- Ты можешь либо прервать беременность и быть со мной до тех пор, пока я не решу, что я готов покончить со своей жизнью, либо ты можешь оставить ребенка, и мы расстаемся. Твой выбор.
Она поднимает голову. Красные, опухшие глаза смотрят на меня. Ненавижу видеть ее такой. Ненавижу знать, что именно я причиняю ей столько боли.
- Я потеряю тебя сейчас, если не избавлюсь ребенка. Я потеряю тебя позже, если сделаю это. В любом случае я прощаюсь с тобой. По крайней мере, у меня останется часть тебя. Если я избавлюсь от него, у меня ничего не будет. В конечном итоге я останусь одна. Я не хочу этого.
Ее голос только что напоминал робкий шепот, теперь же говорит сердитая женщина.
Она решительно отталкивает меня, встает с кровати, берет с пола трусики и ночную рубашку. Мое сердце разбивается. Она сделала свой выбор. И дело не во мне. На выходе она останавливается в дверях, но не поворачивается.
- Если бы ты любил меня всем сердцем, как ты говоришь, я была бы достаточным основанием для того, чтобы ты хотел жить. С ребенком или нет. Но это не так, и это разбивает мне сердце.
Я слышу, как хлопает дверь в ее старую спальню, и мое сердце умоляет меня пойти к ней. Оно хочет сказать ей, что мы справимся. Оно хочет, чтобы я сказал ей, что все будет хорошо. Но это не правда. Нет ничего хорошего.
Дрожь ухудшается, но не ежедневно, но я чувствую, что она постепенно увеличивается. Придет день, когда я больше не буду контролировать свое тело. Решение должно быть принято до этого дня.
Я знаю, что она любит меня и будет скорбеть и оплакивать мою смерть. Я не хочу этого для нее. Мое сердце разрывается надвое, но я считаю, что я прав: Роза не должна быть рядом, когда наступит мой конец.
Черт. Ребенок - сын или дочь. Бог знает, как долго я хотел этого, но из-за этих обстоятельств я никогда не узнаю своего собственного ребенка. Я не буду растить его или ее. Я не стану отцом. Жестокая судьба.
Глава 23
Роза Миддлтон
Агония, я ненавижу это.
Мне делали больно много разных людей в жизни и разными способами. Боль - это боль. Каждый раз одно и то же. Но никто и никогда не пробирался мне под кожу, обворачивал защитной колючей проволокой мое сердце и использовал ее, чтобы уничтожить любовь так, как это сделал Бастьен. Никто. Никогда. Я уже люблю этого ребенка. Почему Бастьен не может сделать то же самое? Он не просто не любит его. Он просит меня избавиться от него. Я не понимаю, как он может хотеть убить нашего ребенка.
Для него это стало огромным ударом. Я понимаю. Для меня это тоже было шоком, когда я узнала, но немного времени, и я смирилась. Может ему просто нужно немного пространства и времени.
Боже, меня тошнит. В последний раз это было после ссоры с Бастьеном прошлой ночью. Я думала, что если буду лежать спокойно с закрытыми глазами, это поможет. Но это не так. Встав с кровати, я бегу в ванную, едва добираясь до туалета, прежде чем меня рвет. Я не удивлена, когда Бастьен появляется в дверях, чтобы проверить меня.
- С тобой всё в порядке?
- Нет. У меня не всё в порядке. Даже и близко.
Он мочит полотенце в холодной воде и обертывает его вокруг моей шеи.
- Полагаю, это то, что они называют утренней тошнотой?
- Я так не думаю. Меня тошнило всю ночь.
- Я ничего не слышал ночью.
Означает ли это, что он не спал после того, как я покинула его постель? Может быть переосмысливал свое решение?
- Меня тошнило, но не рвало.
- Не хочешь позавтракать?
- Черт, нет.
Я даже думать не могу о том, чтобы что-нибудь съесть.
- Останься сегодня дома.
Я ненавижу давать Венди повод говорить обо мне, но я действительно чувствую себя нехорошо. Не уверена, что сейчас я могу встать и пойти на работу.
- Я приду после того, как всё пройдет.
- Всё в порядке. Не нужно.
Он уже не хочет видеть меня рядом с собой? Я и работу теряю?
Я наклоняюсь головой к стене.
- Думаю, мой босс не уволит меня за один больничный день.
Особенно с тех пор, как он обрюхатил меня.
- Я слышал, что крекеры помогают в этом деле. Хочешь я пойду и куплю их для тебя?
Его любезное предложение бесит меня. Он был очень милым, когда говорил мне вчера сделать аборт.
- Я знаю, что ты это сделаешь, но не думаю, что могу их съесть в любом случае. Не беспокойся обо мне. Со мной все будет хорошо.
Оказывается, я не в порядке. Тошнота постепенно ухудшается в течение следующих нескольких дней.
- Когда ты в последний раз ела?
- Не знаю.
Может быть несколько часов назад, а может быть и дней.
- Это происходит уже в течение длительного времени. Тебе нужно позвонить своему врачу.
- Я слишком больна, чтобы поднять голову. Можешь сделать это за меня?
- Да.
Он раздражен. Я слышу это в его голосе. Думаю, позвонить моему гинекологу для него означает участвовать в моей беременности.
Он выходит из спальни и возвращается через несколько минут.
- Твой врач хочет, чтобы ты пришла на обследование. Я звоню Вейл, чтобы она забрала тебя.
Я люблю Вейл. Она для меня как мама, но я хочу, чтобы Бастьен был рядом. Он мне нужен.
- Пожалуйста, Баш. Ты можешь пойти? Я хочу, чтобы ты пошел со мной.
- Роза, я не могу. Эта беременность делает тебя несчастной. Я хочу помочь тебе почувствовать себя лучше, но я не могу пойти с тобой в больницу. Я не могу встревать в разговор об этом ребенке, как будто это что-то столь замечательное. Я не хочу видеть, как они делают УЗИ. Я не хочу слышать его сердцебиение. Я не могу в этом участвовать.
- Потому что ты боишься, что почувствуешь что-то к своему сыну или дочери?
Он молчит.
- Делай все, что нужно, чтобы быть не в курсе происходящего. Если это значит отвернуться от меня, когда я на самом низком уровне, тогда продолжай делать это. Это то, к чему я привыкла получать от людей в своей жизни.
- Это несправедливо.
Бастьен поворачивается ко мне спиной после всего того, через что мы прошли, и он говорит мне, что я несправедлива по отношению к нему? Да ладно.
- Я была твоей спутницей на протяжении пятнадцати месяцев. Можно сказать твоя жена минус твоя фамилия и обязательства, налогаемые законом. Ты обрюхатил меня и бросил, когда я отказалась убить нашего ребенка. А теперь скажи, кто из нас несправедлив.
Я напрягаюсь, чтобы сесть и встать с кровати.
- Стоп. Что ты делаешь?
Я не принимала душ несколько дней.
- Я не поеду в больницу, не приняв душ.
- Ты едва можешь поднять голову. Как ты собираешься принимать душ?
- Не знаю, но я справлюсь.
Не в первый раз мне приходиться заботиться о себе без чьей-либо помощи. Я спускаю ноги на пол и сажусь на край кровати. У меня кружится голова, я чувствую, что у меня нет сил стоять. Я закрываю глаза, потому что меня снова начинает тошнить.
- Боже. Я чувствую себя ужасно.
Я делаю вдох и выдыхаю.
- Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста, - умоляю я себе под нос.
Одна минута. Две минуты. Просто сядь, Роза.
- Хорошо. Я сделаю это.
Я поднимаюсь с постели, чтобы встать и сделать три шага, прежде чем у меня всё чернеет перед глазами.
- Роза? Посмотри на меня, детка.
Я слышу панический голос Бастьена, но я не могу увидеть его или ответить.
- Скажи мне что-нибудь.
Я хочу, но ничего кроме стона мне не удается выжать. И тогда меня окутывает тьма.
Я просыпаюсь в темной комнате. Три стены и занавески. Похоже на больницу, но не в обычной комнате для пациентов. Может быть я нахожусь там, где осматривают и наблюдают пациентов. У меня болит рука. Здесь так холодно. И я понимаю, почему, когда я вижу, как жидкость попадает через капельницу.
- Привет, девочка.
Вейл встает со стула и встает у моей кровати. Она берет мою свободную руку и гладит её.