Мы оба тяжело дышим, сверля друг друга злобными взглядами, и кружимся, ища слабую точку, оставленную без защиты. Когда я ее нахожу, я моментально нападаю и наношу увесистый удар по самой мягкой части его живота. Он сгибается пополам и судорожно хватает ртом воздух. Я отталкиваю его, и он, пошатываясь, отступает назад.
Я смутно слышу, как кто-то кричит:
— Хватит! Разнимите их!
Мне выкручивают руки, когда хватают сзади. То же самое происходит с Дозером. Потом Эдж поворачивается к нему лицом, чтобы успокоить. Но, чуть наклонив голову в сторону, Дозер выкрикивает:
— Ты берег ее не для Эджа, самовлюбленный говнюк! Ты берег ее для себя!
Пытаясь вырваться из лап удерживающих меня людей, я выпаливаю все как на духу:
— Ты чертовски прав, я берег ее для себя!
Услышав мое признание, Дозер вырывается на свободу. Он бросается на меня, но его останавливают и оттаскивают назад.
— Ты кусок дерьма!
— Да? Это я-то кусок дерьма? Это я забил на клуб и бросил своих братьев на произвол судьбы?
— Пошел ты! Ни хера ты не знаешь! — огрызается он.
Внезапно Эмбер встает передо мной. Она кладет руку мне на грудь.
— Мав! Прекрати это!
Мне требуется секунда, чтобы сфокусироваться на ней и избавиться от снедающей меня ярости.
— Куколка, отойди.
— Нет! Это безумие.
— Кто-нибудь, уведите ее отсюда!
Гриз хватает ее за руку, но она борется с ним.
— Нет, Мав, я не останусь здесь, если так и дальше будет продолжаться. Ты поклялся, что изменишься. Так ты выполняешь обещания?
Я мгновенно трезвею. Мой взгляд перескакивает от разъяренного Дозера на Эмбер. Глаза у нее грустные и в то же время свирепые. Она говорит на полном серьезе. Я вижу это. Она уйдет, прежде чем у нас появится шанс построить отношения. Из-за этого. Из-за Дозера и из-за того, что я не могу держать свой гребаный взрывной характер под контролем.
— Я закончил! — громко заявляю я, все еще глядя на нее. — Все нормально. Отпустите меня.
Таз и Гус отпускают мои руки и отступают.
Вот только Дозер с этим не согласен.
— Закончил? Черта с два! Мы только начали!
Его глаза пронизаны ревностью, пока он наблюдает за нами двумя.
— Мы закончили с этим, — говорю я ему. — У тебя были свои причины уйти с поста. Отлично. Я не буду больше поднимать эту тему. Но она — моя. Держись от нее подальше.
— Отцепитесь от меня, — рявкает он и сбрасывает с себя руки, которые его удерживают, после чего уходит.
— Я не могу остаться здесь. Не хочу стоять между вами, — говорит Эмбер. Ее брови хмуро сведены от напряжения.
Я запускаю руку в ее волосы и притягиваю ее ближе.
— Не уходи, — умоляю я ее.
— Я не хочу уходить.
— Тогда не делай этого.
Она украдкой бросает взгляд в том направлении, куда ушел Дозер.
— Я не хочу стоять между вами двумя, — повторяет она.
— Ты не стоишь между нами. Просто потребуется какое-то время, чтобы он смог справиться с горечью поражения.
— Я… Он единственный, кто вступился за меня. Я чувствую, что я обязана ему. Он был прав, Мав. Где бы я была, если бы он не убедил тебя позволить мне остаться?
На ее глаза наворачиваются слезы от боли, и это чуть не ломает меня.
Черт. Она права.
Если бы он не боролся за нее, Бог знает, где бы она была или чем бы сейчас занималась.
Я обнимаю ее за шею и придвигаю ближе к себе. Затем оборачиваю другую руку вокруг ее талии и притягиваю ее в свои объятия.
— Ты права. Я все исправлю. Я поговорю с ним, когда он остынет. Все будет хорошо. Обещаю.
Она с облегчением выдыхает и обнимает меня обеими руками. Я знаю, что сделаю все, что угодно, черт возьми, чтобы ее удержать. Чтобы она всегда вот так меня обнимала, находилась рядом со мной, указывала мне на мои ошибки. Делая меня тем человеком, каким я и должен быть.
— Не так я планировал провести этот вечер, Куколка.
— Знаю. Я тоже.
— Я планировал по-другому закончить этот вечер.
Она долгое время молчит, а затем шепчет:
— Я тоже.
Я немного отстраняюсь и опускаю взгляд на ее лицо.
— Поехали домой, — в моем голосе сквозит отчаяние и необходимость. — Мне нужно побыть наедине с тобой.
Она чуть заметно кивает и кладет подбородок мне на грудь.
— Ты поедешь со мной на байке?
— Только если ты не будешь гнать. Я раньше никогда не каталась на мотоцикле.
Слава тебе, Господи.
Не думаю, что смог бы вынести, если бы узнал, что она отдаст свою первую поездку кому-то другому. Я, возможно, и не забрал ее девственность, но у меня будет с ней много первых и последних раз, и я буду дорожить каждым из них.
— Я уже говорил тебе, Куколка. Ты это контролируешь. Если ты хочешь медленно, мы поедем медленно, — я глажу ее по спине и прижимаюсь губами к ее лбу. — Теперь давай попрощаемся со всеми. Я хочу отвезти тебя домой.
Глава 29
Мы часто ходим по тонкой грани между тем, что сломает нас и освободит.
ЭМБЕР
Урчание мотора вибрацией проходит по всем моим конечностям. Мы в пути уже несколько минут, но беспокойство, которое я испытывала, когда Мав только выехал со стоянки, исчезло. Он управляет байком с хладнокровной уверенностью. Переключает скорости с выверенной точностью. Мне помогает и то, что он предупреждает меня всякий раз, когда мы подъезжаем к повороту. Каждый раз он снимает свою руку с руля и пару секунд удерживает ее на моем бедре, от чего моя кожа покрывается мурашками.
Я продолжаю надеяться, что потоки овевающего меня воздуха смогут унять этот жар, который начинает охватывать наши тела. Или, быть может, притупят неустанный гул предвкушения, растекающийся под моей кожей. Но этого не происходит.
Мотоцикл замедляется, и я бросаю взгляд через плечо Мава. Мы подъезжаем к повороту на проселочную улочку. На этот раз, когда он снимает руку с руля, я вздыхаю, стараясь успокоиться и подготовить себя к натиску желания, которое принесет с собой его прикосновение. Но вместо ласкового поглаживания по моей ноге, он кладет ладонь мне на руку, которая покоится на его груди.
Мое сердце начинает пропускать удары. Я и не догадывалась, что оно способно отбивать такой рваный ритм.
Но вскоре Мав убирает руку и поворачивает. Я осторожно наклоняюсь вместе с ним. После чего он ускоряется, но не до той скорости, с которой двигался раньше. Через мгновение байк замедляется, выезжая на подъездную дорожку, ведущую к великолепному двухэтажному дому размером с клуб. Дом новый, с гаражом на три автомобиля и огромным двором.
Мав паркуется и глушит мотор. Опустив подножку, он оборачивается и смотрит на меня.
— Не слишком быстро?
— Нет. Идеально.
Уголок его рта приподнимается.
— Так, значит, я могу снова прокатить тебя на своем байке?
Его взгляд медленно скользит по моему лицу, и он заводит выбившуюся прядь моих волос мне за ухо.
— Только если ты мне покажешь, до какой скорости может разогнаться эта штуковина.
Он фыркает от смеха.
— Ты уверена, что справишься с такой скоростью, малышка?
Либо это алкоголь, который я ранее выпила, придает мне храбрости, либо я просто хочу проверить его контроль.
— Думаю, нам стоит попробовать и выяснить это.
— Иди сюда, — хрипло произносит он. Затем, понятия не имею как он это делает, но он хватает меня и перемещает так, что я оказываюсь прямо перед ним, мои бедра лежат на его бедрах, моя грудь прижата к его груди, и его эрекция таранит меня именно в том месте, где у меня ныло на протяжении нескольких часов.
Удерживая в ладонях мое лицо, он смотрит мне в глаза.
— Мы не обязаны ничем заниматься этим вечером. Я буду счастлив просто обнимать тебя.
Хотя его глаза пронизаны похотью, в темных чертах его лица заметна искренность.
Приподняв бровь, я дразнюсь:
— Правда?