто-то хриплым голосом:
— Ты что здесь делаешь?
Вскочил парень, смотрит: перед ним старик стоит — борода до полу, зубы словно колья торчат, руки точно крючья висят. Ну прямо леший! А это он самый и был — лесной человек Яг-морт.
— Тебе что здесь надо? — спрашивает лесной человек Яг-морт. — Ты зачем мой огонь трогаешь?
— Хочу себе взять! — говорит парень.
— А тебе горшок на дороге попался? — спрашивает лесной человек Яг-морт.
— Попался.
— А шердын попался?
— Попался.
— А толчея попалась?
— И толчея попалась.
— А грабли попались?
— И грабли попались.
— А что они тебе говорили?
— Говорили, чтобы я вернулся.
— А ты почему их не послушался? Знаешь, что это за горшок? — спрашивает Яг-морт, а сам зубами скрипит.
— Горшок как горшок, чтобы мясо варить. — отвечает парень.
— Вот и врешь, — говорит десной человек Яг-морт. — А что за шердын. знаешь?
— Простой шердын, — отвечает парень, — чтобы муку просеивать.
— Вот и врешь. — говорит лесной человек Яг-морт. — А что за толчея, знаешь?
— Как не знать! Толчея и есть толчея — зерно толочь, — отвечает парень.
— Вот и врешь. говорит лесной человек Яг-морт. — А что за грабли, знаешь?
— Чего тут не знать! Эка невидаль — грабли!
— Ничего-то ты не знаешь, — говорит ему лесной человек Яг-морт. — Ну, за это я тебя сейчас проучу хорошенько.
Схватил его за волосы, пригнул к полу, зажал между ногами и вырезал у него из спины ремень шириной в ладонь.
Едва вырвался от лешего старший охотников сын. а уж как вырвался — бросился бежать без оглядки. Про головню и думать забыл.
Пришел к отцу и братьям едва живой.
— Огонь принес? — спрашивает отец.
— Какой там огонь! Сам едва жив остался. Чуть не задушил меня леший. А про спину молчит, только поеживается.
Рассердился отец, послал среднего сына за огнем.
Проходит день, и этот без огня возвращается, и у него из спины леший вырезал ремень.
Да про это молчит средний сын, только охает тихонько.
Смеется младший брат над старшими.
— Ну что вы за охотники? — говорит. — Лесного человека испугались.
Вы бы побили его, а потом и огонь бы унесли.
— Вот ты сам и сходи, — говорят братья. — И тебе достанется.
— Что ж, пойду. — говорит младший.
Взял ружье, взял топор и отправился в путь.
Шел, шел, видит, лежит на дороге горшок.
— Ты куда идешь? — спрашивает горшок.
— За огнем.
— Вернись лучше, не ходи, беду наживешь. — говорит горшок.
— Не пугай, не боюсь! — И дальше пошел.
Попадается ему на дороге шердын.
— Ты куда идешь? — спрашивает шердын.
— За огнем.
— Вернись, не ходи, обожжет тебя огонь. — говорит шердын.
— Был бы только огонь, а уж я с ним управлюсь, — отвечает младший охотников сын.
И дальше пошел.
Попадается ему на дороге толчея.
— Ты куда идешь? — спрашивает толчея.
— За огнем.
— Не ходи, вернись, а то худо будет, — говорит толчея.
— Без огня еще хуже, — говорит младший охотников сын.
И дальше пошел.
Попадаются ему на дороге грабли.
— Ты куда идешь? — спрашивают грабли.
— За огнем.
— Вернись, не ходи, жалеть будешь, — говорят грабли.
1
Шердын — берестяной лоток.