Точно так же обстоят дела и с британскими «ассоциированными государствами». Именно этот путь вынуждены были избрать неоколонизаторы, чтобы «спустить пары» народного недовольства и ослабить воздействие дошедших сюда ветров деколонизации. По сути своей это путь затормаживания национально-освободительного движения, консервации отсталости и зависимости бывших колониальных стран. Нужно сказать, что на какое-то время обман народов удался, империализм сумел сохранить свои позиции.
Однако молодые независимые государства Вест-Индии в последние годы все чаще и чаще начинают теснить империалистические монополии, осевшие на их земле. Одним из важных шагов в этом направлении стало создание региональных экономических организаций. Таких, скажем, как Карибский региональный банк развития или Ассоциация свободной торговли Карибского моря («Карифта»), куда вошли и некоторые полунезависимые страны. Цель этих организаций — расширение взаимной торговли, установление разумных таможенных тарифов, предоставление кредитов на выгодных условиях для экономического развития и т. д. Но участникам и этих организаций приходится вести нелегкую борьбу с попытками проникновения иностранного капитала, стремящегося «пристегнуть» эти страны к рынкам США, Канады, Японии, Англии.
Вест-Индия… Манящий и загадочный еще для многих район нашей планеты. Не часто советскому человеку удается побывать на этих овеянных легендами островах. Они во многом похожи географически друг на друга, как трагически одинаковы их судьбы. Но сегодня можно смело говорить и о том, что прежней идиллии для колонизаторов здесь больше нет.
Бурлит Вест-Индия. Народы этих стран всё активнее вступают в борьбу за свое человеческое достоинство, за свободу и независимость. И пираты XX века не в силах остановить этот процесс, как никто не в силах остановить время.
А теперь, дорогой друг, — в путь! Возьми карту, вспомни прочитанные когда-то книги об этих краях и отправляйся в новое путешествие по морским и сухопутным дорогам флибустьеров далекого прошлого. Если оно тебя увлечет и ты обогатишь свои знания об этих странах, я буду считать свой долг перед тобой выполненным. Ведь каждый из нас мечтал когда-то о таком путешествии…
Автор
![Тропой флибустьеров i_003.jpg](https://litlife.club/books/309288/read/images/i_003.jpg)
![Тропой флибустьеров i_004.jpg](https://litlife.club/books/309288/read/images/i_004.jpg)
ТРИНИДАД И ТОБАГО: КОГДА ЦВЕТЕТ ЧАКОНИЯ
Чакония зацветает в августе. И тогда вечнозеленые леса Тринидада начинают полыхать огнем: ярко-красные стреловидные бутоны раскрываются почти одновременно, становясь похожими на небольшие, мастерски разрисованные блюдца. «Дикая пойнсеттия» — таково истинное название цветка, ставшего здесь символом любви и счастья. Он украшает самую изысканную прическу и карнавальное шествие. Его дарят друг другу молодожены и преподносят высоким гостям.
И все же популярность чаконии объясняется совсем другими причинами. Август для жителей Тринидада и Тобаго— особый месяц. В августе 1962 года после долгих лет борьбы прогрессивных сил острова, общая площадь которых пять тысяч квадратных километров, получили независимость. И когда жители островов празднуют эту торжественную дату, пламя августовской чаконии словно напоминает всем о пролитой на этой земле крови многих поколений рабов и борцов за свободу.
Тринидад и Тобаго — два острова, образующие одно государство. Кажется, что они бросили невидимый якорь в Карибском море, на самом юге Малых Антил, словно выплывающих в Атлантику. Открытые в 1498 году Христофором Колумбом, они бурно прожили следующие века. Полагают, что их первыми обитателями, как и других островов этого района, тоже были индейцы — сибонеи, араваки и карибы, чьи примитивные орудия труда и предметы домашнего обихода до сих пор находят при раскопке холмов и захоронений.
Три невысокие горные вершины, будто сторожевые вышки, поднимаются над зеленой равниной острова. Они-то и дали, с легкой руки Колумба, этому клочку суши название, сохранившееся по сей день.
Разумеется, первыми хозяевами Тринидада были испанцы. Лишь в конце XVIII века он перешел во владение Англии.
Тринидад, черный невольничий остров, одно название которого долгие века было синонимом нечеловеческой жестокости и отчаяния, строил благополучие своих хозяев на крови и поте не только африканцев, но и других народов. Страницы истории сохранили точную дату прибытия сюда и первых 228 иммигрантов из Индии — 30 мая 1845 года. С того дня и вплоть до апреля 1917 года свыше 150 тысяч жителей Мадраса и Калькутты переселились на далекий и неведомый им остров в Карибском море. Что влекло их на Тринидад?
Английский ученый Мортон Класс в своей книге «Культурное наследие восточных индийцев на Тринидаде» считает, что было четыре повода для их приезда. Большинство из иммигрантов были обмануты сладкими посулами вербовочных агентов о высоких заработках и легкой работе. Другие приехали в поисках приключений, наслышанные разных небылиц об этом пиратском районе. Абсолютное большинство надеялось получить здесь работу, пусть даже тяжелую, но обеспечивающую нормальную жизнь. И, наконец, были люди, спасавшиеся от преследования закона, иными словами — различные уголовники.
Что же нашли они на неведомой им земле? Работу? Да. Но поистине каторжную. Легкий заработок? Об этом они быстро забыли, получая за каждые девять часов труда на сахарных плантациях под палящим солнцем всего 25 центов. Чтобы просто выжить, легковерные индийцы вынуждены были работать по двенадцать, четырнадцать, а то и шестнадцать часов. Начались болезни, смерть косила людей, не спрашивая мотивов их приезда, а оставшиеся в живых проклинали тот день и час, когда согласились покинуть родину.
Не лучшим было положение иммигрантов из Китая, Ливана и других стран. Их уделом оставался тяжелый, низкооплачиваемый труд в поле — на возделывании тростника, кофе, какао и хлопка, на сахарных заводах и в домах белых плантаторов. Лишь единицам удавалось вырваться из нужды — они становились мелкими фермерами и торговцами, но печать людей «второго сорта» оставалась на них и даже на их детях.
История соседнего Тобаго более бурная, хотя сам он намного меньше своего соседа. Колумб дал ему имя «Консепсьон», что в переводе с испанского означает «согласие». Как уверяют исторические хроники, остров был слишком мал, чтобы заинтересовать великого мореплавателя. К тому же Колумб не искал больше гавани для своих кораблей — он нашел ее на Тринидаде.
В течение целых ста последующих лет о Тобаго ничего не было известно. Испанцы не проявляли к нему никакого интереса — мифическое Эльдорадо влекло их на юг, на большую землю Америки. Никто не знает, почему и когда остров получил свое нынешнее имя. Правда, уже в XVII веке различные варианты его — Тобакко, Табк, Таваго — часто появлялись в европейской печати. Как легко понять, все эти названия так или иначе происходят от испанского варианта слова «табак», плантации которого преобладали тогда на острове.
Тобаго оставался «ничейным» до тех пор, пока путешествующие английские моряки не сообщили своему владыке, королю Джеймсу I, что остров не колонизирован. Они призвали его присоединить Тобаго к английской короне ввиду выгодного географического положения, и в 1628 году сын Джеймса I, король Чарльз I, великодушно отдал его одному из своих приближенных — графу Эрлу Пемброуку. Но к тому времени и у других стран пробудилось желание обладать этим затерявшимся в морских просторах крошечным островком.
И началось! Голландцы, англичане, французы, шведы — кого только не видели берега Тобаго! И не по одному разу возвращались они сюда, пытаясь сломить сопротивление соперников. Каждый из завоевателей провозглашал остров своим владением, объявляя претензии других несостоятельными. Голландцы, к примеру, предприняли шесть отчаянных попыток закрепиться на Тобаго, но всякий раз терпели неудачу. Любопытно, что самыми стойкими воинами во всех этих передрягах были индейцы.