О том, какое впечатление на участников конференции произвело выступление С. П. Королева, вспоминает член- корреспондент Академии наук Б. В. Раушенбах: «В 1934 году, будучи студентом, я пробрался в конференц-зал Академии наук. Я запомнил только его доклад. Меня поразила его уверенность в том, что можно и должно летать на аппарате с ракетным двигателем».
Об интересе к докладам ученых-ракетчиков говорит и такой штрих. Когда предоставлялось им слово, Президент Академии наук А. П. Карпинский уходил с председательского места, садился рядом с докладчиками и, приложив руку к уху, внимательно слушал их.
После заседания С. П. Королева и М. К. Тихонравова окружили молодые специалисты по космическим лучам, астрономы. Они хотели знать, когда ракеты поднимут исследователей или хотя бы их приборы повыше, чем самолеты и стратостаты, за пределы атмосферы.
Главное — двигатель
Одними призывами к ученым, конструкторам и инженерам двигать вперед ракетное дело Сергей Павлович не ограничился. Стараясь Сделать строительство ракет общенародным делом, он написал книгу «Ракетный полет в стратосфере», выпущенную в свет Воениздатом в 1934 году. Книга эта популяризировала идеи ракетной техники, делала их доступными красноармейцу, рабочему, школьнику. Сейчас она приобрела новое звучание, как свидетельство формирования и развития идей, воплощению которых Королев посвятил всю свою жизнь.
В предисловии к этой книге обращает на себя внимание категорическое признание ракеты в качестве «исключительного и незаменимого средства для высотных и сверхвысотных полетов и достижения огромнейших скоростей».
И еще в предисловии разъясняется мысль о том, зачем нужно широко популяризировать знания о ракете: «Чтобы избежать всевозможных сюрпризов и неожиданностей», — говорит Королев и предупреждает, что назначение «всех работ, ведущихся в этой области в империалистических странах… для целей войны».
В своей книге С. П. Королев привел классификацию ракет по их устройству.
На первое место он поставил бескрылые ракеты; мы теперь называем их баллистическими, они — основа современного ракетного арсенала. На второе — крылатые ракеты, имеющие ныне громадное распространение.
Особое место (и не без оснований, как покажет потом практика) Королев отводит ракетным аппаратам, состоящим из ряда последовательно действующих ракет. «Причем, — как поясняет Сергей Павлович, — ракета, уже отработавшая, в полете для облегчения отцепляется и сбрасывается».
И наконец, специально выделяет группу управляемых ракет, которые в будущем явятся настоящим новшеством в технике. Предусматривает Сергей Павлович также и управление ракет автоматами или человеком, находящимся на их борту.
В главе «Характеристики ракетных двигателей и аппаратов» подчеркивается мысль, органически вытекающая из очень серьезного отношения Королева к проблемам ракетного полета: «Необычайная простота и даже известная схематичность ракетных устройств не должны служить поводом к излишнему легкомыслию при работах в этой области».
![Главный конструктор i_014.jpg](https://litlife.club/books/308232/read/images/i_014.jpg)
Титульный лист описания реактивной установки, сконструированной С. П. Королевым в 1943 году.
«…Длина пути, проходимого по инерции, без мотора, может составить очень большую величину, в несколько раз превосходящую путь, пройденный с мотором», — пишет Королев. Теперь мы знаем, что его высказывание подтвердилось. У современной баллистической ракеты, имеющей дальность до 13 тысяч километров, активный участок составляет небольшую часть пути, а дальше ракета летит по инерции.
В одной из глав Сергей Павлович рассмотрел возможности применения ракетных аппаратов и в заключение не без юмора заметил: «Достаточно ограничиться приведенным кратким перечнем уже имевших место случаев применения ракетных аппаратов для тех или иных целей, оставляя все прочие вопросы в области фантастики, где им пока что и надлежит по справедливости быть».
Главное внимание в своей книге Сергей Павлович уделил аппаратам и ракетным двигателям на жидком топливе, которые уже тогда обещали поднять человека на большие высоты. А в его словах об ученом из Калуги звучит гордость соотечественника: «Основоположником и теоретиком ракетного полета справедливо считается К. Э. Циолковский, наш ученый, известный своими работами в различных областях науки».
Сергей Павлович уже знал труды К. Э. Циолковского в их историческом развитии: «Ракета, действующая на жидком топливе, была предложена К. Э. Циолковским еще в 1903 году как средство для полета человека в межпланетном пространстве, — пишет в своей книге Королев. — В то время К. Э. Циолковский еще не дает конструктивного проекта своего звездолета, считая необходимой предварительную, более детальную разработку его идеи с принципиальной стороны…
С развитием своих проектов К. Э. Циолковский все больше и больше уделяет внимания самому источнику движения ракеты — ракетному двигателю, вопросам подачи топлива, управления двигателем…»
И далее Сергей Павлович еще раз повторяет вывод: «Только имея двигатель, работающий на новом принципе, притом достаточно надежный и совершенный, можно совершить полет на высоте и, возможно, когда-нибудь даже в межпланетном пространстве».
Развивая мысль о том, что в центре внимания ученых- ракетчиков должен стоять двигатель, Сергей Павлович ссылается на историю авиации, ему хорошо известную: «До тех пор пока не было мотора, все проекты оставались в области фантазии, а практические попытки не шли дальше эпизодически совершаемых прыжков на небольшие расстояния, очень часто оканчивавшихся катастрофой».
Видимо вспоминая свою неудавшуюся попытку создать легкий самолет дальнего радиуса действия, Сергей Павлович предупреждает: «Еще и сейчас, несмотря на огромный прогресс техники авиационного моторостроения, многие задачи не решены из-за несовершенства агрегатов».
Когда он писал эти строки, ему, наверное, вспомнился неяркий летний день, площадка у ангара, где в беспорядке громоздились остатки от его СК-4, и сидящий прямо на траве летчик Кошиц. Да! Велико было тогда огорчение — разбит единственный экземпляр машины. Но с годами боль от той неудачи прошла, и Сергей Павлович позже даже подшучивал над Кошицем, вспоминая аварию:
А в книге он, уже наученный жизнью, еще и еще раз подчеркивает подчиненность всех остальных разделов ракетной техники проблеме двигателя. «Все остальные, — пишет он, — пусть даже самые сложные вопросы в процессе работы с летающими моделями объектов и целыми объектами (а летать они будут наверняка в том случае, если есть надежный двигатель), несомненно, будут своевременно и достаточно полно разрешены».
Далее автор вспоминает о своих расчетах ракетоплана на основе планера, имевшего форму треугольника. Размах его крыла был 12,1 метра, длина планера 3 метра, высота 1,25 метра, площадь крыла 20 кв. метров, вес без ракетного двигателя 200 килограммов. На планер, в его центроплане, были установлены ракетный двигатель, баки и вся проводка. Ракетный двигатель брался с разной тягой — 50 и 100 килограммов.
И что же получилось? В первом случае разгон планера с ракетным двигателем занимал минуту, скорость у земли достигала 139 километров в час, потолок 810 метров, продолжительность полета 6 минут и дальность 13 километров. Во втором случае разгон занимал треть минуты, скорость у земли достигала 200 километров в час, потолок 1400 метров, продолжительность полета 4 минуты и дальность 20 километров.
Из этих примеров Сергей Павлович делал вывод, что при тяге 50 килограммов полет совершается фактически с большим трудом и до ничтожного потолка. Лучше обстоит дело с тягой 100 килограммов, но для более продолжительного полета пришлось бы и в этом случае брать такое количество горючей смеси, что аппарат не поднялся бы в воздух. И снова автор утверждает, что в будущем человек непременно осуществит подъем при помощи жидкостного ракетного летательного аппарата на некоторую высоту от земли и совершит полет в течение более или менее продолжительного промежутка времени по заданному маршруту.