— Куда это они? — удивилась Галла.
— Думаю, на практические занятия, — усмехнулся Нереус.
У Галлы оказался очень незаурядный ум и прекрасное чувство юмора. И знания её действительно были обширными, что позволяло Миносу вечерами подолгу с ней беседовать на различные темы. И постепенно он стал замечать, что в её присутствии проблемы решались значительно быстрее и проще. А её аура, ранее имевшая серебристо-белый цвет, стала приобретать голубой оттенок. Иногда Минос смотрел на неё и думал:
— «А ведь у неё есть задатки Музы. Жаль только, что её энергосистема так слабо развита».
Однажды вечером Минос застал Галлу за чтением какой-то книги. Но, понаблюдав за ней, понял, что она её не читает, просто смотрит на одну и ту же страницу, не переворачивая листы.
— Галла, ты о чём задумалась?
— Я? Нет, Вам просто показалось.
— Я тебя уже просил, когда мы одни, называть меня просто по имени. Так в чём дело?
Галла долго не могла подобрать слова, затем спросила напрямую:
— Скажи, Минос, я тебе как женщина нравлюсь?
— Разумеется! Ты очень красивая девушка! Я бы даже сказал — редкой красоты!
— Тогда, что же во мне не так?
— Я тебя не совсем понял. Переформулируй свой вопрос.
— У тебя много наложниц. И они делят с тобой постель. В то время как ко мне ты даже никогда не притронулся. Почему?
Вопрос для Миноса был полной неожиданностью. Он походил по комнате, затем сказал:
— Я выкупил тебя, потому, что ты мне сразу показалась необычной, сильной и даже рабство тебя не сломило. Я уважаю сильных людей. Мне не хотелось, чтобы ты попала к какому-нибудь садисту, который рабынь воспринимают как скотину, используя для удовлетворения своей похоти. А что касается наложниц, так я никого силой не заставляю ложиться в мою постель.
— Значит, они к тебе приходят добровольно?
— Ну, да. А почему это тебя удивляет? Я что, похож на тирана? Нет, иногда я поступаю жёстко, даже жестоко. Но только в тех случаях, когда этого требуют интересы государства. В первую очередь это касается казнокрадов и предателей. Врагов я тоже уничтожаю, не имею привычки оставлять их за спиной. Но то, что я не насильник — это точно. Так что можешь меня не бояться. У меня и в мыслях не было тебя обижать.
Минос опять заходил по комнате. Обычно он это делал, как заметила Галла, при решении важных проблем. Внезапно он остановился:
— Стража!
Дверь приоткрылась, в неё буквально протёк Клеитос:
— Слушаю, Ваше Величество!
— Вот что, приятель, пригласи-ка ко мне секретаря.
Тот кивнул, и исчез за дверью. Минут через десять зашёл секретарь, с папкой под мышкой.
— Джудас, у тебя есть при себе «Грамота Вольности»?
Лицо секретаря вытянулось, но, проглотив комок в горле, ответил:
— Ваше Величество, я всегда все бумаги ношу с собой. И эта грамота у меня есть, со стандартным текстом.
— Ну, тогда доставай её и впиши в неё имя Галлы Мансоур, урождённой принцессы Египта.
Джудас посмотрел на Галлу, лицо его ещё больше вытянулось. Затем, пожал плечами, и стал заполнять «Грамоту». Закончив, протянул её Миносу. Тот внимательно прочитал:
— Вот и хорошо. Пусть возвестят во Дворце, что принцесса Галла является гостьей из дружественного нам Египта. И пользуется всеми привилегиями и правами лица царской крови. Ступай, Джудас.
И повернулся к Галле. Та стояла бледная, прижав руки к груди.
— Ну вот, теперь ты свободна. Мне следовало сделать это значительно раньше. Прошу меня извинить. Но уж больно хорошая из тебя оказалась помощница. Да и привык я к тебе, жалко было расставаться. Если хочешь отправиться домой, я дам тебе в любой момент отряд сопровождения. Решать тебе.
— А могу я остаться здесь? Я не хочу возвращаться в Египет… пока. Вам ведь всё равно нужен помощник, а я достаточно хорошо изучила Ваши дела, — в глазах Галлы, наполненных слезами, была мольба.
— Галла, милая, по социальному положению мы практически равны, поэтому ты вольна поступать, как посчитаешь нужным. Я буду этому только рад.
Галла в нерешительности постояла, а затем бросилась Миносу на шею, обливая его слезами.
Весь день они занимались в библиотеке. Затем Минос пошёл в устроенную по его приказу спортивную комнату. Снаряды для тренировок делали по его чертежам. Вернувшись, прошёл в душ. Выйдя, присел на край бескрайней кровати, углубившись в свои мысли. Затем, вздохнув, скинул халат и забрался под одеяло.
Его шею тут же обвили ласковые руки, а перед своим лицом он увидел огромные зеленые глаза Галлы. Не успел он рта открыть, как его накрыли её страстные губы…
Минос лежал на боку и рассматривал сладко спящую принцессу. На её губах застыла счастливая улыбка.
— «А ведь я люблю её, и уже давно, только боялся сам себе признаться». — И с нежностью провёл рукой по её волнистым волосам.
Галла зашевелилась. Минос отдёрнул руку, боясь её разбудить. Но Галла, не просыпаясь, повернулась к Миносу, уткнувшись в его плечо, и закинув на него ногу. Он некоторое время лежал, не шевелясь, пока не погрузился в сон.
Проснулся он от шума струй воды в душе. Наконец, из него вышла Галла, одетая в халат Миноса. Она вытирала волосы, наклонив голову. Встретившись с ним взглядом, она улыбнулась, обнажив ровный ряд ослепительных зубов:
— Чем мы сегодня будем заниматься?
— Дел на сегодня полно, но одно из них откладывать нельзя.
— Это какое же? — в глазах египтянки забегали хитрые бесята.
Минос поймал её за руку и притянул к себе….
Они лежали рядом на спине, плавая в сладостной неге. Затем Минос повернулся к Галле:
— Говорят, что самая искусная в любви — Богиня Афродита…
— Да неужели?! — деланно удивилась принцесса.
— Но ты, — продолжал он, — просто какое-то чудо. Я готов проводить с тобою в постели целые дни.
— Так у нас же на сегодня полно дел!
— Да… верно, — вздохнул монарх, — но вечером обязательно продолжим.
Галла звонко рассмеялась, затем прижалась к его губам:
— Обязательно. Надеюсь, ты не будешь ссылаться на то, что у тебя болит голова.
Она выскользнула из-под одеяла. Минос откровенно любовался её телом. Оно было безупречно прекрасно. И Минос почувствовал, что беспредельно, до неприличия счастлив. А Галла застыла перед стулом, на котором лежала одежда. Её прежняя исчезла, а на её месте лежала… одежда, достойная царицы. Она растерянно посмотрела на Миноса.
— Ну, что ты застыла? Одежда соответствует твоему статусу. Так что, одевайся.
Они вышли из покоев. Стражник отдал им честь:
— Доброе утро, Ваше Величество и Ваше Высочество! Далеко собрались?
— А ты с какой целью интересуешься? — Минос хитро посмотрел на него. — Может быть, ты лазутчик? Признавайся, на кого работаешь!
Галла потянула Миноса за руку:
— Не цепляйся к парню, у него просто хорошее настроение. Так какие у нас сегодня дела?
— До меня дошли слухи, что в одном из доменов твориться что-то непонятное. Налоги, которые платит его владелец, уменьшились почти в пять раз.
— Тебе не хватает денег?
— Денег у меня достаточно. Но налоги не так уж и велики. Поэтому уменьшение их поступления в казну вызывает подозрение.
— Мы поедем на Демоне?
— Да.
— Ой, а можно я буду им управлять?
— Ну… не знаю, Демон конь очень норовистый, ты можешь не справиться. Он слушается только меня.
— Но попробовать-то можно?
— Что ж, попробуй.
Они вышли из комнаты и многочисленными коридорами стали пробираться в конюшню. Минос, по привычке, тихо ругал Дедала за хитроумный проект дворца. Встречные кланялись им и улыбались. Похоже, об изменении статуса Галлы знали уже все. А за время её пребывания во дворце успели полюбить. Наконец, они добрались до конюшни, пройдя зал Двойных Секир.