- Пердец, - прошептала Ольга.
- Полный пердец, - Анна чуть заметно кивнула головой.
- Это гвардейцы, - шепнул им гном. - А в Объединенную гвардию Зенли берут только стрексов, так как они - самые злобные из всех гуманоидов. Так что, нам даже не пердец, а полный чекрасон.
- А я знаю, что такое чекрасон, - сказала Анна.
- Не будет никакого чекрасона! - решительно заявил Сёма. Он поднял руки над головой, помахал ладонями, привлекая к себе внимание, а потом вдруг заговорил на не знакомом Кипяткову языке:
- Ар ес бах унтах ктон. Тор дорби контан ханто...
- Не понял... - На лице Кипяткова застыла маска изумления.
- Он говорит на языке стрексов, - пояснил Коля и стал переводить: - Мы не те, кого вы ищите. Там, в пространственно-временном лабиринте находятся два робота, которым срочно нужна ваша помощь. Идите все в лабиринт и помогите роботам задержать банду убийц. Только не забудьте отключить роботов!
"Неужто, он решил заморочить им головы? - подумал Владимир. - Тогда почему не прикладывает руки к вискам, как обычно? Неужели вышел на новый уровень? А вдруг у него ничего не выйдет? Господи! Только бы у него всё получилось! Помоги ему!"
Последнее он прошептал, едва заметно шевеля губами:
- Помоги ему!
Услышав шепот Кипяткова, женщины и гном повернули к нему свои лица.
- Ты с кем разговариваешь? - тихо спросила Ольга.
- С Богом, - ответил Владимир.
И, похоже, Господь услышал его почти безмолвную молитву. Стрексы, стоящие в шеренгу, вдруг опустили свои плазмометы и побежали к входу в лабиринт. Из дыры в брюхе летательного аппарата выскочили ещё двое, держа в тонких ручонках плазменные пистолеты. Они побежали за своими соплеменниками. На них были коричневые летные костюмы, на головах не было шлемов. Вероятно, это были пилоты. Когда пилоты пробегали мимо Кипяткова, ему в глаза бросилось то, что они были практически лысыми, за исключением редких пучков жиденьких волосиков на макушке - маленьких разрозненных островков в океане лысины.
Когда все стрексы пробежали мимо, Владимиру подумалось, что таких уродов могут рожать только матери, подвергшиеся сильному радиоактивному облучению. Да и то, не без помощи кесарева сечения, иначе голова не пролезет. Не исключено, что стрексы даже считали свою уродливость вполне нормальным явлением, а других гуманоидов, которые выглядели не так, как они, относили к существам, стоящим на более низких ступенях развития. Может, поэтому эти несчастные были такими злыми и агрессивными.
Арка у основания большой каменной глыбы и ступени, ведущие к ней, исчезли. Это означало, что лабиринт закрылся.
- Слава Богу! - Кипятков облегченно вздохнул.
- Да нет никакого Бога, - не глядя в сторону Владимира, заявил гном, поднимаясь по ступенькам трапа на корабль. - Есть только расчеты, которых мы должны придерживаться. Тогда не будет никаких случайностей, и можно будет прожить долгую и счастливую жизнь!
Владимир на это ничего не ответил. Понял, что говорить об этом с гномом бесполезно.
Военный корабль состоял из нескольких отсеков. В отсеках было множество шкафчиков, подписанных яркими иероглифами. Внутри летательный аппарат казался гораздо больше, чем снаружи. Как в массажном салоне, в воздухе витал аромат масел и трав, который успокаивал. Эти благовония, как рукой, сняли накопившуюся усталость Кипяткова членов его команды. Впрочем, и массаж для Владимира был бы не лишним.
В одном из отсеков путники увидели пятерых представителей различных гуманоидных рас, сидящих большой клетке, сделанной из толстых металлических прутьев. Их поднятые вверх руки были скованы наручниками, от которых отходили шевелящиеся, будто живые металлические тросы, концы которых терялись где-то в верхней части клетки, укутанные белой дымкой.
На фоне щуплых, болезненного вида гуманоидов, выгодно выделялся человек в рваном белом халате, заляпанном кровью. Его нос был сильно распухшим, левый глаз заплыл, но все равно схожесть с Джоржем Клуни была потрясающей.
- Система? Джорж? - Кипятков обратился к субъекту в халате, остановившись напротив и глядя на него через решетку.
Мужчина, приподнял голову и молчал, пытаясь сфокусировать на Владимире свой единственный здоровый правый глаз.
- Казимир! - обрадованно закричал Коля, ухватившись руками за прутья решетки. - Вот так встреча!
Подойдя к стенке корабля, гном оторвал кусок обшивки, под которой проходили связки толстых, будто завернутых в фольгу кабелей, пробежался по ним пальцами и с размаху вонзил в один из них резак. Тросы с кандалами тут же унеслись вверх, а дверь клетки бесшумно открылась. Двойник Джоржа Клуни и ещё двое гуманоидов обессиленно рухнули на колени, остальные устояли на ногах.
Гном с Сёмой помогли Казимиру подняться с пола, вывели его из клетки.
- А вы пошли на хрен отсюда! - прокричал Коля гуманоидам. Хотя он кричал по-русски или по-росски, но они поняли его и быстро выскочили из салона корабля. Гном подвел двойника голливудского актера к одному из кресел в соседнем отсеке и осторожно усадил его. - Как тебя сюда занесло? Ты же улетал на Бали!
- Да, - прохрипел Казимир, кивнув головой. Его некогда безукоризненно причесанные волосы прилипли ко лбу. - Когда тролли напали на бункер, я отправил Володьку с Сёмой в капсуле наверх, а сам побежал в ангар. Там стоял один из кораблей, угнанных Сёмкой, на нем я и планировал добраться до Бали. Но я забыл, что корабль напичкан идентификационными табличками и впопыхах не успел их убрать. Поэтому меня очень быстро сбили стрексы и взяли в плен...
- А золото? - руки гнома, чего ранее за ним не замечалось, задрожали, и глаза заблестели нездоровым блеском. - Где наше золото?
На этот вопрос Казимир предпочел не отвечать, виновато опустив голову.
- Мы летим на Землю. Если не хочешь лететь с нами - выходи из корабля, - Коля указал рукой с оттопыренным большим пальцем себе за спину, в сторону выхода.
- Мне здесь нельзя оставаться, - не поднимая головы, пробормотал Козявкин. - Я хотел бы полететь с вами, если возьмёте.
- Хоть ты и мудак, но возьмем, - гном по-дружески приобнял Казимира, но тот болезненно сморщился, и Коля быстро убрал от него руки.
- То есть, этот человек, - Владимир указал пальцем на Казимира, - ... и есть тот, с кем мы жили в бункере, кто косил под ими...
- Всё потом! Не будем терять время! - гном метнулся к рубке пилотов, махнув рукой сыну Кипяткова. - Сёма, за мной!
Они уселись в кресла пилотов.
- Все по местам! - обернувшись, закричал Семён. Он сделал это так, будто всю жизнь только и занимался тем, что управлял военными кораблями.
Кипятков и его друзья поспешили к креслам. Всем бросалось в глаза и поражало, что количество кресел соответствовало их количеству пассажиров, словно система управления корабля заранее знала, для кого нужно подготовить кресла, а для кого - нет. Кресла стояли в два ряда. Владимир сел за Ольгой, а Казимир устроился в кресле за Анной.
Схватив с панели управления черную перчатку, пронизанную множеством серебристых проводков, человек-эльф натянул её на правую руку и сжал ладонь в кулак. На внезапно возникшем над головами пилотов экране появилось несколько красных символов. Один из них напомнил Владимиру совокупляющихся собак.
- Ну, как я приложу к считывателю ладонь пилота? - возмущенно воскликнул человек-эльф. - Они же сейчас в лабиринте. А кто знает, когда выберутся оттуда? Никто!
- Боже мой! - взвыл Кипятков.
- Не скули, религиозный ты наш, - не поворачивая головы, обратился к Владимиру гном, доставая из кармашка жилета резак. Открыв лючок под панелью, он засунул в него руки, немного повозился, а потом сказал Сёме:
- Давай ещё раз!
Сёма снова сжал руку в кулак. Где-то сзади послышалось слабое шипение. Потоки прохладного воздуха исчезли, температура в салоне выровнялась, из чего Владимир сделал вывод, что прямоугольный люк, через который они попали на корабль, закрылся. Слабая вибрация, пробежавшая по корпусу летательного аппарата, говорила о том, что двигатели запущены.