– Я хотел бы сделать заявление...
– Что вы скажете по этому поводу, сэр? – обращаясь к Полу, перебил его Мортон.
– Мы поспорили, – упрямо повторил тот. Однако выражение, с которым были произнесены эти слова, подсказывало констеблю, что это не вся правда.
– Должен сказать, сэр, что для таких споров вам следовало бы выбрать кого-то более соответствующего вам по возрасту и силе. А сейчас будет лучше, если вы пойдете со мной.
– Вы что, хотите дать ход сделанному против меня заявлению?
– У меня нет другого выхода, сэр. Идемте.
Донован, уже не протестуя, направился вслед за констеблем.
– А теперь, сэр, – начал Мортон так тихо, что только Пол мог его слышать, – вы объясните мне истинную причину, по которой пытались вытрясти душу из этого человека.
Он дружелюбно ухмыльнулся.
– Значит, вы все же не поверили его заявлению? – удивился Пол.
– Мне придется сделать формальный доклад, чтобы не дать ему возможности меня обвинить. Но без крайней необходимости я не стану давать ход этому делу.
– Почему?
– Вы не стали бы об этом спрашивать, сэр, если бы прожили здесь подольше. Кстати, где ваша подружка?
– Шейла? Из-за нее-то я и пытался прижать этого типа.
– А что, сэр, если я оставлю здесь свой велосипед, и мы немного проедемся в вашей машине? Там вы сможете рассказать мне всю историю, не опасаясь, что нас кто-то подслушает.
Шейла ожидала, что Донован вот-вот появится из подвала. Дверь представлялась ей пастью чудовища, только что проглотившего Пола.
Она вышла на улицу и огляделась. Вокруг было пусто. Ни людей, ни машин. Казалось, даже время остановилось. По небу ползли несколько белых облаков. Девушке казалось, что даже они кричат о надвигающейся опасности. Одинокая чайка, плавно скользившая в воздухе, вдруг резко повернула назад, словно и ее что-то напугало вблизи «Зеленого слона».
Как хотелось сейчас Шейле уметь летать, как эта птица! Она бы взмыла в небо и улетела отсюда, чтобы ничего больше не видеть и не слышать ни о «Зеленом слоне», ни о Картере, ни о Ночном Страннике. Чтобы не видеть больше угрожающую и влекущую пасть подвала. Она села в «Вольво» и представила, что с ней рядом Пол. Увидела даже лукавые морщинки вокруг его внимательных серых глаз, услышала дружелюбный, мужественный голос. Это немного успокоило девушку.
Несмотря на свою молодость, она уже знала многих мужчин и научилась разбираться в людях. В глубине души ее всегда тянуло к чему-то, что она и сама не вполне осознавала. Может быть, это была лишь мечта, стремление к чему-то неосуществимому? Но живым воплощением этой неясной мечты стал Донован. Только после того, как высокий американец исчез в подвале, Шейла почувствовала, как важно было для нее, чтобы он был рядом.
Взглянув на часы, девушка обнаружила, что просидела в автомобиле лишь пять минут. Однако она сразу вышла и решительно направилась к двери подвала. Наклонившись в темноту, позвала:
– Пол! Тишина, – Пол!
Снова никакого ответа.
«Подвал не может быть очень большим, – подумала она. – Он должен меня слышать».
– Пол! – крикнула она еще раз и осторожно опустилась на несколько ступенек.
Глаза ее начали привыкать к сумраку подвала. Но впереди она различала только полки, бутылки и бочки.
– Пол! – закричала Шейла отчаянно.
Она была уже недалека от истерики.
Бутылки смеялись над ней со своих полок. Мрачно ухмылялись бочки.
Шейла не почувствовала, как промчалась вверх по ступенькам и оказалась перед дверью. Внезапно на улице затормозил автомобиль.
На замершую девушку уставились удивленные глаза Вильяма Картера.
Для человека его возраста он действовал с поразительной быстротой. Казалось, машина еще не успела остановиться, когда он отшвырнул дверцу и в три шага подлетел к двери.
Шейла понимала, что на светлой улице у нее больше шансов, чем в мрачной темноте подвала. Но Картер уже преградил выход. Зловещая улыбка на его высохшем лице ясно говорила, что Шейла в его власти.
Девушка не знала, как спастись, но надеялась, что Пол здесь, в подвале. И она бросилась вниз по лестнице. Быстрым сильным движением Картер захлопнул дверь. Очутившись в полной темноте, Шейла вскрикнула. В следующее мгновение железная рука Картера схватила ее за руку и вывернула ее за спину.
– Однако, какая приятная неожиданность, моя дорогая!
Голос прозвучал, словно дыхание могилы.
– Оставьте меня! – возмущенно вскрикнула она.
– Ну, это уже совершенно не оригинальное замечание, – прошипел хозяин.
Шейла была напугана, как никогда. Полная темнота и боль от хватки Картера вызывали у нее примерна те же ощущения, которые вызывает тюремная камера у больного клаустрофобией. Только теперь она разглядела тусклую лампочку, свет которой с трудом пробивался через две полки.
Донована нигде не было.
Картер испытующе посмотрел в лицо девушки, словно пытаясь прочесть по нему, что она искала здесь, в погребе.
– Мне показалось, что я видел рядом автомобиль Донована, – холодно сказал он.
– Я попросила его напрокат, – соврала Шейла.
– Действительно? Он слишком доверчив. Машина стоит по меньшей мере две тысячи фунтов.
– Вам, конечно, непонятно, что такое доверие, – сказала пренебрежительно Шейла.
– Зато ты, наверное, знаешь об этом слишком хорошо.
Картер говорил с издевкой. Его хватка на мгновение ослабла, когда он увидел отверстие, в которое проник Донован.
– Кажется, муха исследует паутину. Или ты уже была здесь внизу?
– Может быть.
Он еще сильнее закрутил ей руку.
– А ну, выкладывай правду!
– Вы будете разочарованы.
Она быстро крутнулась на месте и почти освободилась. Но старик держал ее с силой, которую трудно было предположить в его хилом теле. Шейле казалось, что в ее руку мертвой хваткой вцепился утопающий. Его пальцы, узловатые и жесткие, как корни дуба, удерживали ее кисть прочно и безжалостно.
– Отпустите, вы делаете мне больно! – взмолилась она.
– Ничего страшного, моя дорогая. – Картер, казалось, потешался. – Пойдем туда, да?
И он толкнул девушку в черное зияющее отверстие.
– Куда вы меня тащите?
Несмотря на прирожденное мужество Шейлы, в ее голосе звучал страх.
– Мы с тобой немного прогуляемся. Это будет приятная прогулка в прохладной темноте.
Шейла с трудом узнавала его злобный шипящий голос. Казалось, Картер в «Зеленом слоне» и Картер здесь, в давящей темноте подвала, – это два совершенно разных человека. Что-то подсказывало ей, что сейчас хозяин сбросил маску и показал свое настоящее лицо. Действительность превосходила ее самые страшные опасения. Здесь, в темноте, в нем не осталось ничего человеческого.
Хотя Шейла изо всех сил сопротивлялась, Картер вытолкнул ее через лаз вперед. Ход сворачивал вправо и через некоторое время еще раз под острым углом вправо. Здесь Картер остановился и взял со стены старый факел. Она догадалась об этом только тогда, когда услышала чирканье спички. Хватка на ее руке не ослабевала ни на мгновенье, и Шейла удивилась, как он умудрился зажечь спичку одной рукой.
Когда желтое колеблющееся пламя факела осветило коридор, в девушке, несмотря на ужас положения, пробудилось любопытство. Ход был очень старым. Он был сложен из красных и желтых кирпичей, среди которых попадались булыжники, видимо, еще римского происхождения. Справа и слева зияли черные дыры боковых ответвлений.
По коже Шейлы побежали мурашки. Как ни велик был ее страх перед Картером, она понимала, что одной здесь было бы еще страшнее.
Мысли ее вернулись к Полу. Что могло с ним случиться? Когда она с Картером спустилась в подвал, дверь в эти коридоры была открыта, а лампочка горела. Что, если Пол случайно открыл механизм потайной двери? Она попыталась представить себе его реакцию. Хотя они были знакомы совсем недавно, ей казалось, что она знает Донована, как себя, может точно предсказать, как он поведет себя в той или иной ситуации.