— О разных полезных для тебя вещах, конечно. Какие у тебя планы?
— Вернуться домой.
— Трудная задача. Почти невыполнимая.
— Почему?
— Местные правители ни за что не допустят этого. Они панически боятся, что на Земле о них узнают. 600 лет без малейших подозрений, и — провал.
— Но ведь Суанмуу…
— Он собирался убить тебя после использования.
Я вспомнил заверения в благодарности и чуть было не выругался. Это ж надо, еще корил себя, что я сам испортил хорошие отношения.
— А если я не проболтаюсь?
— Они не могут это гарантировать. Но здесь ты им тоже опасен. Слишком хорошо умеешь управляться с полем. Кроме того, ты — чужак и рано или поздно доберешься до передатчика материи.
— Облава, — почему-то пробормотал я.
— Совершенно верно, — кивнуло отражение, — поэтому не вздумай поверить, если тебе предложат просто так, без всяких условий, вернуться на Землю. Это будет ловушка. В лучшем случае (ты ведь не умеешь пользоваться передатчиком и не сможешь обнаружить обман) тебя отправят на Раумас. Это планета, куда местная знать ездит охотиться. Не дай бог встретиться с аборигенами Раумаса.
— Что же мне делать? — растерянно спросил я.
— Твой друг Страуклоо уже сказал тебе. И он прав. Сила — единственная имеющая значение вещь на этой планете.
— Значит, Арсенал?
— Да, Арсенал.
— Я смогу туда попасть?
— Вполне.
— А почему местные жители не могут?
— Маленькая хитрость. Комбинация инфра- и ультразвука, притом со сложной модуляцией. Для землян это безвредно, а для местных — смертельно. Приближаясь к Арсеналу, они будут чувствовать усиливающееся недомогание. А потом вообще перестанут чувствовать.
Шутник, подумал я. Черный юморист. И задал очень волнующий меня вопрос:
— А смогу ли я пользоваться этим оружием?
— Почему нет? Вдвоем как-нибудь разберемся. У тебя высшее образование, я тоже не дурак. Это совсем несложно.
В голосе отражения появились дружелюбные нотки. Зеркальный двойник откинулся в кресле, положил ногу на ногу и, казалось, развлекался нашей беседой.
— Меня смущает маленькое несоответствие, — сказал я, — местные жители и обитатели метрополии — одна раса. А звуковая защита…
— Понял, понял, — перебил меня двойник, — от этого излучения совсем несложно защититься. Но местным жителям с их образованием никогда не понять, что их убивает комбинация резонансных частот.
— А прежний хозяин замка не спрашивал тебя…
— Нет, — отражение опять перебило, понимая меня с полуслова, — ему вовек не додуматься было до вопроса о возможной защите. Да и Суанмуу, скорее всего, тоже.
— Интересно, но ведь если Суанмуу хотел приобрести сверхмощное оружие, то почему бы ему не купить на Земле… ну, к примеру, атомную бомбу?
— Это исключено. Если местные жители в чем-то и разбираются — так это в сельском хозяйстве. Любое повышение уровня радиации полностью разорит их.
— Почему?
— Тебе, как неспециалисту, трудно будет понять. Здесь отсутствуют сорняки, вредители, болезни растений. Поля засеяны монокультурами. Любой мутагенный фактор — и за несколько лет наступит крах. Равновесие довольно шаткое. Но ты верно понимаешь тенденцию. Лорды покупают на Земле все более мощное оружие. Им, правда, трудновато, на вашей планете они выступают как частные лица, бизнесмены. Много ли самолетов и ракет может купить бизнесмен, не вызывая подозрения? И невысокая образованность люсу тоже мешает, когда надо работать со сложной техникой.
![Диктатор поневоле
i_007.jpg](https://litlife.club/books/303338/read/images/i_007.jpg)
— Ты сказал «самолеты и ракеты»? Неужели кто-нибудь из лордов их покупал?
— Да, Киитумел…
Неожиданно лицо отражения исказилось от ужаса. Двойник вскочил с кресла.
— Ты слишком поздно подтолкнул мои мысли куда надо! Слишком поздно! — Он кричал, почти срывая голос, — Они уже летят. Беги! Спасайся! У тебя не больше минуты!
Я ничего не понимал. Как бежать? А он?..
— Беги!!! — еще громче закричал двойник. — Окружи себя защитной оболочкой. Ну беги же! — И тихо, словно самому себе — Я так мало тебе рассказал.
Я побежал.
Взрывы начались, когда я подбежал к концу тоннеля, а кончились еще до того, как я успел добраться хотя бы до окна. Шесть взрывов. Шесть ракет, аккуратно выпущенных шестью самолетами. Поочередно. В одну точку. Туда, где находилось Зеркало. Они методично пробивали и слой земли, и бетонные перекрытия. Продуманный удар. Наверняка.
Страуклоо пытался рассказать, как безуспешно стрелял по самолетам из зениток. Местные артиллеристы не представляли, что есть цели быстрее флаера.
Он говорил, что блокированные в казармах солдаты пытались вырваться, но натолкнулись на пулеметный огонь. У дверей и окон казарм валялись убитые и раненые. Бойня.
Но я думал о другом. Я потерял Зеркало.
Так получилось, что у меня не было ни братьев, ни сестер. А я мечтал о брате. Я мечтал о друге, верном товарище, которому я мог бы довериться как самому себе, который не высмеивал бы мои мысли вслух, когда ошибочные, а когда и просто наивные. О друге, с которым можно было бы посоветоваться в трудную минуту. Даже когда он подшучивал надо мной, мне не было бы обидно. Идеальных друзей не бывает. А я мог бы иметь такого. Если бы не шесть ракет.
А как же столетия, когда это Зеркало принадлежало другим? Какие люди скрывались под таинственной поверхностью? Ну и что?! Мужчина, по-настоящему полюбивший женщину, не должен ревновать к тем, кто был с ней до него. И с Зеркалом так же. Отражение — именно мое отражение. Мое второе Я. Бывшее второе Я.
А мое первое Я, побывав в огромной воронке, утратило контакт с окружающим миром. Наверное, в Зеркале навсегда осталась какая-то важная часть Меня. Или я слишком устал. Не знаю, сколько времени прошло, но я обнаружил, что сижу в каком-то кресле, а Страуклоо стоит и кричит на меня.
— Константин! Да очнись же ты! Нам срочно нужны новые люди. Наши все измотаны. Скоро некому будет охранять казармы. А если на нас нападут, то возьмут голыми руками.
Я встал и пошел. Заклинать, так заклинать. Кажется, я потерял способность жалеть.
После сорока минут работы стало ясно, что нужна какая-то рационализация. И я придумал.
— Стой, слушай, запоминай и подчиняйся до конца жизни! — Эти слова я загонял в мозг пленников. Потом всем собранным вместе я произносил формулу заклятья.
К концу дня на мою сторону перешел весь гарнизон.
А на следующее утро, на самом рассвете, на нас напали. Повторилась ситуация позапрошлого дня. Только у нас теперь была другая роль. И мы ее сыграли неплохо.
Конечно, нельзя недооценивать значение крепости. Нам попалась очень хорошая крепость. Защищать такую — одно удовольствие. Но я подозреваю, что атака была пробой сил. Проверкой, успели ли мы укрепиться. Потеряв десяток флаеров, атакующие прекратили атаки и улетели в неизвестном направлении. Кто бы ни был нападавший на нас враг, он понял, что надо готовиться к серьезному сражению.
Днем Страуклоо вызвал радист. Мой полководец вернулся в плохом настроении.
— Я говорил с Суанмуу, — сказал он, — этот мерзавец требует твоей смерти.
— И что ты ответил?
— Я сказал, что заклят тобой на верность.
— А он?
— Пообещал, объединившись с Киитумелом и с остальными, уничтожить нас.
— Что ты скажешь об этом?
— Врет. Слишком сильно они «любят» друг друга. Оба выжидают, когда на нас нападет кто-то один, чтобы добить уцелевшего и ослабевшего. И оба пока предпочитают защиту. По-своему они правы.
— Но давая нам свободу действий…
— Иллюзорную свободу. Не так уж хороши наши дела. Мы лишены возможности торговать с дикими планетами и с Землей, никто не подпустит нас к передатчикам. А боеприпасы не вечны. Да и многое другое.
— Но ведь от этого пострадают ваши крестьяне, закон будет нарушен.
— Спорный вопрос. Закон, крестьяне… На карту поставлена судьба лордов, они понимают это и предпочтут сомнительное нарушение закона собственной гибели.