http://s1.radikali.ru/uploads/2018/2/5/7c25fb85b7f7d33e3d48523b037d33e0-full.jpg
========== Часть 25 ==========
– Молодцы! Бдят! – похвалил Денис, заметив дежурных на сторожевой башне.
– Пожалуй, поспешу выйти, пока нашу живность не подстрелили, – засуетился Михаил, передавая Ивану свой конец носилок с жеребенком. Впрочем, он зря переживал. Нас точно узнали.
– Папа, папа! – уже неслась от башни Дашка. – Кого ранили?!
Девушка взглядом пересчитывала нас и не находила отсутствующих. Зато лошадки заметно занервничали. Колька если и припозднился, то ненадолго. Он сообразил быстрее, что на носилках не человек, а другое живое существо. Тут же начались расспросы о том, что и как.
– Страшные какие, – не оценил Колька лошадей.
– Дуй в поселок, организовывайте загон. И все сразу не приходите, напугаете. У нас поводки из травы чисто символические, – скомандовал Денис.
– Морковку прихвати, – попросил я.
Даша с Колькой забрали наши рюкзаки, лишние вещи и умчались радовать родных и близких. Мы же довели до сторожевой башни животных и остановились. Ждать пришлось недолго. Вскоре Колька притащил корзину с морковью и заверил, что участок под загон уже огораживают. Не рядом с зубрами, но близко. Мы там выращивали траву специально для зубров, но теперь придется изменить планы.
Женщины наши все же появились на краю рощицы, что осталась от лесного массива. Повыглядывали из-за стволов деревьев, убедились, что мы все вернулись, и поспешили обратно в поселок.
Колька еще пару раз смотался за припасами, теперь уже для нас. Принес кукурузные лепешки и травяной отвар в кувшине. Нахаленок тут же потянулся к лепешке.
– Жуй морковь, – попытался я отодвинуть эту борзоту от своей еды. Только куда там!
– Ничего себе, – оценил Колька. – Они что, совсем ручные?
– Еще и наглые, – смирился я с участью и поделил лепешку по-братски.
– А кто их приручал?
Я начал пересказывать историю нашего знакомства.
– Все готово! – прервала мое повествование Дашка. – Мы пока воду в деревянную поилку натаскали.
Сразу за рощей местность резко менялась. У нас же здесь не только водопровод, но и просто отводы, и небольшие каналы с водой были. Потому все цвело и зеленело.
Кто-то из лошадей всхрапнул, явно радуясь обилию зелени. Нахаленок потянулся к зеленому кустарнику. Пришлось прилагать усилие, чтобы вернуть его на нужный путь. Впрочем, он и сам, заметив большой участок с зеленой травой, припустил довольно резво.
Загородка, которую успели собрать женщины, пока была временной. Но нам главное было, куда пристроить лошадей - без опаски, что они уйдут. И как только мы завели в загон лошадей, все поселковые жители собрались рядом, обсуждая находку.
– Только сильно не шумите и не пугайте их, – предупредил Денис.
Хотя мне показалось, что лошадей уже ничто не смущало. Они явно чувствовали себя в раю. Зеленая трава, корзины с морковью, вода. Что еще нужно для счастья?
Даже тот слабенький малыш, покачиваясь на слабеньких ножках, пощипывал зелень.
– Ой, божечки! Ой, страшны! – причитала Людмила, разглядывая новых обитателей поселка.
– Просто худые, а так вполне симпатичные, – выступил я на защиту животных.
– Они точно лошади? – усомнилась Катюха. – Копыта слишком мелкие.
Копыта, и вправду, совсем не напоминали те, которые ассоциировались у нас с лошадьми. Ну, это когда в лоб и сразу насмерть.
– Татьяна, это родственники лошади Пржевальского? – решил до конца прояснить вопрос Денис.
– Какое-то сходство есть, – разглядывала женщина обитателей загона. – Короткая щеточка вместо полноценной гривы, небольшой хвост. Но вот окраска...
– Они ближе к зебрам?
– Определенно нет. Шея длиннее. Это древний, вымерший вид. Я же говорила, что не палеонтолог. Сейчас уже не припомню, к какому виду эти животные относятся.
– Какая разница, как они назывались в нашем времени, – погладил я мордочку Нахаленку. Он уже насытился, напился и теперь с интересом, а главное, без страха разглядывал странных двуногих.
– Какой доверчивый, – улыбалась Катерина, наблюдая за нами.
Обсудив еще немного лошадей, народ начал расходится. Людмила громко объявила, что полноценный обед через час. А пока нечего кусочничать. Мы и не собирались. Колька нас немного подкормил, и голода я не испытывал. Лично я хотел только в душ. Ну и супругу с сыном поцеловать.
Вот только отойти от загона у меня не получилось. Вначале я не понял, почему Нахаленок жалобно заржал и начал биться о хлипкий загон.
– Что случилось? – поспешила за мной Катерина.
– Не знаю, – ответил я, внимательно разглядывая своего подопечного. Так ничего и не обнаружив, снова предпринял попытку уйти.
– Похоже, у тебя еще один сынок появился, – хохотнула жена, когда жалобное ржание повторилось, стоило мне отойти на десяток шагов.
– И что, вести его в поселок? – усомнился я.
– Так скучает же, – пожалела Катюха четвероногого ребенка.
– А почему другие не просятся к людям? – продолжал я сомневаться.
– Посмотри, те два малыша явно с матерью, – кивнула жена. – Видишь, стараются быть к ней поближе?
Так оно и было. Самый слабенький жеребенок даже опёрся на заднюю ногу кобылы. Еще два взрослых жеребца вели себя спокойно, наслаждаясь сочной травой. Их вполне устраивало новое место обитания. А у Нахаленка живых родителей (кроме меня) не было.
– Ну, пошли, – отодвинул я доску прохода, выпуская своего подопечного.
Малыш послушно потрусил следом. Так мы и появились в поселке. На вопросы я только разводил руками, а что поделать, если «мы в ответе за тех, кого приручили».
Детвора под присмотром Алексея Ивановича «лошадку» оценила сразу. Максимка даже предпринял попытку вскарабкаться на забор, чтобы лучше рассмотреть такую большую и интересную игрушку.
– Сделай своему Нахаленку нормальный кожаный поводок, – посоветовал Денис.
Лично мне казалось, что поводок Нахаленку и не нужен. Он и так послушно ходил по пятам. Сопроводил меня в душ. Сам с удовольствием постоял под струей воды, потому что я решил его тоже помыть. От животного изрядно попахивало навозом. Хотя по этому поводу Людмила мне уже высказала своё фи. В смысле, следить и убирать за своим питомцем буду я сам, чтобы никаких кучек во дворе не было.
Но самое интересное ожидало нас вечером, когда я предпринял попытку уйти спать в дом.
– Нормальные дикие животные должны бояться замкнутых незнакомых мест, – уперев руки в бока, преградила Нахаленку вход в дом Катерина.
– Давай так, я в «загоне», а ты меня охраняешь, – попытался я договориться с жеребенком.
Потом сообразил сложить на подоконнике морковь, чтобы занять Нахаленка едой. Ему моя идея приглянулась. Сквозь оконный проем он меня если не видел, то чувствовал, и этого вполне хватало.
Естественно, ни о каком спокойном сне этой ночью и речи не было. Я то и дело просыпался, подходил к окну и выглядывал. Уйти за пределы огороженного поселка Нахаленок, конечно, не мог, но у нас хватало и других потенциально опасных мест.
Только малыш, устав от впечатлений дня, завалился спать под окном почти сразу, как доел морковь. Спал он не в пример лучше нас с Катериной. И только меня сморил под утро сладкий сон, как снаружи зацокали маленькие копыта. А потом чья-то наглая морда всунулась в окно и громко потребовала завтрак.
– Тебе дядя Денис сказал, что морковка теперь только для поощрений, – зевая, повел я Нахаленка вначале в сторону душевых (не мыть, а поить), а затем к тому стогу свежей травы, что принесли с противоположного берега Дашка с Колькой.
Чуть позже я все же начал мастерить уздечку. Денис прав. Нужно приучать этого четвероногого ребенка к культуре поведения. За уздечку его можно будет не только остановить, но и привязать, чтобы не лез куда не нужно. Вообще Нахаленок оказался необычно смышленым. Похоже, здесь был налицо естественный отбор. Думаю, что в группе лошадей было несколько десятков особей. Из них в живых осталось всего трое взрослых и три жеребенка.