– Виктор Алексеевич, вы ведь такой крутой, а там, в кафешке, целыми вечерами торчите. И охрана у вас слабенькая. Если бы не я сегодня...
– Да, ты мне сегодня помог. Мои ребята, я имею в виду настоящую мою охрану, а не этих официантов, – он снова кивнул в сторону неудачников за соседним столиком, – к сожалению, были очень заняты, и со мной остались только эти двое. А все остальное... Как мне жить и как мне работать – мое дело, Александр.
Тебе не стоит пока этим интересоваться. Станешь исполнительным директором – сам поймешь.
Голос шефа звучал теперь совсем резко. Он, видимо, думал, что уже добился своего, и более не считал нужным искать к Банде какие-то особые подходы.
Вставая из-за стола, Виктор Алексеевич спросил:
– Так завтра точно придешь? Не передумаешь?
– Нет. Приду. Я же сказал.
– Ну-ну, – и шеф удалился, оставив Банду наедине со своими раздумьями и сомнениями.
И Сашка действительно не передумал...
Как только на следующий вечер Банда переступил порог ресторана, к нему тут же подошел довольно представительный парень в черном двубортном костюме и белоснежной рубашке с ярким шелковым галстуком.
– Ты – Бондарович?
– Я.
– Черный, – коротко представился парень, протягивая Сашке руку. – Хорошо, ты вовремя. Ребята все уже у Виктора Алексеевича, он ждет нас. Пошли.
Черный проведшего через кухню, а затем вверх по лестнице на второй этаж.
Здесь было тихо и спокойно – звуки музыки и ресторанного гула сюда не долетали. От лестницы шел длинный коридор, устланный толстой ковровой дорожкой. Десяток дверей по обе стороны его были плотно закрыты, и коридор был совершенно пуст. Лишь в дальнем конце его, у массивных двустворчатых дубовых дверей маячили двое парней. Их колючие взгляды, скользнувшие по Черному и ощупавшие Банду с головы до ног, и ужасно грозный вид. На сто процентов давали понять, что парни торчат в этом коридоре не просто так, от нечего делать.
Это были охранники Виктора Алексеевича, и притом охранники настоящие. Как потом узнал Банда, шеф не поскупился, уплатив за совершенствование подготовки каждого из них тысячу триста долларов на трехнедельных курсах телохранителей в специальной израильской школе.
– Это со мной, к шефу, – кивнул провожатый на Сашку. – Он ждет нас.
Банда даже поежился невольно, входя вслед за Черным в двери и чувствуя, как буравят его спину взгляды этих громил.
Они пошли через небольшую приемную с обязательной длинноногой и светловолосой секретаршей и еще двумя "гориллами" – охранниками и оказались в просторном кабинете, напоминавшем офисы солидных фирм, какие видел раньше Сашка в крутых американских фильмах, – огромный стол шефа с компьютером, кучей бумаг и телефонами, перпендикулярно ему – длинный стол для совещаний, за которым уже устроились восемь спортивного вида парней. Финская мебель черного цвета, горизонтальные жалюзи на окнах черные кожаные вращающиеся кресла и черное же ковровое покрытие пола – все создавало великолепный эффект мрачноватого комфорта и безусловной роскоши.
Виктор Алексеевич восседал во главе стола, и Байду сразу поразила перемена в облике этого человека теперь он уже не походил на того пугливого владельца кафешки, за которого вступился вчера Сайка. Здесь он был настоящий шеф – диктатор, монстр, босс, "глава семьи", если пользоваться терминологией итальянской мафии.
– А вот и они! – удовлетворенно воскликнул Виктор Алексеевич как только Банда с Черным переступили порог кабинета. – Прошу знакомиться – наш новый сотрудник. Это именно он в одиночку положил вчера вечером в моем кафе четверых мерзавцев Корявого.
– Троих, Виктор Алексеевич, не преувеличивайте, Одного – вы – попытался скромно возразите Банда, но шеф тут же резко оборвал его.
– А ты меня без спросу не перебивай, герой. От армейской дисциплины если отвык уже, то придется заново привыкать, Александр!
Виктор Алексеевич достал из верхнего ящика стола сигару и в полной тишине не торопясь раскурил ее. Сашка вдруг заметил, что в комнате курил исключительно шеф, и пепельницы на длинном столе были девственно чисты.
– Так вот. Александр согласился поработать в нашей "фирме". Пока, для начала, стажером... Вы, Черный, с ним уже успели познакомиться?
– Нет, только двумя словами перекинулись...
– Ну ладно, я сам вас представлю друг другу.
Черный, – он указал кончиком сигары на Сашкиного провожатого, – один из исполнительных директоров моей "фирмы". У него есть свой, строго определенный круг обязанностей и работ, выполнять которые ему помогает штат его сотрудников.
Тут шеф обвел взглядом парней, сидевших за столом, скромно потупив взоры.
– Нам будет полезно, – продолжал он, обращаясь к Черному, – чтобы Александр подробно ознакомился с работой вашего "филиала". И потому я хочу, чтобы он поучаствовал в вашей сегодняшней операции. Там, думаю, вы поближе и познакомитесь... Кстати, у вас все готово?
– Да, Виктор Алексеевич.
– "Пальма" работает?
– Да.
– Людей там много?
– Как обычно.
– Ничего подозрительного?
– Нет.
– Вы не засветились?
– Нет, совершенно посторонний пацан все проверял за пять баксов...
– Что ж, в добрый путь, как говорится в таких случаях! Желаю вам удачи!
Ребята тут же послушно встали из-за стола и направились к выходу.
– Александр, задержитесь на минуту. А ты, Черный, подожди его в приемной.
– Хорошо, Виктор Алексеевич, – покорно ответил начальник "филиала", закрывая за собой дверь.
Когда кабинет опустел, шеф жестом указал Банде на кресло напротив, приглашая присесть.
– Садись и послушай меня, пожалуйста. Я хочу тебе кое-что объяснить, ведь ты парень горячий...
Нет-нет, я знаю, что ты мужик толковый и все поймешь сам. Просто лучше будет, если я тебя сразу введу в курс дела. Он помолчал, пытливо рассматривая Банду и, видимо, удовлетворившись увиденным, продолжил:
– Вчерашний случай – не просто хулиганство, Саша. Некоторые нехорошие люди объявили мне войну, вторглись, так сказать, на чужую территорию. Да-да, Саша, у нас в бизнесе отношения, как между государствами – каждый контролирует свою территорию и соответственно охраняет ее. Вчера наши границы нарушили. Я теперь больше не могу заниматься своим кафе. Стало просто опасно, понимаешь? А раз я не в кафе – значит, мне придется теперь засвечиваться перед государством. Вот...