Память переносит меня к событиям начала Великой Отечественной войны, когда в Спадщанском лесу был создан наш партизанский отряд, выросший затем в крупнейшее соединение. Вокруг уже бесчинствовали немцы. И наш маленький отряд наносил им чувствительные удары. Вскоре Спадщанский лес стал неприступным для фашистов. Всё новые и новые патриоты приходили сюда, чтобы принять партизанскую клятву и вместе с нами бить оккупантов.
Помню, среди первого пополнения отряда был всего один комсомолец — сын нашего комиссара Радик Руднев. Товарищи говорили о нём: «Наш комсомольский фундамент». И он действительно положил начало созданию в отряде комсомольской организации, которая впоследствии насчитывала сотни юношей и девушек и стала внушительной силой в нашем соединении. Эти ребята были людьми высокого сознания, воинского героизма и долга.
В последних числах августа 1942 года меня и других командиров партизанских отрядов и соединений вызвали а Москву, в Кремль. Впервые предстояло покинуть родной партизанский край.
Нас принимали в Ставке Верховного Главнокомандовании. Беседа была продолжительной и интересной. Ставились новые задачи по расширению партизанской войны, обсуждались мероприятия по обеспечению успеха наступательных операций.
Соединениям, которыми командовали Александр Николаевич Сабуров и я, было предложено совершить чрезвычайно сложный и ответственный рейд на Правобережную Украину, естественно, подобный поход требовал тщательной подготовки. Надо было привести в особый порядок все наши силы, наладить снабжение оружием, боеприпасами и всем иным необходимым, чтобы обеспечить выполнение столь крупной боевой операции.
В Кремле мне тогда сказали:
Учтите, Сидор Артемьевич, поможем всем, чем располагаем. Кстати, в Москве находится большая группа комсомольских работников из всех оккупированных районов страны. Немало среди них и с Украины. Славные ребята. Они усиленно занимаются на специальных курсах ЦК ВЛКСМ, где их готовят для работы во вражеском тылу. Как только закончат учёбу, немедленно полетят к вам.
Этому известию я очень обрадовался. Ведь в нашем соединении было большинство молодёжи, и приезд опытных комсомольских вожаков сулил немало хорошего.
Вернувшись к своим партизанам, я рассказал об этом комиссару соединения Семёну Васильевичу Рудневу. Он тоже обрадовался и заметил:
— Устроим комсомолятам достойную встречу!
6 октября 1942 года из Москвы поступило сообщение, что к нам вылетает группа комсомольских работников. И в ту же ночь на только что построенном аэродроме совершил посадку первый самолёт из транспортного полка, которым командовала Герой Советского Союза гвардии полковник Валентина Гризодубова.
Один за другим выходят из самолёта комсомольцы. У всех возбуждённое настроение. Да это и понятно. Ведь они впервые на партизанской земле. Знакомимся. Вот высокий стройный юноша — Михаил Андросов, заведующий отделом Запорожского обкома комсомола. А вот его спутницы: секретарь того же обкома Юлия Зинухова и секретарь горкома Валя Павлина. К нам подходят секретарь Николаевского обкома комсомола Лия Дивина и другие ребята.
Их сразу окружили партизаны, начались расспросы. Как идёт жизнь на Большой земле? Готовит ли наша армия новые удары по немцам? Захватили ли с собой литературу, свежие газеты? Посланцы Ленинского комсомола едва успевали отвечать, так что путь от аэродрома до штаба партизанского соединения показался коротким.
— Вот и новое боевое пополнение, — приветливо встречает комсомольцев Семён Васильевич Руднев.
Вслед за ним я знакомлю приезжих с начальником штаба Григорием Яковлевичем Базымой, секретарём партийного бюро Яковом Григорьевичем Паниным, командирами отдельных подразделений.
Находились мы в ту пору в Брянских лесах, близ Старой Гуты, в которой ни на минуту не прекращала существовать Советская власть. И не случайно мы назвали Старую Гуту партизанской столицей.
К этому времени наше соединение успело провести немало боевых операций, уничтожило более четырёх тысяч фашистов, захватило много трофеев. Соединение стало грозной и опасной силой для врага. И теперь оно готовилось к новым сражениям.
Вот та обстановка, в какой оказались прилетевшие к нам комсомольские работники. После короткого отдыха все они включились в активную боевую жизнь. Миша Андросов был назначен помощником комиссара соединения по комсомольской работе. Комсомольские организации в батальонах, ротах возглавили Валя Павлина, Вася Олейник, Юля Зинухова, Аня Дивина. И что примечательно: все они как-то сразу накрепко вошли в нашу партизанскую семью. Участвуя в операциях, они и сами хорошо проявили себя, и других комсомольцев повели за собой, мобилизовали всю молодёжь на решение важных задач, стоявших перед соединением.
Беседуя с Семёном Васильевичем Рудневым о работе нашей комсомолии, мы не раз благодарили Центральный Комитет комсомола за такое хорошее пополнение. Это были замечательные ребята. Мы часто восхищались их бесстрашием и отвагой. Их пример увлекал не только молодых, но и пожилых партизан.
А боевое крещение началось следующим образом.
— Что, Семён Васильевич, пора и новеньких испробовать в доле, — сказал я как-то Рудневу.
— Непременно, — согласился комиссар.
Примерно через час мы вызвали к себе командира партизанской группы Сергея Горланова и нескольких разводчиков — молодых, энергичных ребят.
— Так вот что, хлопцы, — обратился я к ним, расклады пап карту. — Сперва придётся вам отмерить километров сорок. Затем выйдете на шоссе, подойдёте к мосту, снимете охрану, а мост взорвёте. Предупреждаю; для немцев это шоссе имеет очень важное значение. Стерегут они мост пуще глаза. Так что от вашего умения целиком зависит успех операции. Значит, действовать нужно очень осторожно, но решительно.
— И ещё одно учтите, — добавил Руднев, — впервые на операцию с вами пойдут наши молоденькие: Юля Зимухова и Валя Павлина.
Получив точные данные, ребята вышли в путь. Я верил в успех операции, так как прекрасно знал, на что способна группа Сергеи Горланова. И вместе с тем беспокоился за девушек, которым предстояло держать первый боевой экзамен.
Долго ожидали мы возвращения группы. Наконец бойцы показались в нашем лесу. Лица утомлены, а настроение бодрое. Сергей Горланов, отрапортовав мне и Рудневу, что задание успешно выполнено и группа вернулась без потерь, рассказал подробнее.
— Как говорят, бережёного и бог бережёт, — начал Горланов. — Поэтому мы шли, буквально ощупывая каждый кустик, присматриваясь к каждому бугорку. Шли, однако, быстро. Никто не отставал. К Юле и Вале я постоянно приглядывался. По всему видно было: трудно девушкам с непривычки такую дорогу сразу одолеть. Делали короткие остановки, потом снова в путь. Время подгоняло. Наконец увидели цель. Собрались с силами, наметили задание каждому. Абсолютно бесшумно подобрались к месту. И тут наши девчата показали себя.
Горланов умолк на какую-то долю минуты, а затем продолжал:
— Наше появление для гитлеровцев было как гром среди ясного дня. Растерялись фрицы. Не смогли оказать сопротивления. И мы ударили по ним. Смотрю — и глазам своим не верю: Юля Зинухова преследует двух фашистов — они к дому, а она с автоматом за ними. Одного убила, а другой успел скрыться в доме. В это время подоспел Петя Шевченко. Через открытую дверь дал автоматную очередь, а потом и сам вскочил в дом. Через несколько минут на пороге показались два немца с поднятыми вверх руками. За ними важно шагал Петя...
Смело вела себя и Валя Павлина. Пока мы возились с охраной, наши минёры во главе с Васей Олейником взорвали стометровый мост.
Горланов окончил рассказ. Мы с Рудневым поздравили партизан с успешным завершением операции, а особенно девушек — со сдачей боевого экзамена. Как сейчас, помню их лица — довольные, весёлые. Протянув мне немецкий карабин, Юля сказала:
— Сидор Артемьевич, это я забрала у первого немца, которого убила.
Для меня такой подарок был очень дорог.