Туман налетел, будто пар из взорвавшейся скороварки. Монстр исчез. Вадим начал путь из особенного к избранному.
Хорошее утро дорого стоит! Утро, когда еще не холодно, но уже не жарко. Когда великий миллионный город спит почти весь, кроме самой активной части. Когда Солнце, крадучись, всходит над горизонтом взлетной полосы. Хорошее утро предвещает хорошие истории.
Дина приехала в аэропорт раньше Вадима. Приехала и тут же пожалела, что согласилась. Потому что до вылета всего часа полтора, а ее «босс» мало того, что не приехал, так еще и телефон не брал. Вернее, забыл. Когда Дина позвонила, трубку взяла какая-то девушка и сказала, что Вадим вот только что уехал, а телефон не взял. Естественно, возвращаться за ним он не будет. Дину это возмутило. Вот надо было ему вчера на ночь глядя найти какую-то прошмандовку, провести с ней веселую ночку, забыть телефон, где у современного человека все пароли, явки и контакты, наверняка, не собрать сумку, нестись в аэропорт небритым, немытым, нечесаным. И вот с этой «звездой» ей лететь на самое популярное шоу страны, где будут все известные нормальные видеоблогеры. Хотя, нету у нас нормального видеоблогера, Дина с этой компашкой уже не раз общалась, впечатления никто положительного у нее не вызвал.
Она прошла регистрацию и встала неподалеку от стойки. Регистрация на рейс заканчивается за 40 минут, кажется. У этого говнюка есть еще двадцать.
Основная толпа пассажиров благополучно прошествовала в отстойник. Последними подходили раздолбаи, вроде Вадима и уж совсем уверенные в себе путешественники, которые всё делали последними, чтобы не ждать. Эти тоже раздражали Дину самоуверенностью. Таких всегда ждут в автобусе, таких ищут, объявляют — что, нельзя прийти на пять минут раньше? Какая разница, где сидеть, в кресле аэропорта или кресла самолета? Короче говоря, Дину бесили многие, но тут группа мужчин отвлекла ее.
Тринадцать здоровенных широкоплечих мужика напомнили Дине парней, больше всего любивших на конвентах наряжаться викингами. Ох уж насмотрелась на таких Дина, пока встречалась с Пашкой! Широкоплечие, коренастые, все волосатые, бородатые. Короче, моджо так и прёт со всех щелей. Только те были в шкурах, эти одеты в кожу. Кожаные штаны, кожаные куртки, жилетки, перчатки, плащи. У кого косуха на голове, у кого реальная коса за спиной. Один, впрочем, выбивался. Высокий брюнет, одетый в видавший вида серый костюм и плащ. Единственное, что было в нём от моды — лихая шляпа и трость. Однако что-то такое очаровательное в тонких чертах лица: длинный нос, умные темные глаза, рот суховатый, но как будто улыбчивый. Не поймешь сразу, то ли старый, то ли наоборот молодой. Где-то лет тридцать, наверное.
Хмурые мужики в коже прошли регистрацию первыми, мужчина в сером плаще скромно подождал и шел последним. Интересная у него трость. Он не инвалид, она явно — дань просто моде. Ручка из слоновой кости — искусно вырезанная курительная трубка. Видимо, заметив интерес Дины, мужчина поглядел на нее. Девушка тут же отвернулась, слегка краснея — разглядывал он ее ровно до той поры, пока все бородачи не прошли регистрацию. Этим он тоже начал Дину раздражать. Под его взглядом она стыдливо приспустила свитер, скрывая толстые ягодицы и ляжки. Ореховые глаза за очками посмотрели в потолок. Дина не любила, когда ее так пристально рассматривают. Ей в таких ситуациях всегда хотелось сесть на диету, пробежать километров десять и выпить чай «Ласточку».
Но вот уже осталось сорок пять минут до вылета, все пассажиры прошли регистрацию, Дина стояла у стойки пунцовая и злая, в зал чуть не вбежал Вадим. Он пролетел мимо, бросил коротко но весьма извиняющееся «привет» девушке и успел пройти регистрацию. Одет в то же, что на вчерашнем эфире. Действительно, нечесаный и небритый, рубашка застегнута кое-как, курточка легенькая. И лиловым пятном засос на полшеи.
— Привет, Дин, — сказал он виновато. — Совсем я всё забыл.
— Пойдем, — вздохнула девушка. — Горе луковое. Люба звезда Ютуба.
Они прошли в отстойник, там Вадим даже успел заказать себе кофе с пирожным. Он и вправду не успел собрать сумку, ни даже зубы не почистил. Благо, можно купить и пасту, и щетку прямо тут в аэропорту. Еще благо — у Дины тоже айфон. Ввел свой ID, подключился к инету и готово. Из облака загрузились контакты, приложения и даже история просмотров браузера. Правда, пользоваться одним телефоном на двоих не так удобно, но, в случае чего, можно.
Рейс объявили, они прошли к рукаву. Попутно Вадим тоже обратил внимание на странную команду «кожаных» людей и их серого сопровождающего. Как назло, Вадиму досталось место в самом конце салона, причем посреди как раз двоих из бородачей. А сидеть между двух широкоплечих качков — удовольствие нулевое. Дине досталось место у окна, в середине салона, позади нее сел мужик с тростью и один из «кожаных». Девушка отметила, разговаривают они друг с другом по-немецки. Самолет взлетел.
— Почему по-немецки? — спросил Сергея Толик.
— Потому что в салоне никто этого языка не знает. Второй пилот знает, но нас он не подслушает. Ты же хорошо говоришь?
— Да, но по-английски лучше, — буркнул в ответ бородач. — Не люблю летать. Гораздо лучше бы мы поехали.
— Вам предстоит долгий путь, — вздохнул Сергей. Сколько уже можно объяснять этому упрямому пню? — Хотя бы часть его я бы хотел провести в комфорте и быстро. Поверь, очень скоро о нашем Походе узнают, и самолет как передвижение будет недоступным и небезопасным.
— Он и сейчас небезопасный! Какого хрена?! Мы летим в алюминиевой бочке, которая перемещается по небу, кипятя керосин! Была бы это вимана с пушками — я бы согласился. Но тут одной ракеты достаточно, чтобы прекратить не только наш Поход, но и мой род!
— Вернейший способ сохранить твой род — не ходить ни в какие походы. Детей рожать, предков собирать. Строить город. Тайно, конечно, но у некоторых получается.
— У них это получается либо пока они ничтожны, либо пока про них не узнали. И ты сам понимаешь, что тут свой род я не построю даже чисто технически…
Тут их прервали, потому что сидели они у аварийного выхода, стюардесса попросила ознакомиться с инструкцией по технике безопасности. Когда самолет взлетел, они продолжили.
— Мне не нравится этот рейс, — сказал Толик. — Неужели ты не чувствуешь запах судьбы? И еще это дежавю не оставляет меня с самого начала…
Сергей приподнял бровь.
— Я? Я чувствую запах судьбы за километр. Но ты понимаешь, что мы вообще затеяли? Это только начало Похода, сейчас вокруг нас такое количество вероятностей рождается и умирает. Но пока я не чувствую ничего особенно плохого. И не забудь, с кем вы летите. Этот самолет никуда не упадет по несчастному стечению обстоятельств. Что до дежавю — в этом тоже ничего необычного. Мы вполне могли уже ходить в этот Поход и раньше. И вообще, одолеть Царя Царей всего за одну жизнь ни у кого не получится. А раз мы уже это делали раньше, может быть, нам теперь повезет?
— Будем надеяться, чародей. Будем надеяться.
Прошло минут сорок, Толик, не спавший уже вторые сутки, начал вырубаться, но тут на плечо его легла рука колдуна.
— А вот это мне уже не нравится, — сказал он открывшему глаза Толику. — На этот самолет кто-то прямо сейчас обратил внимание. И внимание это очень мерзкого характера.
— Я же говорил, надо было ехать на байках! — прорычал Толик. По-немецки вышло довольно зловещи. Так, что девушка впереди обернулась.
— Тут что-то не так, — сказал колдун рассеянно. — Внимание было, но не сказать бы, что на нас.
— И на кого?
— Не могу сказать. Из нашего фона вероятности так и схлопываются одна за другой. Но ничего плохого для рейса я не вижу. Наоборот, укрепилась вероятность прилета в целости и сохранности. Ого! Я такого давно не видел! Теперь этот самолет точно долетит в Москву! Боюсь, даже я не смогу его «упасть»! Какая-то воля держит его! Серьезная воля!
— Хватит говорить загадками, чародей! Мне всё равно на твою эту мистику, скажи мне про наш Поход.