Но мне самой за это время стало важно, насколько ему у меня комфортно. И да, подкоркой мозга я понимала, что хочу, чтобы Сеня остался в моем доме на какое то время. Навсегда я не рассматривала. Когда-нибудь влюбится по-настоящему и свалит от меня в светлое будущее с дамой сердца (так и хочется ей уже глаза выцарапать).
Еще немного повздыхав, я убедилась в наличии желаемого предмета мебели на складе и оформила заявку на завтра на свой адрес. Надеюсь, что завтра Сеня будет уже лежать на нормальном диване. Спать я снова легла далеко за полночь. Надо как-то свой режим дня перекраивать, а то так скоро буду днем спать, а ночью бодрствовать.
Утром я проснулась сама без будильника, из-за какого-то внутреннего беспокойства. Прислушалась, дома было тихо. Зашла на кухню, там никакого следа завтрака. Что-то не похоже на Есенина. Проверила ванную, там парня тоже не оказалось. В итоге пришлось заглянуть в комнату, где он спал. Арсений лежал без одеяла, в одних трусах, лицом к стене. Хотела уже развернуться и закрыть дверь, но что-то меня остановило. Возможно слишком тяжелое дыхание мужчины.
Не давая себе возможности передумать, быстро подошла к дивану, протянула ладошку и потрогала его лоб. Горячий. Очень горячий. Потрясла за плечо:
– Сень? Сеня. – Он что-то невнятно пробормотал, и перевернулся на спину, глядя на меня затуманенным взглядом. – Мать твою, Есенин, что с тобой? – Проорала я. Кажется, я близка к панике.
Арсений пару раз моргнул и посмотрел на меня уже ясными глазами.
– Ась, ты чего здесь? – Он попытался встать.
– А ну лежать! – Скомандовала я. – У тебя температура. Сейчас врача вызову. – Черт, телефон в кабинете оставила.
– Не надо врача. – Он со вздохом откинулся на подушки. – Таблетку от температуры и все пройдет.
– Сень, как без врача то? – Возмутилась я. – А если что-то серьезное?
– Ась, я в больницах все детство провел. Не надо врача. – Произнес он так, что я поняла – врачей он действительно недолюбливает.
– Значит так, – выдвинула я условие, – если тебе станет хуже, или таблетка не поможет, то звоню в скорую. Понял? – И не дожидаясь ответа, побежала за аптечкой.
Таблетки нашла быстро, налила в стакан воды, прихватила градусник и отправилась обратно. Арсений приподнялся на подушках, нашел сбившееся в ноги одеяло и закрыл себя до пояса, видимо, чтобы меня не смущать. Но мне лично было сейчас не до разглядываний прелестей этого мужчины.
Он послушно поставил градусник подмышку, взял с моей ладони таблетку, запил, и выдал:
– Кажется, я догадываюсь, что со мной приключилось.
– И что же? – Я присела на диван рядом.
– Посмотри, пожалуйста, на мне случаем нет красных пятнышек? – Вполне серьезно попросил он. Ну вот, сначала его линейкой меряй, теперь пятнышки ищи.
– Ты что, венерологическое что-то подхватил? – Прищурилась я.
– Нет. – Он протянул руку, нашел на стоящем рядом стуле джинсы и выудил из них телефон. – Мам, привет. Нет, я не из-за этого звоню. Мам послушай, я в детстве ветрянкой болел? Ага. А старшие? Вот как. А я, почему не заболел? Ясно все. Ну что ж, поздравляю вас, кажется, ваш сын в самом расцвете сил заболел самой детской болезнью на свете. – Он громко фыркнул. – Нет приезжать не надо, потому что я не дома. Нет, не скажу. Да, с девушкой. Не знаю. – Он внимательно посмотрел на меня. – Да, спрошу. – И положил трубку.
– Есенин, ты умудрился заболеть ветрянкой? – Недоверчиво уточнила я.
– Вот, если найдешь пятна, то да. – Кивнул он. – А ты сама-то болела ли в детстве этим? – Спросил он меня задумчиво.
– Даже помню, когда это было. Лет в шесть, и я с ног до головы ходила вся зеленая. – Улыбнулась я, и сдернула с него одеяло. Он инстинктивно прикрыл руками свою мужскую гордость, обтянутую тонким трикотажем. – Не переживай. Трогать не буду. – Попыталась пошутить я, но, чего греха таить, потрогать хотелось очень.
Пятна нашлись на животе, ближе к резинке трусов, и на спине, между лопатками, о чем тут же было сообщено хозяину болячек.
– Это мы с Ванькой так в аквапарк две недели назад сходили, скорее всего. Там еще несколько детей из его садика встретились, вот и заразились. – Тихо объяснил он. Есенька рассказывала, что Младший часто с Ванькой водится. А я тут же стала завидовать его будущей жене, вот ведь повезет кому-то. Где сейчас мужика найдешь, такого чтобы с детьми возился? – Вот, сейчас неси зеленку, потому как я до лопаток точно не достану. – Сеня криво усмехнулся, и протянул мне градусник. Температура была действительно высокая, тридцать девять градусов.
Зеленки было мало, всего треть пузырька. Не помню, куда я ее измазала, но Арсению с его телосложением это будет на один раз. Необходимо в аптеку съездить до вечера. Черт, еще же диван должны привезти.
Мазать пришлось аккуратно, ватной палочкой, стараясь не коснуться горячей кожи руками. У меня к концу процедуры даже руки затряслись от напряжения. После принудительного рисования соорудила горячий сладкий чай и заставила болезного парня выпить поллитровую кружку. Тот вел себя послушно, и даже встать не пытался. Хороший мальчик.
Взглянула на время и решила, что доставка мебели утром в воскресенье вряд ли очень активно работает, скорее всего, диван привезут после обеда. А до ближайшей аптеки всего десять минут езды, я специально загуглила круглосуточную, чтобы в девять утра уже точно работала.
Быстро оделась, и, предупредив пациента, что скоро вернусь, выбежала из дома. Еле дождалась, когда двигатель прогреется. Нет, можно было и на холодном ехать, но дед все-таки внушил мне правильное обращение с любой техникой, поэтому пришлось послушно ждать.
В аптеке меня обслуживала полусонная зевающая барышня, которая и сообщила, что оказывается уже пару лет, как им поставляется бесцветная зеленка, которая идеально подходит для лечения ветрянки.
– Дайте три флакона. И два обычной.– Тут же попросила я.
– Но, девушка, на ребенка хватает флакона с лихвой. У вас еще даже останется. – Попыталась поспорить со мной аптекарша.
– Не останется. Считайте, что у меня тройня. – Я задумалась на пару секунд. – А может быть даже четверня. – На меня тут же подозрительно уставились, видимо, пытаясь осознать мной сказанное. – И девушка, побыстрее давайте, а то у меня там человеку плохо. – Добавила я.
Девушка послушно все собрала, но при этом смотрела на меня с опаской, как на психически больную. Из аптеки я тоже быстро выбежала, уселась за руль и рванула в сторону дома. На приборной панели мигнул датчик бензина. Блин, как же не вовремя! Пришлось заехать еще и на заправку, где я проторчала лишние десять минут. До дома ехала уже вся на нервах, что долго провозилась, и вот уже завернула на свою улицу, как мне под колеса бросился мальчишка лет восьми. Я практически его не увидела, на пустой дороге светло-серая куртка только мелькнуть успела перед капотом. Резко крутанула руль в сторону, и нажала на тормоз, одновременно дергая ручник, и молясь про себя «лишь бы пронесло». Действительно пронесло: каким-то чудом машину развернуло перед ребенком, юзом протащило по заледеневшей дороге, оставив внедорожник на встречке. Парень только проводил меня взглядом, так и оставаясь на месте. Я полминуты просидела в машине, прежде чем выйти, а когда все-таки вышла из машины, ноги подкашивались от пережитого стресса.
– Парень, ты живой? – Громко спросила. Он только кивнул головой. – У тебя родители где?
– Ба-бабушка здесь. Я на выходные к ней приехал. – Сообщил малец и кивнул в сторону соседнего дома.
– Так давай, топай к бабушке, и на дорогу больше не выскакивай. Понял? – Назидательно сказала я, подмечая оживление у того самого дома, на который кивнул пацан. К нам в расшитом платке, широком пальто и смешных бурках бежала женщина.
– Ой, ты горюшко, – запричитала она, подбегая ближе. – Я же просила, только во дворе бегать. Тут ить машины ездят все время. – После тщательного осмотра и обтискивания ребенка, дама обратила внимание и на меня. – Ох, я как в окно увидела, что стервец этот на дорогу перед машиной выбежал, так сердце и зашлось. А машина то у вас какая, так лихо объехали. Простите уж нас. Наверное, вам самим сейчас боязно за руль-то. Бледненькая вы.