Окружной шериф, появившийся из леса, знал цену грязи, как доказательной среды. Он срезал путь и обогнул место преступления, двигаясь в ярде от дороги и часто останавливаясь, чтобы присесть и изучить следы на тонком слое чернозёма, который укрывал асфальт от края до края, как покрывало, толщиной в несколько молекул в центре и несколько дюймов по краям. Следов было много, некоторые из них были четкими, из других сочилась черная вода, а некоторые были размазаны подъехавшим «Хамви» с четвёркой солдат.
Шериф занимался этим по пути к группе парней из Смита, которые представились и пожали друг другу руки, а затем молча стояли вокруг, возможно, оценивая юридические взаимоотношения или формулируя свои аргументы. Шериф заговорил первым. Он спросил:
— Она была приписана к Форт Смиту?
Юрист из военно-юридического управления сказал:
— Да.
— Есть какие-нибудь признаки того, что это разборки между своими? — что означало: может, это был профессиональный конфликт, о котором мне не нужно знать? Типа семейной тайны?
Юрист ответил:
— Нет.
— Значит, она в моей юрисдикции, пока я не узнаю наверняка, что стрелок не являлся гражданским лицом. Я обязан обращать внимание на подобные вещи. Может, какой-нибудь сумасшедший бегает по лесу. Как её имя?
— Кроуфорд.
— Что она делала в Форт Смите?
— Боюсь, я не могу сказать вам это.
— Она попала в засаду, — сказал шериф. — Я могу сказать вам это точно. Всё говорит за это. Кто-то сымитировал аварию, и она остановилась, чтобы помочь. У него был большой размер ноги.
Старший по званию военный полицейский спросил:
— Что делаем дальше?
Парень из округа ответил:
— Вопрос не моей компетенции. Если придерживаться буквы закона, я отвечаю только за посёлок и должен передать дело штату, без вариантов.
— Когда?
— Я уже позвонил. Они скоро будут здесь. Тогда они и решат, оставить его себе или передать в Бюро Расследований штата Джорджия.
— Мы не можем ждать здесь вечно.
— Вам и не придется. От силы, полдня, — и парень, обойдя грязь, вернулся в свою машину.
Следующий телекс пришел через час. Тот же самый вежливый сержант оторвал ленту и принес её к столу Ричера. В телексе говорилось:
Жертвой огнестрельных ранений, о которой сообщалось ранее, оказалась LTC Каролина С. Кроуфорд. DOA внутри POV, стоявшего на заброшенной лесной дороге.
POV означает лично принадлежащий автомобиль. DOA означало мертвый по прибытии. LTC означало подполковник. Всё это вместе складывалось в определённую картину. Очень немногие старшие офицеры, которых знал Ричер, дрались до смерти в барах. Особенно, если их звали Каролина. И даже если они это делали, они не заканчивали свою жизнь внутри личных автомобилей на удаленных лесных дорожках. Значит, что?
Это не было дракой в баре.
Он спросил:
— Кто она?
Сержант ответил:
— Я не знаю, сэр.
И это тоже говорило само за себя. Истинный сержант уже прогулялся бы к книге или телефону и вернулся, по крайней мере, с краткой биографией и копиями последних приказов. Фрэнсис Нигли имела бы всё это еще пять минут назад. Плюс фотографию. Плюс прядь её младенческих волос, если потребуется.
Ричер сказал:
— Выясни, кто она такая.
Диспут по вопросам юрисдикции продолжался дольше, чем ожидалось. Подъехавший полицейский штата проговорился, что не уверен, что лес находится в федеральной собственности. Территория Форт Смита — находилась, без сомнений, и неосвоенные земли вокруг, возможно, тоже. Шериф сказал, что дорога содержалась на средства округа, это он знал точно. К тому же, автомобиль находился на дороге, и жертва была в нём. Юристы из военно-юридического управления возразили, что убийство федерального служащего — федеральное преступление, а подполковник армии США был, несомненно, федеральным служащим. И так далее, и тому подобное. Темные тучи собирались в небе, приближался очередной дождь. Следы на грязи могло смыть. Поэтому они пришли к компромиссу: полиция штата будет вести следствие, но армия будет полностью в курсе всех событий. Доступ будет гарантирован. Это устроило мужчин в хаки. Вскрытие будет осуществляться штатом, в Атланте. Это тоже всех устроило, потому что все уже знали, что может установить вскрытие. Совершенно здорова, за исключением двух огнестрельных ранений в грудь и одного в голову. Все пришли к согласию, после чего все три компании начали спешно фотографировать место преступления. Тут пошёл сильный дождь, «Порше» укрыли брезентом, и все стали ждать в своих автомобилях рефрижератор и эвакуатор.
Ричер поднял глаза и увидел своего сержанта, тихо вошедшего и стоявшего перед ним. Парень держал лист бумаги в руке, но не отдал его, а сказал вместо этого:
— Сэр, разрешите обратиться?
Это была не самая лучшая речь, прозвучавшая из уст младшего командира, потому что это прозвучало почти как у девушки, когда она говорит: «Дорогой, нам нужно поговорить.»
Ричер сказал:
— Выкладывай.
— Я слышал, что вам не нравится моя работа, и вы хотите перевести меня на другое место.
— Неверно по обоим пунктам.
— Это действительно так?
— Нравится или не нравится — категории эмоций. Вы обвиняете меня в том, что я руководствуюсь чувствами, оценивая вашу пригодность, сержант?
— Нет, сэр.
— Я оцениваю вашу работу трезво и рационально по критериям, которые разработал сам. А именно, являешься ли ты именно тем парнем, которого я могу вызвать среди ночи в случае возникновения чрезвычайной ситуации?
— Ну и как, сэр?
— Даже и близко нет.
— Значит, меня переводят?
— Ответ отрицательный.
— Сэр, не собираюсь ставить под сомнение ваш ответ, но я уже знаю, что сержант Нигли имеет приказ срочно прибыть сюда.
Ричер улыбнулся:
— Сержантский телеграф работает всё быстрее.
— Она приходит, я ухожу. Как еще можно это расценивать?
— Это можно расценивать так: вы бродите вокруг и узнаёте всё обо всём. Вот так должно быть. Нигли будет докладывать мне, а ты будешь отчитываться перед Нигли. Иногда она будет помогать тебе советом и подсказывать, как работать лучше.
— Мы с ней в одном звании.
— Представь, что она происходит с планеты с двойной силой тяжести. Её ранг весит больше, чем твой.
— Как долго она будет здесь?
— Столько, сколько потребуется. Люди должны думать наперёд, а у нас реорганизация осуществляется через задницу. Ты не будешь стоять на возвышенности, озирая окрестности, ты закопаешься глубоко-глубоко в бумаги. Потому что твоей задачей будет прикрывать нам задницу. В армии каждый должен докладывать обо всём, и если что-то пойдет не так, в конце концов, виноваты окажемся мы, потому что не доложили вовремя. Поэтому ты должен выработать очень агрессивное отношение к бумажкам. Если ты будешь колебаться, они тебя похоронят.
— Да, сэр.
— Поэтому ты должен доверять своей интуиции. Ты должен нюхом чуять то, что имеет значение. Нет времени для тщательного изучения. Ты — агрессивный человек, который доверяет своей интуиции, сержант?
— Возможно, не совсем, сэр.
— Что это за лист бумаги у тебя в руках?
— Факс, сэр. История назначений полковника Кроуфорд.
— Ты уже прочитал его по пути?
— Да, сэр.
— И?
— Она из отдела военного планирования. В настоящее время поддерживает связь со школой спецопераций в Форт Смите.
— И о чем это говорит?
— Я не знаю, как сформулировать…
— Своими словами, сержант.
— Она из яйцеголовых.
— Из самых умных яйцеголовых. Отдел военного планирования — особенный отдел. Обычные яйцеголовые не могут даже входить к ним. Давай рассуждать. Она застрелена, следует ли нам беспокоиться?
— Мне кажется, мы просто обязаны делать это, сэр.
— Интуиция, — сказал Ричер, — это замечательная вещь.