Криво усмехнувшись, я посмотрел на щербатого и вопросительно поднял бровь. Щербатый ответил мне такой же улыбкой, а через мгновение на голову обрушился сильный удар. Третий участник потасовки, подошёл ко мне незаметно сзади и пустил в ход дубинку. Охнув и пытаясь унять сноп искр устроивших безумную пляску перед глазами, я развернулся к новому участнику и ударил прямым в голову. Мужик уронил дубинку и потерявшись сел на землю.
Закончить дело мне не дали. По голове нанесли новый удар, от которого я упал на землю. Деньги, до этого зажатые в кулаке, покатились по мощеной камнем площади с весёлым звяканьем. Мужик, не участвовавший в драке, кинулся их собирать. Щербатый, не отвлекаясь на мелочи продолжил орудовать дубинкой. Сильные удары, отражавшиеся в теле вспышками боли, обрушивались на спину, плечи и голову, которую я прикрыл руками, не имея никакой возможности подняться.
Вдруг откуда-то со стороны раздался злобный окрик и удары прекратились. С трудом приподняв голову, я увидел приближающийся наряд стражи. Щербатый помог подняться первому нападавшему, до сих пор сидящему на земле и кинулся вместе с ним прочь. Парень же, собиравший монеты, подхватил мешок с рыбой и попытался схватить второй с вещами, но я вовремя в него вцепился. Плюнув на добычу, которую не смог вырвать, он побежал вслед за своими напарниками.
Не имея ни каких сил подняться, я продолжил лежать, всё так же вцепившись в мешок. Один из подошедших стражников что-то спросил. Я не ответил. Второй, после недолгого ожидания, легонько пнул меня по спине. Издав стон, я с трудом принял сидячее положение, уставившись мутным взглядом перед собой. Один из стражников присел и помахал перед моим лицом ладонью, что-то спросив. Я машинально кивнул в ответ.
Стражники помогли мне подняться и о чём-то разговаривая, пошли дальше. Я же стоял всё в том же месте пытаясь собраться с мыслями. День выдался совершенно неудачным. Посмотрев в сторону, куда убежали Щербатый с компанией и скривившись двинулся к берегу реки. С трудом спустившись по крутому склону, рядом с пирсом, я положил мешок и умылся. Чёрт, прощать такое нельзя, иначе завтра всё повторится по новой.
Сев рядом с тем местом, где умывался, я подтянул к себе мешок. Достав оттуда рубашку, которая была порвана до состояния, когда починке уже не подлежала, кинул её рядом и вынул из-за голенища нож. Парой быстрых движений, отделив рукава от остального тряпья, я вложил один в другой и завязал узлом один из краёв. Нужно прийти в себя и найти этих тварей. У них мои деньги... а главное, моя ЕДА!
Нашарив рядом с собой пару увесистых камней, засунул их в рукав, после чего засыпал внутрь получившегося продолговатого мешка песок. Взвесив в руке будущее орудие труда и обороны, прикидывая тяжесть, удовлетворенно хмыкнул и сделал ещё один узел, фиксируя наполнитель, после чего повязал ещё узлы по всей длине рукояти. Взмахнув импровизированным кистенем, признал его вполне годным и отложив в сторону, лёг, вытянувшись во весь рост на земле.
Голова была ещё мутная, тело болело. Особенно болел шрам от ножа чернобородого, только недавно начавший рубцеваться. Умиротворяюще плескалась вода, накатывавшаяся на берег. Пролежав полчаса, я со вздохом поднялся, отгоняя головную боль мыслью, что голова - это кость и поэтому болеть не может.
Снова умывшись, встряхнулся всем телом. Состояние организма ещё было далеко от нормы, но больше времени у меня нет. Найти нападавших нужно сегодня. Закинув мешок с вещами за спину и сунув нож за голенище, я взмахнул пару раз кистенем, привыкая к оружию и вскарабкался на пирс.
Напавших на меня подёнщиков я нашёл на удивление быстро. Они сидели под самым дальним пирсом, варя в котелке, на небольшом костре, мою рыбу. Вся тройка была весела и смеясь переговаривалась. Сердце забилось быстрее. Меня начало охватывать бешенство. Почему бы и не веселится? Ужин и бабки на халяву. День у них явно выдался лучше моего. Сделав глубокий вдох, я перехватил поудобнее кистень, конец которого был обмотан вокруг правой ладони. 'Лишь бы не убить', - промелькнула в сознании мысль. Злобно оскалившись я прыгнул с края пирса, прямо перед костром.
Тройка удивленно уставилась на человека, появившегося перед ними. Не тратя ни секунды, я нанес кистенем удар по голове парню, который собирал монеты. Противник потерял сознание и разлёгся на земле, раскинув руки. Повернувшись к Щербатому, попытался повторить удар, но мужик успел уклониться и удар шара, набитого камнями и песком, пришёлся по ключице. Взвыв от боли, он перекатился подальше, а я, не отвлекаясь на него, повернулся к третьему. Удар пяткой в грудь, пресёк попытку подняться. Подскочив вплотную к стонущему противнику, ударил что было силы ногой в живот. Удар кистенем по голове добавилось ещё одно бессознательное тело возле костра.
Поворачиваясь в ту сторону, где был Щербатый, я успел заметить движение и отскочить, но нож всё равно успел задеть левое плечо. Песок оросила брызнувшая кровь. Противник ощерился и что-то лающе прорычал.
- Кто кого поборет гнида! - оскалился я в ответ теряя последние капли самообладания и развёл руки, предлагая сделать первый ход.
Щербатого не нужно было долго упрашивать. Он сделал шаг вперёд, держа нож перед собой, а я, подцепив носком горстку песка, швырнул его в лицо противнику. Рефлекторно отшатнувшись, Щербатый пропустил удар кистенем по челюсти. Неловко отступив назад, пытаясь не потерять равновесие, он не заметил новый удар, пришедшийся прямо на голову. Упав на землю, щербатый скрючился от боли, что-то подвывая. Подступив ближе, я откинул ногой в сторону, выроненный противником нож и ударил ещё раз кистенем. После чего уронил кистень и сев сверху на Щербатого, начал от души вколачивать его голову в землю кулаками.
Еле взяв себя в руки, я остановился, с трудом успокаивая тяжёлое дыхание. Щербатый находился уже в полубессознательном состоянии. Лицо превратилось в одно сплошное кровавое месиво. Рядом валялись несколько зубов. Склонившись над ним, похлопал по щекам, приводя противника в сознание. Через минуту на меня уставился практически адекватный взгляд. Прижав за горло Щербатого к земле, я оскалился и чеканя каждое слово проговорил, более чем уверенный в том, что хоть слов он не поймет, но общий смысл уловит точно.
- Слушай сюда, тварь, ещё раз встречу вас у себя на дороге, отправлю на корм рыбам. Понял? - Щербатый смотрел на меня ожидая продолжения. Жестко усмехнувшись, я отпустил горло и нанес сильную пощечину. - Понял, спрашиваю? - до мужика, похоже, дошло, что от него требуется какая-то реакция. Испугано издав что-то невразумительное, он кивнул. - Вот и умничка, - проговорил я, похлопав его по щеке. - А теперь спи родной, - с этими словами я нанес сильный удар в левый глаз, от которого Щербатый потерял сознание.
Тяжело дыша, сев рядом с поверженным противником, я устало уставился на текущую чёрную воду. 'М-да, насыщенный выдался сегодня день', - пронеслась в сознании отстраненная мысль. Скривившись, я потрогал неглубокую рану на плече, из которой продолжала сочится кровь. Когда же, наконец, оставят мою тушку в покое, и не будут пытаться проделать в ней новые дыры, не предусмотренные природой?
Поборов усталость, я встал и проверил, живы ли первые два мужика, беспокоясь, не прибил ли их насмерть. Оба противника дышали. Облегчённо переведя дух, я обшарил тела всех троих, после чего выпотрошил все вещевые мешки и отобрал добычу.
К моим вещам прибавились две штопаные рубахи и одни штаны, принадлежавшие самому крупному из троицы, так же в мой мешок перекочевали пара плащей, деревянная ложка, и три ножа. Оставлять колюще-режущее этим придуркам не было никакого желания, выбрасывать же душила жаба. Туда же отправилась одна дубинка. Остальные две я выкинул в реку.
Так же нашёл съестные припасы, которым обрадовался, как ребёнок подарку на новый год. Несколько лепёшек, немного солёного мяса, какая-то крупа, небольшой мешочек с солью и пол головки козьего сыра. Оторвав сразу кусок лепешки и засунув его в рот, я подтянул кошельки, снятые с бессознательных тел. Быстрый подсчёт показал, что я обогатился на семьдесят медных монет, а у щербатого нашлась даже одна серебряная.