Через месяц, 22 августа 1944 года, уроженцу Запорожской области, гвардии младшему сержанту Александру Яковенко будет присвоено звание Героя Советского Союза [посмертно]. А 29 декабря 1958 года его навечно зачислят в списки гвардейского полка, вместе с которым он дошел до Люблина.
— Вплоть до распада Советского Союза, — расскажет мне при встрече директор Веселовского краеведческого музея Василий Еременко, — мы раз в два года отправляли из Веселого призывников в тот гвардейский полк, находившийся тогда в Белоруссии, под Минском. И зачислялись они непосредственно в экипаж танка Александра Яковенко. Хорошая, согласитесь, была традиция. А помнят ли сейчас белорусы нашего земляка, не скажу. Не знаю.
Мне не составило большого труда выяснить, что приказом Министра обороны Республики Беларусь 54 военнослужащих были навечно зачислены в списки личного состава воинских частей и военных учебных заведений министерства обороны. В том числе и Герой Советского Союза Александр Яковенко. В частности, танкист-гвардеец продолжал числиться в списках личного состава первой роты в/ч 59204, которая дислоцировалась в городе Марьина-Горка.
На данный момент часть больше не существует — она расформирована.
2009, 2012
В тему
А вот что рассказал об экипаже танка в своих послевоенных воспоминаниях бывший начальник оперативного отдела 8-го гвардейского танкового корпуса Евгений Ивановский:
«Алексей Афанасьев со своим экипажем первым ворвался в центр города [Люблина]. Танкисты, искусно маневрируя, провели машину по лабиринту между траншеями, уничтожили 3 вражеских орудия с прислугой, 4 миномета с расчетами, 40 автомашин, до сотни гитлеровцев. Танк был подбит, вышла из строя пушка, но экипаж продолжал сражаться. Офицер увлекал подчиненных своей беззаветной храбростью — косил врагов меткими очередями из автомата, пока не был тяжело ранен.
Гвардии младшему лейтенанту Алексею Николаевичу Афанасьеву за этот бой было присвоено звание Героя Советского Союза. После лечения он вновь возвратился в свою часть.
Звания Героя Советского Союза (посмертно) был удостоен и механик-водитель этого танка — гвардии младший сержант Александр Свиридович Яковенко. Видевшие его в бою танкисты, рассказывали потом, что он творил на своей машине просто чудеса. Танк на большой скорости проходил узкие места между траншеями и дотами, круто разворачивался на месте, давил гусеницами орудия и минометы с прислугой, рушил броней вражеские укрепления».
[Военные мемуары, генерал армии Евгений Ивановский «Атаку начинали танкисты»]
![Сердце генерала Гурова _69.jpg](https://litlife.club/books/302777/read/images/_69.jpg)
Танкист Александр Яковенко
История 29-я. «Вступил в единоборство с восемью немецкими танками…»
31 января 1945 года к званию Героя Советского Союза представили уроженца Запорожской области, командира САУ-76, гвардии младшего лейтенанта Василия Полякова
Накануне на своей самоходной артиллерийской установке он первым форсировал реку Одер, после чего завязал бой с превосходящими силами немцев, из которого вышел победителем
Хорошо известный гитлеровцам 10-й гвардейский Уральский добровольческий танковый корпус [4-й танковой армии 1-го Украинского фронта] 1222-м самоходно-артиллерийским Новгородским, орденов Кутузова и Александра Невского полком, в котором служил михайловец Василий Поляков, был усилен в конце 1944 года. А в конце января 1945-го корпус получил приказ форсировать Одер — важнейшую водную преграду на пути к жизненно важным центрам нацистской Германии. При этом по частям корпуса объявили приказ Верховного главнокомандующего: первые смельчаки, переправившиеся на западный берег реки, будут представлены к званию Героя [ранее подобный приказ Верховный подписывал накануне форсирования Днепра].
Немцы, кстати, еще с Курской дуги откровенно побаивались танкистов-уральцев, уважительно называя их «Шварцмессер панцерн дивизион» — танковый дивизион «Черные ножи». Воевали они бесстрашно [за что гвардейское знамя получили], а в качестве личного оружия имели финские ножи с черной рукояткой, которые для них изготовили земляки из города Златоуста.
На западном берегу Одера
Форсирование Одера 10-й танковый корпус начал 25 января. Причем поначалу вполне успешно: захватив мост в городе Штейнау [превращенный немцами крепость] и, разминировав его, передовой отряд «черных ножей» ворвался в город, вступив сходу в бой с противником. К сожалению, силы наступающих вскоре иссякли, а подкрепления с восточного берега все не было. Воспользовавшись этим, немцы, отбив атаку, снова захватили мост и взорвали его. В итоге в Штейнау остались отрезанными от корпуса три наших танка. Бой они вели, пока ни кончились боеприпасы и горючее. Затем танкисты [их было девять] покинули свои, превратившиеся в мишени, машины и отбивались от гитлеровцев остававшимися в запасе… черными ножами. Увы, все они погибли.
Это неофициальная история. А официальная гласит о том, что Штейнау взят был 30 января. Мир об этом узнал из сводки Совинфорбюро: «Советские передовые отряды форсировали Одер севернее и южнее города Штейнау и, отражая яростные контратаки немцев, обеспечили переправу через Одер наших основных сил. Совершив успешный маневр, советские пехотинцы и танкисты окружили город Штейнау — мощную крепость на берегу Одера. В ходе упорных боев Штейнау был очищен от противника, а его гарнизон уничтожен».
«Вышел в тыл противника, оседлав шоссе»
Это я цитирую наградной лист, заполненный на гвардии младшего лейтенанта Василия Полякова 31 января 1945 года: так сложились обстоятельства, что из батареи гвардейца-михайловца на западный берег Одера накануне удалось переправиться только его самоходке. Поддерживая атаку пехоты, экипаж САУ Василия Полякова уничтожил четыре огневых точки противника, два танка и обоз с боеприпасами и оружием. А потом последовал приказ: проведя разведку, младшему лейтенанту необходимо выяснить, какими силами располагает противник.
Дальнейшие события как раз и описаны в наградном листе: «Действуя в составе разведгруппы, командир самоходной установки гвардии младший лейтенант Поляков вышел в тыл противника, оседлав шоссе на Штейнау». Вслушайтесь и вдумайтесь в стиль казенного [наградного!] документа: «вышел в тыл, оседлав шоссе». Это ведь об одной-единственной самоходке, вооруженной 76-мм орудием, речь идет, которую [рано или поздно] немцы должны были атаковать отнюдь не единственным своим танком — в районе Штейнау на тот момент их находилось пятьдесят.
Там, под Штейнау, в тылу у гитлеровцев, Василий Поляков и принял главный бой своей жизни: «Отбивая контратаки, вступил в единоборство с восемью немецкими танками Т-4». При этом лично командир один танк сжег, еще два подбил. Остальные… отошли.
Не могу сказать, что экипаж бесстрашной САУ вышел из боя без потерь: ранения получили и наводчик орудия Николай Рыбаков, и сам командир. Поэтому о присвоении ему звания Героя Советского Союза гвардии младший лейтенант Василий Поляков узнает в госпитале.
Николай Рыбаков тоже станет Героем. К сожалению, посмертно: 19-летний наводчик умрет в госпитале от ран.
После войны
По рассказу дочери Героя Нины Васильевны, которая помнит, как отец прощался с семьей, уходя на фронт в 1941 году, домой после фронта он не вернулся. Домой — в смысле, в свою михайловскую Старобогдановку, где у танкиста-гвардейца оставались жена и трое детей. Сначала — в 1949 году [так долго его не было в родных местах], Василий Трофимович обосновался в Мелитополе [там у него родня жила], затем перебрался в поселок Мирное. Вместе с новой женой, которую привез на Запорожье.
К слову заметить, в 1949 году погиб младший сын Василия Трофимовича Вова — от разорвавшегося снаряда, который он вместе с дружками нашел где-то за селом [старший сын Василий умер в 2003 году].