Вожатые должны не просто говорить: комсомол постановил, партия постановила, — а должны объяснить, в чем тут дело.
Очень хороша книжка Вильгельма Либкнехта «Знание — сила», где он рассказывает, как в классовой борьбе буржуазия старалась закрывать массам доступ к знанию, старалась дать массам лишь обрывки, клочки знаний. В нашей же Советской стране мы должны давать не клочки, а действительное, подлинное знание, — то знание, которое необходимо для преобразования жизни.
Сравниваешь сейчас свое поколение с теперешним поколением. Ребята старого поколения не умели говорить и не умели писать о том, что они видели кругом. Никаких деткоров в наши времена не существовало. А сейчас ребята умеют говорить, умеют защищать свои мнения. Сейчас совершенно другое развертывание общественной жизни. Вся обстановка учит говорить. Но надо, чтобы тут помогала и школа, чтобы она учила говорить просто, ясно, четко. Надо, чтобы каждый из ребят умел написать, выразить свою мысль, и не просто написать что-то, не просто написать какую-то резолюцию, а написать четко и убедительно о том, что его интересует. Надо, чтобы ребята научились в школе учиться. Всем им придется в жизни прорабатывать серьезный научный материал, и они должны быть к этому готовы. Ребята должны это осознать. В борьбе за знания пионеры должны играть крупную роль и должны играть эту роль именно как организация. Они должны быть заражены энтузиазмом по овладению знаниями, и надо, чтобы они не замыкались в себе, а старались всех ребят втянуть в это дело и стать во главе всего детского движения за учебу.
Особенно важны общественные науки: обществоведение, история, естествознание, география и литература — словом, те предметы, при помощи которых выковывается мировоззрение. Эти предметы очень важны. Я этим не хочу сказать, что не важны грамматика, математика, биология и т. д., но общественные науки являются особенно важными, чтобы ясно понимать все окружающее, становиться сознательными строителями социализма, и надо, чтобы, кроме школьной работы, у ребят было желание этот вопрос проработать и обсудить на кружке.
Даже в наше время общественные науки особо будили мысль, ребята между собой часто спорили по тем или другим вопросам, горячились.
Один старый учитель вспоминал, как он учился вместе с Владимиром Ильичей. В своих воспоминаниях он говорит, что у Владимира Ильича всегда по истории были пятерки. Учителем истории был в Симбирске (Ульяновске) отец Керенского. Было дано сочинение какое-то. И вот Керенский, возвращая тетрадь Владимиру Ильичу, сказал: «К чему это у вас вдруг в сочинении «угнетенные массы»?»
Автор воспоминания говорит далее, что все ребята интересовались, сколько же за это сочинение учителя поставили Владимиру Ильичу. Единицу? Нет, оказалась пятерка. Это показывает, что даже в те давние времена в связи с уроками обществоведения, истории, литературы у учащихся возникали вопросы политического характера. Ребята стремились в меру своих сил разобраться в целом ряде вопросов. Но старая школа не давала ответов на такие вопросы, старалась заглушить интерес ребят.
Теперь пионеры каждый вопрос, который ставится па уроках истории и обществоведения, между собой обсуждают. Им помогают вожатые. Мы в прежние времена были бессильны в этом отношении. Большинству из нас не к кому было обратиться с возникавшими у нас вопросами. Сейчас же у пионеров есть вожатые, есть комсомол, который всегда может помочь.
Вы знаете, что в своей речи на III съезде комсомола Ленин говорил о том, что надо не только запоминать и усваивать, а надо все продумывать, сообща обсудить. Поэтому мне кажется чрезвычайно важным, чтобы пионерорганизация некоторые вопросы, которые на уроках поднимаются, внутри у себя обсуждала, важно, чтобы она проявляла определенную инициативу и училась самостоятельно работать, потому что только в этом случае она сможет повести за собой ребячью массу. Только в том случае, если сами пионеры будут работать над выработкой у себя ясных взглядов, — только тогда они смогут влиять на общественное мнение ребят.
Вы знаете, как важна выработка общественного мнения. Часто бывает так, что родные никакого внимания на ребят не обращают, очень многого они часто сами не знают и не понимают. Учитель тоже не всегда хочет и имеет время толковать с ребятами. Между тем общественное мнение, мнение детской организации имеет громадное значение. Мне рассказывала одна работница, жена старого партийца и сама партийка, что с ее сынишкой никакого сладу не было, что он парень отчаянный: говоришь ему, что пора идти ему спать, а он не обращает, внимания. Когда он стал пионером, он стал в девять часов ложиться спать. Она думала: что это значит, что его и уговаривать не приходится? Оказывается, пионерская организация постановила в девять часов ложиться спать. Таким образом, влияние детской организации является чрезвычайно сильным.
Сегодня мне из Наркомпроса прислали статью, которую я еще не успела просмотреть. Приложением к ней служат детские альбомчики с соответствующими картинками и стишками, которые в старое время писались в институтах: «Кто напишет больше меня…» и т. д. Это мещанские альбомчики «доброго старого времени». Нам необходимо иметь такое общественное мнение, чтобы такие явления в школе были невозможны. Сейчас в школах часто наблюдаются нездоровые явления, например, в отношениях между мальчиками и девочками, когда мальчики стараются досадить девчатам, девочки шушукаются между собой и т. д. Тут нам важно, чтобы у ребят складывалось здоровое, правильное общественное мнение, чтобы они делали так не только потому, что кто-то скажет, а важно выработать у них соответствующее убеждение.
Сейчас у нас идет очень много разговоров о сознательной дисциплине. Конечно, каждый пионер должен быть сознательным и дисциплинированным, но важно, чтобы это было не на словах, а на деле. Мне кажется, тут надо заинтересовать ребят с такой стороны. Если ребятам объяснить, как надо над собой работать, как надо вырабатывать характер, то таким путем можно подвинуть вперед это дело.
Тут опять-таки вспоминается детство. В раннем детстве, лет шести-семи, я начиталась сказок о каких-то медведях, которые приходили под окошко и спрашивали: «Кто на моей шкуре сидит, мою шерстку прядет?» и т. д. Там были нарисованы картинки, изображающие свирепого медведя. И вот, когда мне было уже лет двенадцать-тринадцать и я уже интересовалась такими вопросами, как революционное движение, жили мы в Ленинграде, на третьем этаже, никаких медведей там быть не могло — между тем, когда мне надо было пойти в темную комнату, я невольно посматривала в окошко. Наконец я возмутилась сама собой и нарочно стала заставлять себя ходить в темную комнату, пока не ликвидировала этот глупый страх.
Переживания детства часто остаются на всю жизнь. Надо заинтересовать ребят в том, чтобы каждый научился владеть собой. Есть даже такие игры, которые учат следить за собой. В прежнее время была игра, когда начинают смешить, а надо выдержать характер и не рассмеяться. Есть целый ряд игр, которые требуют самоконтроля. Я думаю, что сейчас можно сообща придумать очень много такого рода игр, которые по сути дела являются играми, вырабатывающими характер, вырабатывающими волю.
Посмотрите, что сейчас требует партия от каждого своего члена. Она требует очень большой воли, она никакой расхлябанности не допускает. Член партии должен уметь подчинять свою волю интересам целого не на словах, а на деле. Это не всегда бывает так просто и так легко, как это может показаться с первого взгляда. Для этого надо иметь большую сознательность и крепкую волю, и эту сознательную волю надо вырабатывать у пионеров. Но надо суметь подойти к пионерам, надо уметь увлечь их этим, заинтересовать. И тут, конечно, вам, вожатым, надо над этими вопросами подумать. Вы стоите ближе всего к ребятам, можете с самими ребятами потолковать и увлечь их этим. Это поможет очень сильно в выработке сознательной дисциплины.
Конечно, особенно надо вырабатывать характер на общественной работе. За последнее время у нас имеется такая беда. Года два-три тому назад у нас ребята были загружены общественной работой. Я была в 9-й пролетарской школе при отводе «Динамо». Встает девчурка-пионерка на стул и читает рапорт — сколько утильсырья собрано Школьниками. Но сколько же времени взял у ребят сбор утильсырья? Ведь надо в каждую квартиру зайти, объяснить, зачем пришли, надо растолковать, что это за утильсырье, и т. д. И так из вечера в вечер время уходит на утильсырье. Некогда ничего сделать, некогда позаниматься. А что это дети сами надумали утильсырье? Нет, учителя дали ребятам такую «нагрузку». Какая же это общественная работа? У пас и термин получился: не общественная работа, а нагрузка, А сколько таких нагрузок бывает? Не больше одной нагрузки. А если вдуматься, что это означает, то это означает, что, по существу, это было только выполнение известных указаний учителя или известных указаний вожатого, а ребятам часто не объясняли даже, зачем нужно это утильсырье. Общественная работа — та, когда ясно сознаешь, понимаешь, что непременно вот это надо сделать; и особенно, конечно, ценна такая общественная работа, где ребята сами проявляют инициативу: видят какой-нибудь непорядок — думают над тем, как исправить, и поправляют, видят, что плохо сделано, — борются с этим, добиваются улучшения, работают над улучшением дела. Вот, например, живут в жакте и видят какой-нибудь непорядок — соберутся пионеры жакта и обсуждают, как надо бороться с тем или другим непорядком. Вот это — общественная работа. Важно то, что делается по инициативе самих ребят, важно, чтобы ребята вглядывались в жизнь и смотрели, как эту жизнь надо переменить к лучшему. Вот это очень важная сторона общественной работы. Надо избегать массовых нагрузок, но совершенно необходимо, чтобы ребята вели общественную работу. Конечно, общественная работа не должна мешать учебе, не должна мешать тому, чтобы ребята занимались сами — и уроки учили, и в кружках работали. Но общественная работа чрезвычайно воспитывает. Владимир Ильич в 1917 г., перед Октябрем и в первое время после Октября, говоря о Советах, подчеркивал в своих статьях и в целом ряде выступлений, какое громадное значение имеют Советы тем, что втягивают членов Совета в общественную работу. Он уже тогда говорил о том, что важно к общественной работе привлекать ребят. В одном месте он говорил, что лет с четырнадцати, в другом месте есть указание, что с двенадцати лет ребята должны принимать участие в общественной работе. Этой общественной работе он придавал большое значение, потому что она воспитывает, она организует, научает действовать сообща. Он считал, что часто небольшая общественная работа, дружно, планово проведенная, имеет гораздо большее значение, чем посещение десятка собраний. И вот, мне кажется, вожатому пионерской организации надо обдумать очень серьезно, как вести общественную работу с ребятами так, чтобы она не загружала всего их времени, чтобы она не мешала, а помогала их учебе, чтобы она имела очень большое воспитательное значение. Часто бывает так: пришел пионер домой, на скорую руку поучил уроки, а потом идет в клуб, где сидит с 6 до 11 часов и все время играет. Все время у него уходит на игру, а на общественную работу ничего не остается. Никакой общественной работы нет, и нет думы о ней. Пионеры думают, как бы сходить в кино и т. д., а о том, как изменить окружающую жизнь, не думают. Они приучаются смотреть на безобразия, которые часто происходят вокруг них, равнодушно — не наше это дело. Поэтому особенно ценишь, когда слышишь, как пионеры протестуют против некоторых вещей. Вот бьет рабочий своего сынишку, а пионер говорит: «В Советской республике бить ребят нельзя», — и это несмотря на то, что взрослый может, рассердившись, и его хватить. Тут есть определенная убежденность, определенное мужество.