Когда я приезжаю в его особняк, охранник звонит хозяину, чтобы узнать, можно ли меня впустить. Получив разрешение, я проезжаю через ворота, останавливаясь перед домом.
Джек встречает меня у двери в белом костюме для фехтования, с маской и рапирой.
— Пирс, какой сюрприз. — Он пожимает мне руку. — Заходи.
Я прохожу внутрь.
— Немного поздновато для фехтования, не так ли?
Джек идет по коридору, а я следую за ним.
— Я не подчиняюсь времени. Я делаю то, что хочу, подстраиваясь под мой собственный график. — Он заходит в большую комнату. Там находится мужчина, тоже в костюме для фехтования. Джек от него отмахивается. — Мы закончили на сегодня. Тот откланивается, а Джек подходит к столу и наливает скотч в бокал. Бутылка рядом с ним полупустая. Я немного знаю о фехтовании, но предполагаю, что не хорошо напиваться, тыкая рапирой в кого-то или уклоняясь от ударов, направленных на тебя. Но это Джек. Нарушитель традиций. Фанат риска.
— Выпить не хочешь? — Он берет стакан.
— Вообще-то, да. Мне бы не помешало.
Он громко смеется.
— Все плохо, да? — Наполняет стакан, затем передает его мне. — Давай присядем.
Мы располагаемся на стульях, сдвинутых в угол комнаты.
— Итак, что тебя привело сюда сегодня вечером? — Джек вытирает пот со лба, затем подносит стакан ко рту.
— Встреча с матерью.
— А как там поживает Элеонор? Она такая красивая женщина. И должна была быть со мной, вместо твоего отца. Я бы дал ей лучшую жизнь, чем Холтон. — Он скрестил ноги в лодыжках и покрутил в руках стакан.
Я чуть не выплюнул свой скотч.
— О чем ты говоришь? Ты встречался с моей матерью?
Короткий взмах руки.
— Много лет назад. Мне было двадцать пять или двадцать шесть. Я не могу точно вспомнить. Когда пьешь столько же, сколько и я, то провалы в памяти обеспечены. Большинство людей считают это проблемой, но не я. Предпочитаю жить настоящим, а не прошлым.
— Как долго ты встречался с моей матерью?
— Откуда, черт возьми, мне знать? Я только что сказал тебе, что моя память уже не такая, как раньше. — Джек ненадолго задумывается. — Может быть, несколько месяцев. И, несмотря на амнезию, я помню несколько ночей с тех времен. — Он подмигивает. — Твоя мать была довольно дикой, если ты понимаешь, о чем я.
Я съеживаюсь, подавляя желание стукнуться головой о стену.
— Джек, пожалуйста. Я не хочу ничего знать.
— Ага, я полагаю, что тебе было бы неприятно думать о своей матери со мной. Дело в том, что я бы стал для нее куда более подходящим мужем, нежели Холтон. И твой отец это знает, еще одна причина, почему он меня ненавидит.
— Почему он должен тебя ненавидеть? Он женился на ней, поэтому выиграл.
Джек раздраженно фыркает.
— Чушь. Он не победил. Ему даже не пришлось пытаться. Она была выбрана для него, и только потому, что ее отец заключил какую-то сделку с отцом Холтона. Группа одобрила их союз, и дело было сделано.
— Почему твой отец не пытался ее заполучить?
— Мой отец посчитал, что она меня не достойна. — Он резко дергает плечами, отчего скотч в его стакане выплескивается через край. — В итоге, мне нашли другую. Марта хорошая жена и дала мне двух прекрасных дочерей. Она просто не Элеонора. — Тут Джек снова мне подмигивает.
— Ну, мой отец все еще женат на ней, так что у него нет причин таить на тебя злобу.
— Холтон презирает меня, потому что у твоей матери все еще есть чувства ко мне. И всегда были. — Он лукаво улыбается. — На самом деле, мы снова встречались раз или два за эти годы.
Я чуть не выплюнул свой напиток снова. Я пришел сюда поговорить о Рэйчел, а не узнать историю сексуальных контактов своей матери.
— Моя мать изменила отцу? С тобой?
— Я уверен, что был не только я. Женщины такие же плохие, как и мужчины, Пирс. Они лгут так же, как и мы. Моя жена уж точно.
— Моя мать не похожа на того, кто может с легкостью соврать.
— Дети никогда не видят своих родителей такими, какие они есть на самом деле. В любом случае, ты говорил что-то о том, что встречался с Элеонорой.
— Да, я сопровождал ее на званый ужин в резиденцию Сеймуров и…
— Кэтрин все еще строит тебе глазки? — Джек громко смеется. — Она еще не в старшей школе?
— Да. На оба твоих вопроса. Как как я уже говорил, моя мать пригласила меня на ужин с ней, но только для того, чтобы она смогла свести меня с Сидни Сент-Джеймс.
— Ах, да. Красивая женщина. Я никогда не встречал ее, но видел фотографии. По-моему, она училась в Принстоне. И примерно твоего возраста, так что вы двое отлично подходите друг другу. Элеонора сделала хороший выбор. — Он снова делает глоток скотча.
Я ставлю свой стакан на ладонь, открыто глядя на Джека.
— Меня не интересует Сидни.
— Какого черта нет? Она определенно лучше, чем кто-либо, кого выберет твой отец. И определенно лучше твоей первой жены. Как ее звали, а? — Он задумчиво сводит вместе брови, стараясь вспомнить, но тут же слегка качает головой. — Девушка-лесбиянка. Как ее звали?
— Кристина. Мы можем о ней не говорить?
— Да, продолжай. — Джек встает, чтобы налить себе еще одну порцию. — Так что случилось с Сидни?
— С ней все в порядке. Я просто не заинтересован в ней. У меня уже есть девушка.
— Кто она? — Он снова садится.
— Рэйчел. Ты знаешь ее. Ты ходил к ней домой.
— Не-е-ет. — Неверующе качает головой Джек. — Ты не встречаешься с ней. Ты можешь заниматься с ней сексом, но ты с ней не встречаешься.
— Я встречаюсь с ней, и это становится все серьезнее. Вот почему я здесь и разговариваю с тобой. Я думаю, может быть... сделать ей предложение.
Он с грохотом опускает стакан на стол и вскакивает со стула.
— Ты что, потерял по дороге сюда свой долбанный разум?
Я встаю, чтобы быть с ним наравне.
— Я люблю ее и хочу жениться на ней.
— Ага, ну, а я бы хотел прыгнуть с парашютом, пока трахал бы Мисс Америка, но этого не произойдет. Есть некоторые вещи, которые по определению невозможны, и это одна из них. Так что вытащи свою голову из задницы и столкнись с реальностью. Ты не женишься на тех, кто не одобрен. И в твоем списке нет фермы в Индиане. У нас есть масса красивых женщин на любой вкус, и ты выберешь одну из них и женишься. Конец дискуссии. — Выдохшись, он плюхается обратно на стул.
— Слушай меня. — Я по-прежнему стою, глядя на него. — Я женюсь на Рэйчел, несмотря на то, что ты или кто-то другой мне не говорили. Я думал, ты поддержал бы меня в этом, Джек. Твой девиз — «Делай, что хочешь». Ты никогда не следуешь их правилам. Так почему я должен?
Лицо Джека багровеет, когда он приподнимается.
— Потому что ты убьешь эту девушку! Это то, чего ты добиваешься? Ты хочешь, чтобы она умерла?
Меня прошибает ледяной пот. Он лжет. Он говорит так только для того, чтобы напугать меня и вынудить держаться от нее подальше. Они бы ее не убили, будь она моей женой. Она была бы одной из нас. Они не посмели бы.
— Это то, чего ты хочешь, Пирс? — Джек кричит на меня, его лицо так близко к моему, что я чувствую его слюну, когда он орет. — Это?
— Нет! Конечно, нет! — Я вынужденно отступаю. — Но они этого не сделают, если она будет моей женой.
— Да? Что ж, придется тебя разочаровать.
— Откуда ты знаешь? Они делали так раньше?
— Нет, потому что ты первый идиот, который даже подумать смог выкинуть нечто подобное. Я могу не следовать всем правилам, Пирс, но я подчиняюсь, когда дело доходит до выбора жены. Мы принадлежим к обществу, закрытому для посторонних. Ты впускаешь кого-то извне и рискуешь уничтожить то, над чем они так упорно работали. Они не позволят этому случиться.
— Другие из группы женаты на женщинах, не являющихся частью организации.
— Да, но все эти женщины — богатые светские львицы, которые подходят кому-то, вроде тебя. И они тщательно проверяются, прежде чем их впустят в наш узкий круг. Некоторым о нас даже не рассказывают. Их мужья будут хранить этот секрет до самой смерти.