Неудобств нашего путешествия, я могу выдержать недельку-другую роскоши.
Но экипаж продолжал ехать вдоль здания. Появилась следующая вывеска — «Отель Савой». Следующим был классический портик с надписью «Ритц-Карлтон». И снова Фэйн жалобно оглянулся, когда они проехали мимо.
— Могли бы остановиться.
Ландо оставило за собой вход в восточном стиле «Караван-сарай» и еще через сто ярдов остановилось перед бело-зеленой вывеской «Охотничий клуб».
Швейцар помог им сойти на тротуар и широко распахнул дверь.
Путешественники проследовали коротким коридором, увешанным картинами, представляющими сцены охоты, и вошли в холл. Невдалеке был еще один вход, в глубине коридора мерцали зеркала.
Клайстра оглядел холл. Там были и другие двери, явно ведущие на улицу. Улыбаясь, он повернулся к Пианце:
— «Метрополь», «Савой», «Ритц-Карлтон», «Караван-сарай» — одна и та же гостиница.
Озрик свирепо закрыл ему рот рукой:
— Тише. Кристеры очень серьезно к этому относятся. Вы оскорбляете их.
— Но.
— Я должен был сказать вам, — торопливо добавил Озрик, — что вход, которым вы пользуетесь, обозначает ваше положение в обществе. Номера одинаковые, но благопристойнее входить через «Метрополь».
— Я понял, — сказал Клайстра. — Мы будем осторожны.
Швейцар провел их через холл к круглому столу из полированного дерева. Стол был разделен на секции, за которыми сидели клерки.
Вокруг стола летали яркие бабочки.
Швейцар указал им на секцию, украшенную цветами «Охотничьего клуба». Клайстра обернулся и пересчитал своих, как курица цыплят. Все еще красный Фэйн разговаривал с усталым Пианцей. Элтон и Бишоп стояли около Вайли и Мотты, у девушек прекрасное настроение, рядом с ними — Нэнси, бледная и утомленная. За плечом Клайстры дышал Озрик. Все на месте.
— Простите, сэр, — сказал клерк. — Вы мистер Клод Клайстра с Земли?
— Почему вы спрашиваете? — Удивился Клайстра.
— Сэр Уолден Марчион передает вам привет и нижайше просит вас и ваших друзей оказать ему честь и остановиться у него на то время, что вы будете в Кристиендэйле. На случай, если вы примете приглашение, он прислал экипаж.
Клайстра повернулся к Озрику и холодно спросил:
— Как этот сэр Уолден узнал о нашем прибытии?
— Главный носильщик спросил меня, кто вы. Я не видел причины молчать, — с достоинством ответил Озрик.
— Быстро здесь распространяются новости. Что вы думаете об этом приглашении?
Озрик повернулся к клерку:
— Кто такой сэр Уолден Марчион?
— Один из самых богатых и влиятельных жителей нашего города.
Очень достойный джентельмен.
Озрик улыбнулся Клайстре:
— Я не вижу причины для отказа.
— Мы принимаем приглашение, — сказал Клайстра.
Клерк кивнул.
— Я уверен, что вы сочтете ваше пребывание в замке сэра Уолдена приятным. К его столу неоднократно подавали мясо. Мэнвилль, если вы не против. — Он сделал жест в сторону клерка «Савоя». Тот, в свою очередь, кивнул молодому человеку в яркой желтой ливрее. Юноша вскочил, стремительно нырнул в коридор «Савоя» и вскоре появился через коридор «Охотничьего клуба». Он подошел к Клайстре и поклонился.
— Экипаж сэра Уолдена, сэр.
— Благодарю вас.
Осторожно, чтобы не совершить бестактность, выйдя через «Караван-сарай», путешественники выбрались на улицу и сели в ожидавшую их берлину. Швейцар захлопнул за ним дверцу.
Кучер сказал:
— Ваш багаж будет доставлен к сэру Уолдену.
— Такое благородство, — пробормотал Клайстра. — Просто не верится.
Фэйн с блаженным выражением лица откинулся на сидении:
— Боюсь, что я начинаю привыкать к феодализму.
— Интересно, — сказал Клайстра, глядя в окно, — что имел в виду клерк, говоря о мясе?
Озрик надул щеки:
— Легко объяснить. Из-за стечения обстоятельств в долине могут жить только зипанготы. А мясо у них поразительно жесткое, просто несъедобное. Кристеры — вегетарианцы. Они едят овощи, фрукты, рыбу, личинки насекомых. Мясо привозят из Кэлленвилли, и здесь оно деликатес.
Влекомая шестью лакеями в ливреях сэра Уолдена берлина грохотала по мостовой. Проехали мимо ряда магазинов, внутри первого были выставлены сложные изделия из шелка и газа, во втором — флаконы с разноцветными жидкостями и голубоватое мыло, следующий предлагал роскошные головные уборы, два ювелирных, чьи витрины были заполнены сверкающими украшениями из золота, серебра, стекла и железа.
— Меня интересует их экономика, — сказал Фэйн, — Это все должно где-то производиться. Где? Кем? Рабы? Нужна мощная индустрия, чтобы поддерживать такой образ жизни.
Клайстра потер затылок:
— Не знаю, как они управляются. Все это невозможно вывезти с Земли.
— Их секрет, — сказал Пианца. — Парадокс Кристиендэйла.
— Кажется, это всем подходит, — подытожил Фэйн, — Все вокруг выглядят счастливыми.
— Все, кого мы видим, — сказал Элтон.
Вайли и Мотта шептались между собой. Их глаза горели от возбуждения. Клайстра представил себе, что должно твориться в их головах. Они пополнели, их щеки больше не напоминали ямы, волосы были вымыты и причесаны — девушки были очаровательны. Элтон и Бишоп имели полное право гордиться ими. Элтон погладил Мотту по голове:
— Тебе здесь что-нибудь нравится?
— Конечно! Драгоценности и металлы, и одежда, рюши и кружева и еще эти сандалии.
Элтон подмигнул Бишопу.
— Тряпки, тряпки и тряпки, — ответил Бишоп.
Экипаж повернул и очутился среди леса башен, изящных строений с шарами домов на вершинах.
Берлина остановилась у высокой зеленой колонны. Лакей распахнул дверь:
— Замок сэра Уолдена Марчиона.
12. ИДИЛЛИЯ КРИСТИЕНДЭЙЛА
Путешественники вывалились из экипажа.
— Прошу сюда.
И они начали подъем к куполу замка.
Элтон потрогал ступени.
— Дерево. Похоже, лестница растет прямо из стены. — Он наклонил голову, рассматривая крепления. — Они действительно растут! Это просто большие деревья.
Лакей обернулся и посмотрел на Элтона с неодобрением:
— Это замок сэра Уолдена, сэр.
— Вероятно, я ошибся, и это вовсе не гигантский желудь.
— Конечно, нет, сэр.
Лестница сделала последний поворот, и гости оказались на широкой платформе, обвеваемой прохладным бризом.
Слуга распахнул дверь и застыл около нее. Гости сэра Уолдена вошли в его воздушный замок.
Они стояли в большом, светлом и прохладном зале, обставленном с ненавязчивой роскошью. Пол был неровным и наклонялся к центру комнаты, где находился бассейн с голубоватой водой. Вокруг него летали стрекозы и бабочки.
— Располагайтесь, — сказал лакей. — Сэр Уолден немедленно выйдет к вам. Прошу вас, прохладительные напитки. Надеюсь, вам понравится. — Он поклонился и вышел. Гости остались одни.
Клайстра тяжело вздохнул:
— Выглядит все это неплохо.
Через пять минут появился сэр Уолден, высокий, сухощавый, очень красивый джентельмен. Он начал с извинений за то, что заставил дорогих гостей ждать, неотложные дела задерживали его в другом месте.
Клайстра при первой же возможности шепнул Пианце:
— Где мы могли его видеть?
— Понятия не имею, — покачал головой Пианца.
В зал вошли двое юношей четырнадцати и шестнадцати лет, одетые в роскошные красно-желто-зеленые одежды. Они поклонились:
— К услугам путешественников с Матери-Земли.
— Мои сыновья, — сказал сэр Уолден. — Тэйн и Хэлмон.
— Мы рады встретить такое гостеприимство, сэр Уолден. — Начал Клайстра. — Но теряемся в догадках, чем оно вызвано. Мы — чужеземцы, в Кристиендэйле у нас нет друзей.
— Пожалуйста, — с элегантным жестом ответил сэр Уолден. — Мы поговорим об этом позже. А сейчас вы, наверное, устали и нуждаетесь в отдыхе. — Он хлопнул в ладоши. — Слуги!
Из ниоткуда бесшумно появилось несколько мужчин и женщин.
— Ванну нашим гостям. Аромат. — Сэр Уолден задумчиво потер рукой подбородок, как бы решая важную проблему. — Найгали № 20, это самое подходящее. И подберите новые костюмы.