Выйдя во двор, "коллегу" Витю, с его машиной, конечно уже не застал. Не хотел его кидать. Просто так получилось. Извини братан. Постоял, развернулся и пошел на гул автострады.
Хмурый вечер, дышал выхлопными газами на город, как грязный бомж, беломоропортвейновским перегаром. Зажигались первые, подслеповатые фонари.
Петляя мышкой, в руке пьяного лузера, продвигаюсь между домов. Задача номер, раз - добратся до дома. Туда можно. Ведь в тюряге я не успел про себя расколоться. Они даже не узнали кто им такое шоу устроил.
Вышел на гудящую автомобилями, дорогу. Шум давит на уши, словно попал в кузнечный цех, Челябинского Тракторного завода. Пьяно шатаясь, вышел на середину, городской автотрассы. Ноги как ватные, совсем не слушаются. Свежий, весенний ветерок, сорвал кожаную кепку, подаренную Анастасией в нагрузку к курточке. Она покатилась, черным колёсиком и исчезла в грязной канаве. Голову, обдуло ледяной, колючей стекловатой. Ну, её нафиг, эту кепку. Не замерзну. И правда, прояснилось в башке. Посмотрел налево, посмотрел направо. Куда? Все понятно, вон там Сосновск.
Перехожу на ту сторону дороги! Даю отмашку. Ни кто не останавливается. Все меня боятся. Странно. Я, же хороший. После очередной попытки остановить Мерседес, почесал затылок и потопал к ближайшей автобусной остановке.
Кряхтя, подъехала запоздалая, обшарпанная маршрутка. Десятку, с ходу сунул рыжеволосой, молодой, сиськастой кондукторше. Спасибо Насте, что одолжила денег на дорогу. Что бы, я без нее делал. Плюхнулся на пустое сиденье у окна. По привычке попытался заснуть. Фигушки. За спиной, бубнят два старушечьих голоса. Один скрипучий, как старый диван, другой стеклянно-дребезжащий.
- Наркоманы проклятые, все ссат в подъезде и ссат. Я, уже не знаю что с ними делать. Уже гоняю их, гоняю. Греха не оберешься - скрипнула первая.
- Ой, не говори Матвеевна, нынче мОлодеж пошла, не то что раньше. Ни какого почтению нету, к старшим. Не культурные, какие то. Вот я давеча, внучку говорю - вынеси мусор. Так он знаешь, как ответил. Не буду я, эти 'аццтои' выносить.
- Что такое - 'аццтои'?
- Ну, а почем мне знать, что мои детки в мусорном ведре держат. А ты Маняша слыхала что сёня по телевизиру передавали. В Америке революция! Ей богу не вру! Молодежь взбунтовалась - дребезжащий голосок, перешел на шепот - Громить все начали. Даже в одном городе власть взяли в свои руки. Что творится то!
- Может и правда революция. Я, слышала у нас в городе, тоже молодежь буянить начала - тоже зашептала первая бабка. - Может Социализм вернут? Ой, родимая, глядишь и при коммунизме старость проживем! - заговорщицкий шепот окончательно вырвал из дремы. Неожиданно по глазам резануло ярким светом. Непроизвольно зажмурился. За окном двигалась вереница черных, страшных, чудовищ.
Танки!!!
Они шли грохочущей, тупой, стальной гусеницей нам навстречу. Прожекторы, больно ударяли в глаза, опасной бритвой. Лязг гусениц, заставил бабок замолчать. Гул закаленного металла, заставил втянуть в себя все лишнее. Внутри задрожало, свиным холодцом от неожиданности. Я, просто знаю, что это такое - танк. Хоть и прыгал под него не один раз. Бабули, вместе со мной зачарованно провожали колону выпученными глазами. Снопы света, высекали в окне, дьявольские искры. Автобус, натужно остановился.
Прошло минут пять, как все затихло. Наша таратайка, неожиданно для всех, тронулась. В салоне стояло гробовое молчание. Даже бабуси за спиной не пискнули до конца проезда. Наконец то родной Сосновск!
Поднимаюсь по ступенькам знакомого подъезда. Чувствую во всем теле легкое дрожание.
Дом, милый дом. Как давно, я здесь не был. Запасной ключ вытащил из загашника над дверью. Вставил в замочную скважину, с первого раза. Знакомый запах, пыльного уюта, обволок ноздри. В коридоре, устало разделся. Скинул ненужную чешую. Пошел в ванную, смыл в горячей воде всю шелуху, которая пристала ко мне за последнее время. Наскоро перекусил, тем что осталось в холодильнике и наконец зашел в комнату. Распоясавшейся пилорамой, завизжал телефон.
-Алло.
-Привет Гарик, это я Евгений.
-Какой Евгений?
-Ты, что? Женя Смирнов.
-А, Джон здорова.
-Ты телевизор смотришь? Там такое творится.
Он, что то меня спрашивал, но я так и не мог врубиться, что мне говорят. Даже не прощаясь, просто положил трубку. На автомате поднял со стола пульт и включил телек. Начал щелкать. Музыка. Еще музыка. Вот. Новости. Пластиковая блондинка, металлическим голосом вещает новости.
-Штат Огайо, охвачен беспорядками. Молодежное движение - Ультра, стихийно распространилось по всему региону. Захвачены административные центры. Власти ведут переговоры. - манекен на секунду стал живой девушкой. Икнул. Глаза расширились и после небольшой паузы диктор заикаясь, продолжила. - Штат Вашингтон. Сенат принимает поправку. Отныне, сенатором может быть гражданин, начиная с 14 лет. Ультра - жизнь, наша жизнь! Жизнь для молодых! - она сделала несколько глотательных движений ртом. Словно рыбу выбросили на лед. - Граждане все вступайте в ряды нового, молодежного движения - Ультра. Будущее за нами!!!
Меня неожиданно затошнило. Голова, ноги. Голова, ноги. Стал посреди комнаты и обхватил башку руками.
-Та-а-а-к - нервно побежали мысли - Хм. А все совсем не так. Не так, как хотелось бы. Ну, блин, совсем все не так - в растерянности почесал в затылке - У меня много дел. Очень много. Надо торопиться. Надо все исправлять. Шатаясь подошел к аппарату и рухнул в кресло пилота. Компьютер соскучился по мне. Ткнул его пальцем под ребро. Агрегат, завелся и начал набирать обороты. Просто застоявшийся истребитель, Стелс.Новогодними флажками, пошли мелькать виндовозовские заставки. Меня затрясло, как наркомана перед дозой. Переход сквозь блестящий туннель, показался новым, праздничным и загадочным. Ох. Наконец то я в Ультре! Наконец то я в Британии!
Глава 3.
Полли-Арафель.
Британия, как я, тебя люблю! Странновастенькая, она все-таки, эта любовь. Глупенькая.
Любовь, моя, не понятная - словно мохнатая, шёлковая петля, для самоубийцы. Намыленная, душистым мылом Камей. Пахнет, даже не Парижем, а фантазией детства. Дальними странами и приключениями. Но, она затягивает, Калифорнийским, чёрным смерчем. Раскручивает, тебя. Независимо от твоего желания. Засасывает, вселенским вакуумом.
Любовь, неудержима. Словно, последний шприц, для наркомана. Обернутый, в тысячедолларовую бумажку. Такое ощущение, что эта еденичка с тремя ноликами, войдет через тонкую иголочку в твое тело. Брызнет праздничным фонтаном. И тебе будет счастье. Настоящее, взаправдашнее.
Получишь, супер подарок на день рождение. Красный, шикарный Феррари, последней модели, с килограммом пластида под сиденьем. Бомбочка, взорвется потом, не сейчас. А, сейчас - кайф. Наслаждение. Пруха.
Умирающий, лежит на операционном столе. Хирург делает укол, амфитамина. Пациент, сразу становится бодрым и здоровым. Но, через минуту, смерть. Он, это знает. Но, больной, начинает видеть кульминацию, всей своей жизни. Проносятся кадры, детства, юношества, зрелости. Вот он бежит в грязных трусах, босиком по лужам... Пишет, палочки и кругляшочки в тетрадке, в первом классе... Эти образы, доставляют неимоверный кайф. Картинки сменяют, друг друга. Вот, он идет, на первое свидание. Неумелый поцелуй. Вкус топленого молочка. Ощущение, двух голых тел в одной кровати. Кадры мелькают. С бешенной скоростью. Его ребенок, в руках. Спит и страшненький. Принес домой, положил в кроватку. Малютка описалась. Дети растут. Вот уже, появились внуки. Они похожи на тебя...
Я, знаю, эта игра. Она для меня, может закончится печально. Или летально. Но нет той силы в мире. Которая бы запретила мужчине - Играть. Жизнь - игра. Игра - жизнь. Я знаю, что безвыходных ситуаций не бывает. Когда у человека экстремальная ситуация, мозг начинает работать в экстра режиме.