– Я что, не один?
– Один в поле только снайпер. Подробности на месте. Вопросы есть?
– Прививки будут?
– Да, четырнадцать уколов.
– Бригада большая?
– Маленькая. Негров стрелять не будем. У нас другие задачи, посерьезней. Но проблемы могут быть всякие и стрелять, возможно, придется из любого положения. – Помолчал и добавил. – Хочу напомнить, Гриша, ты только что расписался о неразглашении и жизнь твоя – в твоих руках. – Новый командир бодро улыбнулся. – Ты понимаешь, о чем я?
– Понимаю. Уже подпись ставил. Только не за деньги.
– Григорий, за идею – святое дело. А за деньги, сам понимаешь, дело серьезное. Ты парень с понятием и все уловил.
– Да уловил, чего уж тут. В общем, в девять ноль ноль в этом кабинете.
– Смотри, не напейся. На Красной площади это распространенное явление.
На том и расстались. Не думавши, не гадавши, попал Григорий Загибайло в такой крутой армейский переплет. Благо, опыт был. Да и душу грели десять бумажек по сто евро, шуршащие в кармане. Тысяча евро! Но радость была не особой силы.
Вышел Гриша на улицу. Прошелся вдоль каштанов. И сразу увидел обменный пункт. Подошел и разменял шестьсот евро на национальную валюту. Денег получилось много. Узнал, где находится почта. Зашел, и в валютном отделе переслал матери оставшиеся четыреста. Да письмецо черканул. Вышел на улицу, вспомнил про контракт. Подошел к такси и проговорил: «Мне надо на Контрактовую Площадь». Водитель ранул с места и не молодой уж «Опель» понесся по Киевским улицам. Выскочили на набережную Днепра. Красота! Но мелеет речка почему-то. Трава растет уже прямо посередине. Машина соскочила с набережной и углубилась в недра Старого Подола, проехала церковь, несколько кварталов, еще церковь и выскочила на площадь.
– Контрактовая, – сказал водитель, остановив машину и заглушив двигатель.
– А где «Самсон», центр торговый? – спросил Гриша.
– Вон видишь буквы САМСОН – это и есть «Самсон», доходчиво разъяснил таксист.
– Спасибо!
Оператор АРСН расплатился, вышел из машины и двинул как на маяк, на большие, красные буквы. Банк нашел быстро. «Аваль» – светилась зелеными разводами затейливая надпись. Зашел внутрь. Здоровый верзила в красном галстуке и с радиостанцией в руке, пристально оглядел Григория. Отвернулся. Гриша подошел к окошку и сказал: «Мне нужно абонировать ячейку хранения документов». Все произошло, как и говорил командир. Набрав на внутренней стороне дверцы секретный шифр – ЗАГИБАЙЛО, Григорий захлопнул дверцу и закрыл ее на ключ. Вторым ключом камеру закрыла старший кассир. Оператор АРСН успокоено вздохнул. «Всего доброго!» – «До свидания, приходите еще». Вышел Гриша из «Самсона», огляделся. Народа – тьма. И почти все или бредут куда-то, или сидят с грустным видом на лавках. Но большинство пьет пиво. Даже совсем молоденькие девочки – и те сосут из горлышка «Оболонь». Везде полно забегаловок. Одна на одной. Прочитал название: «У тети Сони». Зашел и сел за столик. Подошла симпатичная девушка-официантка. Григорий полюбовался ее грацией и заказал пиво. Напиток оказался неплохим. Спросил у официантки, где улица Ильинская. «Да это совсем рядом. Вон за тем зданием». Она указала направление. «Спасибо», милая. А вы пиво не пьете? Засмеялась. «Пью, но не на работе» – «Жаль». Гриша снова уставился в бокал и отпил уже половину. Подошла парочка и уселась рядом, спросив: «Разрешите?» Григорий разрешил. Вытащили какие-то бумаги и стали их листать, читать, что-то выяснять, уйдя полностью в этот процесс. «Бухгалтеры», – подумал оператор АРСН. – «Кругом одна бухгалтерия». Ему захотелось домой. Он вытащил сигареты. «Вы не курите?» – спросил соседей по столику. «Нет, спасибо». И опять о чем-то своем. Еще и не курят… хоть бы пива купили, сидят на халяву, место занимают. Да нет, принесли кофе и мороженое. Мажоры, наверное, какие-то. Прибыль на бумаге вычисляют. Под кофе. Это не в «С – 500» сидеть под американскими радарами. Чеченец прислушался к разговору.
– Вова, а почему радары американские? Это сильно конкретно, надо обтекаемее.
– Хорошо, давай напишем – радары Саудовской Аравии, например. Но там те же американцы. И опять масло масляное.
Оператор АРСН напрягся и слушал подозрительно знакомые слова. Они что, пишут какой-то отчет о Ближнем Востоке? Вот так запросто, в кафе «У тети Сони»? Ну, времена…Слышал, что на Подоле все возможно. Уже начинаю верить.
– А что у тебя дальше? – продолжила дама, листая бумаги. – Это бред, я все вычеркиваю. Это… и это; и это тоже; ну и это заодно. Все. Теперь лесополоса расчищена. Можно спокойно двигаться по контексту.
– Куда? – мрачно спросил неведомый Вова.
– К светлому будущему, твои же слова.
Любопытная парочка. Наверное, какие-то геологи, или археологи или лесники… Лесополоса расчищена… Хм… Куда-то надо двигаться? …Нет, не бухгалтеры.
Григорий допил свой бокал. Подозвал официантку, заказал ещё четыре пива и коробку креветочных полочек. Извинился и спросил соседей искренним тоном: «Можно, я вас угощу пивом? Завтра надолго уезжаю, может быть навсегда, а проститься не с кем. Ребята, не обижайтесь… Уважьте… тоска душу травит…»
– Хорошо, друг. Угощай, – сказал Вова. – И не такое в жизни бывает. Некому проводить? Я тебя понимаю. – Взял в руки бокал. – Лена, давай! – обратился он к даме.
– А работа?
– Не волк, не волк. В лес не убежит. И ты же видишь, мы все равно работаем.
Коснулись бокалами за знакомство. Стали медленно пить. Лена взяла креветочный ломтик.
– Значит ты, Гриша, в командировку. И надолго? – спросил Вова, приступив к пиву и глядя на Загибайло поверх бокала.
– Ой, брат, боюсь надолго. Не от меня это зависит. И не от тебя.
– Ну, ну, – сказал Вова.
– Но платят деньги. ДЕНЬГИ! А где их сейчас еще заработаешь? Вы вон какие-то бумажки переворачиваете – уже, значит, какое-то дело есть. А что я? Я простой сельский парень. И этим все сказано.
– Вы, наверное, едете на уборку картофеля или клубники, в Польшу? – спросила дама. – Я слышала, там много зарабатывают. Соседка оттуда приехала – новый принтер купила. Лазерный.
«Компьютерщики какие-то», – подумал Чеченец.
– …Руки, правда, долго в порядок привести не могла. А на песни до сих пор тянет, – непонятно закончила Лена свой блиц-анализ.
– Да нет, мадам Лена. Какая там Польша. Похуже Сибири.
– Попал ты, наверное, дружок по контракту, – проговорил Вова, выпив свое пиво. – Это дело серьезное, но и платят серьезно. Впрочем, ты сам себе хозяин, верно?
– Если бы я знал, кто у меня хозяин. В морду дал бы. Такой у меня характер по жизни, по воле этого хозяина, что везде одна лажа, куда ни ткнись.
– Не ты такой один, Григорий. Успокойся. Лажа, она везде лажа и ты здесь ни при чем. Еще по пиву?
– Давай.
– Володя, а время? – спросила Лена.
– Мы притормозим стрелки. Ведь это в наших силах.
Расставшись с парочкой социальных работников, – так представились Володя и Лена, – Гриша двинул пройтись по площади. Наткнулся на небольшой магазинчик. Сверху название – «Вселенная сумок». Зашел, выбрал и купил красивую, черного цвета, среднего размера, сумку. Потянула на 50 евро, – прикинул по курсу Григорий. Вся в молниях и замках. Отделений и карманов, наверное, сто. В хозяйстве вещь необходимая. В отделе косметики купил бритвенный станок, лезвия, зубную пасту, щетку, крем для бритья и для рук, мыло, шампунь, одеколон и пачку черных презервативов. Все разложил по отделениям. Успокоено вздохнул. Вышел на улицу и через два шага увидел магазин сотовых телефонов. Зашел и долго бродил среди стеклянных монолитов, ощетинившихся многочисленными телефонными аппаратами, лежащими, словно египетские мумии в саркофагах. Подошел к продавцу и стал уточнять зону покрытия операторов, стоимость одной минуты разговора, наличие роуминга, наличие доступа в Интернет, стоимость текстовых сообщений, возможность выхода на ИНМАРСАТ, ИРИДИУМ… Продавец подозрительно смотрел на пытливого клиента, уже час слонявшегося по магазину, но вежливо отвечал на вопросы. В конце концов, Гриша купил телефон с возможностью выхода в GLOBALSTAR, что обошлось ему почти во все оставшиеся деньги. Продавец сразу повеселел и, с улыбкой упаковывая товар, говорил о неоспоримых преимуществах купленного телефона. Подключили аппарат здесь же, в магазине. «По этому телефону вы сможете звонить домой хоть с Эвереста или Антарктиды», – нахваливал покупку продавец, вычисляя в голове свои проценты от продажи.