Но Павлик уже успокоился.
— Что с тобой говорить, — презрительно скривил он губы. — Кончай, Валька. Интересно, какими глазами он завтра на нас будет смотреть.
Больше за весь вечер они не сказали друг другу ни слова.
Темнота наступила быстро. Деревья потонули во мраке, и черные враждебные тени со всех сторон окружили поляну, где мальчики устроились на ночлег. Павлик и Муха, уставшие за день, почти моментально заснули в шалашике, изготовленном на скорую руку. А Игорь сидел у костра и напряженно смотрел на жарко тлеющие угли. Ему не спалось. В воображении все время стояла его загадочная находка. Что же это такое в конце концов?
Игорь не выдержал. Он вытащил цилиндр из рюкзака, долго вертел его, искал хотя бы намек на крышку, на какое-нибудь отверстие. Но цилиндр был совершенно сплошным. Игорь даже пытался ковырнуть его ножом (в это время душа уходила в пятки — вдруг взорвется?!), но ему не удалось сделать даже крошечной царапины. Тогда он решил рассмотреть как следует выпуклый кружок. Костер почти догорел, поэтому Игорь взял сухую веточку, поджег ее и приблизил к цилиндру. Колеблющийся огонек выхватил из темноты верх цилиндра, кружок в центре заискрился, как стрекозиный глаз. И вдруг неожиданно сбоку молочно засветилась стенка, и на ней образовался как бы экран телевизора, только необычной формы. От неожиданности Игорь чуть не уронил цилиндр. Да, произошло удивительное изменение! Только что стенки были совершенно однородными, а теперь явственно обозначался самый настоящий экран — сантиметров пятнадцать в ширину и сантиметров пять в высоту. Игорь пристально всмотрелся в него.
![Это было в Атлантиде i_008.jpg](https://litlife.club/books/301659/read/images/i_008.jpg)
Ему показалось… (нет, это было совершенно точно!), что на экране шевелились какие-то неясные тени. Но как он ни приглядывался, понять ничего не мог. А потом свечение экрана прекратилось совсем, и стенка стала такой же, как прежде.
Игорь долго ломал голову над этим странным явлением. Он вспомнил, что экран появился сразу после того, как он осветил фиолетовый кружок. А что если осветить его еще раз? Кстати, в рюкзаке есть фонарик.
И вот луч света снова уперся в искрящийся кружок.
Экран появился почти сразу же. Стенка цилиндра светилась все ярче и ярче. Наконец, на экране что-то шевельнулось. Игорь стал напряженно всматриваться.
Молочная туманная пелена вдруг исчезла. В стенке цилиндра словно образовалось отверстие — настолько кристально-прозрачной она сделалась. И что было уже совершенно невероятно, за этим внезапно раскрывшимся окном появилась чудесная картина.
Игорь с трудом мог поверить, что смотрит внутрь совсем небольшого цилиндра. Ему казалось, что за прозрачным окном открылся целый мир непостижимой глубины. Во все стороны широко раскинуло крылья бархатно-черное небо, сияющее тысячами звезд. А впереди парил огромный голубоватый шар, край которого испускал яркое сияние. Удивительное зрелище продолжалось несколько секунд, и, прежде чем Игорь успел опомниться, все резко изменилось, словно по знаку волшебной палочки.
Теперь перед глазами Игоря была долина, окруженная высокими горами. Он видел ее издалека, так, словно сам находился на горе. И настолько рельефна, объемна была картина, что казалось: стоит лишь захотеть, и ты сможешь войти в этот мир. Ослепительно голубело небо, отчетливо виднелась хрустальная дымка на вершинах, и таким прозрачным был неподвижный воздух, что можно было разглядеть малейшие подробности в долине. В самом ее центре находился круглый остров, покрытый уступами террас, на которых высились огромные здания причудливой формы. Остров окружали три концентрических кольца каналов, между которыми зеленели круги суши. От острова четырьмя радиусами тянулись мосты. Игорь отчетливо видел, как медленно плыли по каналам крошечные парусные суденышки, как колыхались густые заросли на берегах. Посреди острова виднелись какие-то изваяния, излучали золотистый свет ребристые крыши зданий. Розовыми водопадами сбегали к воде широкие лестницы. Всеми оттенками переливалась зелень на кольцевых поясах.
Потом Игорю показалось, что он стал постепенно приближаться к центральному острову и смотрел на него словно с борта самолета, низко летящего над землей. Медленно наплывали рощи, приземистые каменные строения, высокие ломаные стены, ослепительно сверкающие не то латунью, не то золотом. И вот уже мальчик видит себя посреди огромной площади, неподалеку от массивных ступеней, которые поднимаются к белоснежному зданию с колоннами. По другую сторону высится на постаменте золотая скульптурная группа — человек со свирепым выражением бородатого лица правит шестеркой крылатых коней. Вокруг пьедестала стоят полукругом треножники. Каждый из них увенчан круглой чашей, над которой клубится синий дым.
Площадь безлюдна. Только несколько людей в длинных белых одеждах прижались к ступенькам. Они стоят неподвижно, как статуи, словно застыли в испуге. А потом отодвинулись назад, как будто от них отъехал объектив кинокамеры, и в поле зрения Игоря появилось совсем уже странное существо. Оно напоминало низенького человека. Короткое бочкообразное туловище, состоящее из множества отливающих ртутным блеском члеников, за спиной плоский треугольный предмет. Очень длинные и гибкие руки, больше похожие на щупальцы, короткие крепкие ноги, металлический круглый затылок… Вокруг головы колеблющееся радужное сияние. Существо резко повернулось, и Игорь на какую-то долю секунды успел увидеть широко расставленные глаза, приплюснутый нос, выразительные губы — почти человеческое лицо, полуприкрытое пластинчатым шлемом. И вдруг это существо совершенно свободно, сохраняя прежнюю позу, взлетело над землей и скрылось из глаз. Но ни крыльев, ни даже подобия летательного аппарата Игорь не заметил. И, наконец, еще одна картина, только очень бледная и со всех сторон скрытая туманом. Высится огромное голубоватое сооружение в форме пирамиды. Около него, как мухи, летает несколько таких же бескрылых существ. Сооружение очень большое — метров тридцать в высоту, судя по фигуркам, летающим рядом. Наверху пирамиды медленно поворачиваются две соединенные между собой решетчатые чаши.
Экран снова делается непрозрачным, и только клубится на нем серебристый туман. А потом все исчезает, и у Игоря в руках опять тяжелый цилиндр, голубовато светящийся в темноте.
Сколько времени продолжалось невероятное зрелище, Игорь не знал. Минуту, полчаса? Он был настолько ошеломлен, что мысли никак не могли собраться вместе. Ясно одно: у него в руках удивительное открытие, которое потрясет мир. Что только будет! Будет? А вдруг…
Похолодев от страшной догадки, Игорь схватил фонарик. Неужели волшебная картина больше не повторится? Но опасения оказались напрасными. Он осветил фиолетовый кружок, и снова открылось перед ним окно в незнакомый мир. На этот раз Игорь заметил новые подробности. Так, на голубом шаре он различил неясные, словно размытые очертания земных материков; у подножия гор, на краю долины, увидел далекую пирамиду с решетчатыми чашами.
Еще несколько раз пробовал Игорь освещать кружок на крышке, и каждый раз послушно возникали эти же картины. Он обратил внимание, что продолжительность их не зависела от времени освещения кружка фонарем. Экран гас в одно и то же время. «Наверное, все дело в силе света, — решил Игорь. — Ничего, завтра попробуем сильней освещать».
Сначала ему очень хотелось разбудить ребят, поделиться своим открытием, но потом он раздумал. Игорь представил, как поступил бы он сам на месте Павлика и Мухи после такой ссоры. Конечно, отобрал бы цилиндр. Если ребята и вечером не хотели его отдать, то теперь-то уж наверняка заберут. Еще чего доброго скажут, что сами нашли. А он хотел сам вручить эту свою находку ученым. Ведь он же ее обнаружил.
И Игорь уже видел, как он преподносит цилиндр академикам, представил свои огромные портреты на газетных и журнальных страницах. Весь мир узнает про него, Игоря Костина…
На какое-то мгновение происходящее показалось сном. Игорь даже щипнул себя за ногу, втайне боясь, что может проснуться. Но нет, тяжелый цилиндр был у него в руках. И все так же послушно возникали после освещения фиолетового кружочка земной шар, заснятый с чудовищной высоты, удивительный город, бородатые люди и таинственные существа… Как жалко, что картина держалась всего минуты две. А один раз, когда фонарик зажегся на небольшом удалении от кружка, на который, очевидно, попало меньше света, картина стала еще короче, голубую пирамиду с чашами Игорь уже не увидал.