М. Брикнер
СТРАДАЮЩИЙ БОГ В РЕЛИГИЯХ ДРЕВНЕГО МИРА
![Страдающий бог в религиях древнего мира i_001.jpg](https://litlife.club/books/301225/read/images/i_001.jpg)
Предисловие
За последнее время в России появился небывалый спрос на литературу антирелигиозную вообще, в частности— на литературу по истории религий. Притом спрос этот идет с низов, из самой толщи пролетарских и крестьянских масс. Наряду с тем, что в России сохранились глухие углы, где возможны еще убийства на почве изуверства, как это было недавно в Московской губернии с убийством крестьянского писателя Семенова, наряду с все еще огромным влиянием раввинов, попов, мулл, ксендзов и других шаманов, можно наблюдать массовый отход от церкви, массовый интерес к безбожникам.
Это не случайный факт, это серьезный исторический сдвиг, связанный с наступившей эпохой пролетарской революции. Религия является серьезнейшим препятствием на пути к раскрепощению трудящихся, на пути к коммунизму. Лучше всего ее подтачивают успехи науки и техники, если и то и другое всецело находится в руках государства, если это государство последние выводы и завоевания науки и техники могло бы сделать достоянием всех.
Одним из выводов исторической науки, поскольку речь идет об истории религий, является разоблачение христианских мифов. Оно идет с разных сторон. И даже сама христианская церковь, в своем стремлении приспособиться к критическому отношению масс, вынуждена была, в лице наиболее либеральных ее представителей, пересмотреть евангельские легенды и признать их несамостоятельность, заимствование из других религий. Выяснилось, что существовали задолго до легенд о Христе легенды о других богах, ничем почти не отличающиеся от позднейших сказаний о Христе.
Тем самым и все учение христианства приобретает иной характер в глазах масс. Для тех, кто усвоил этот взгляд, христианство есть не что иное, как приспособление религий так называемых язычников к психологии нового времени, к изменившимся хозяйственным и политическим условиям жизни. Этот вывод не так уж нов вообще, но для массы но нов, и для массы он является революционным толчком к пересмотру всего своего отношения к религии.
Вот почему мы считаем полезным переиздание книжки М. Брикнера: «Страдающий бог в религиях древнего мира». Книжка эта впервые была переведена на русский язык в 1909 г. и появилась в серии «Религия и церковь в свете научной и свободной критики».
Правда, у Брикнера, как и у многих либеральных критиков христианства, не хватает решимости довести свои выводы до конца. Потративши все свои способности на доказательство того, что Христос дохристианский вполне заключает элементы христианского Иисуса, Брикнер останавливается на полдороге и полагает. что образ дохристианского Мессии был только перенесен на живую личность Христа. Насколько робеет перед окончательным выводом Брикнер, показывают его слова в конце книги: «Бесчисленные следы ведут нас от христианства в историю религии, они доказывают тесную связь христианства с историей религии. Но они не настолько близко сходятся, чтобы мы из них могли вывести все последние следствия».
Мы же полагаем, что история религии с полной очевидностью доказала, что христианское учение, как и весь миф о Христе, есть не больше, как приспособление к изменившимся условиям жизни. Пролетариат, в его решительном стремлении перестроить все человеческие отношения, конечно, не остановится на полдороге в своих выводах относительно враждебной ему религии.
Ем. Ярославский
Умирающий и воскресающий божественный спаситель в восточные религиях
Возникновение и развитие веры в смерть и воскресение божества было почти везде одинаково или, по крайней мере, весьма сходно и, вероятно, может быть сведено к общему корню. Поэтому, для упрощения и для лучшего понимания последующих глав, изображающих верования отдельных религий, весьма полезно предпослать им несколько слов о происхождении и значении этой веры вообще.
Боги, о которых здесь идет речь, являются первоначально божествами астральными[1] или растительными. В ежедневном и ежегодном движении солнца, в прибавлении и ущербе луны, в созвездии, временно исчезающем с горизонта и потом снова появляющемся на нем, во всем этом люди видели богов, уходящих и возвращающихся, умирающих и воскресающих. Так, Митра был солнечный бог, рождение которого приходилось на 25 декабря, на день зимнего солнцестояния, когда впоследствии праздновалось и Рождество Христово. Если Озирис живет и властвует на земле 28 лет (по числу дней лунного месяца), если его враждебный брат Сет находит его труп в полнолуние и разрезает его на 14 частей (по числу дней, в течение которых происходит ущерб луны), — то это указывает, что Озирис, хотя и не первоначально, но все-таки был и лунным божеством. 20 июля, когда всходил Сириус, звезда Изиды, начинался египетский священный год: богиня прибывала, чтобы оплакивать своего покойного супруга и воскресить его из мертвых.
Однако, в настоящее время все более и более склоняются к тому, чтобы рассматривать все эти божества с точки зрения их первоначального происхождения, в качестве растительных богов. Смерть и воскресение соответствуют умиранию и оживанию природы. Насколько тесно то и другое было связано, показывает древний рассказ о сошествии Иштар в ад. Как только Иштар сошла в преисподнюю, на земле прекратилась всякая жизнь, всякое размножение среди животных и людей, и угрожала опасность всеобщей гибели. Таким же образом печаль богини Деметры о своей дочери, Персефоне, уведенной Плутоном в преисподнюю, приостановила всякое произрастание на земле, и всем угрожала опасность умереть с голода.
Позднее многих из этих богов, соответственно духу времени, стали почитать также в качестве солнечных божеств, и часто трудно решить, каково было их первоначальное значение. Ведь жизнь на земле самым тесным образом связана с солнцем, как продукт его воздействия, и даже еще теперь прибыли и ущербу луны приписывается влияние на весь органический мир. Можно сказать в общем, что в солнечных божествах всегда находит себе выражение могучая, властная, победоносная природа: само солнце в своем годичном движении никогда собственно не умирает, а всегда победоносно преодолевает свое мнимое поражение зимой. Так, солнечный бог Митра носит обычно прозвище «непобедимого». Для растительности же, наоборот, после кратковременного расцвета весной наступает увядание в летнюю жару и смерть зимой. Поэтому, в природе этих богов выступает первоначально на первый план элегически (задушевно) мягкая черта: они умирают и исчезают в цветущем, юношеском возрасте. Но можно указать также вполне определенные черты, которые — каждая в отдельности или все вместе — ясно доказывают, что по своей первоначальной сущности они были растительными божествами.
Сюда, прежде всего, относится их связь с великой богиней-матерью, сыновьями или возлюбленными которой они являются: мать-земля производит весеннюю растительность, как своего сына, или соединяется с ним, как с возлюбленным, для кратковременной жизни и любви. Такова Кибела, «великая мать-земля», которая оплакивала своего возлюбленного Аттиса, исчезнувшую растительность. Аналогичны отношения между Иштар и Таммузом, Бельти-Афродитой и Адонисом, Изидой и Озирисом. Отношения между двумя божествами таковы, что не бог любит богиню, а, наоборот, богиня любит прекрасного бога; она оплакивает умершего и ищет исчезнувшего. Поэтому святилища посвящаются не богу, а стоящей над ним богине. Лишь постепенно, благодаря тому значению, которое получают смерть и воскресение бога, он получает более высокое, самостоятельное достоинство и является иногда представителем вышнего божества вообще, как Аттис и Серапис. Растительное божество становится божеством солнечным.
Посвящение богу тельца может служить другим признаком первоначального характера такого бога, как божества растительного. Телец является символом животворных сил природы. С другой стороны, однако, указывалось, что приблизительно до 2100 года до Р. Хр. солнце проходило в начале весны через созвездие Тельца, и лишь с этого времени (вследствие процессии равноденствия) оно вступило в созвездие Овна. Поэтому, такие боги, как Дионис, которому посвящены телец и овн, являются по своему первоначальному происхождению солнечными божествами.
1
Звездными.