— У него даже больше причин, чем ты думаешь, отец, — сказал Тамрин. — Это главное, что я хотел сказать тебе. Орас Темплен встречался с агинаррийским послом и вел тайные переговоры. Мне удалось узнать, что Темплен заключил сделку с северянами и обещал отдать им Тэй Анг.
— Что? — Велизар резко развернулся к сыну. — Это невозможно. Прайм-канселиор не вправе заключать соглашения без дозволения Императора!
— Видимо, — сухо сказал Тамрин, — он начал об этом забывать.
Отец поджал губы. Его глаза гневно блеснули.
— В последнее время прайм-канселиор, действительно, позволяет себе слишком многое, — процедил он. — Я готов признать, что он неплохо управляется с повседневной рутиной, но если ты прав, он перегнул палку! Откуда у тебя такие сведения?
— Секретной службе наконец-то удалось внедрить в его окружение надежного информатора, — в подробности Тамрин вдаваться не стал. — Тот и сообщил о существовании договора.
— Доказательства есть?
— Помимо свидетельства нашего человека, нет, — признал Тамрин. — Но над этим работают. Секретная служба подключила к делу лучших людей.
Велизар остановился, заложил руки за спину, и некоторое время молчал. Тамрин тоже ничего не говорил. Он видел злость на лице отца. Тот, разумеется, не мог простить прайм-канселиору столь откровенное пренебрежение властью самого Велизара. По законам Ксаль-Риума, Император все еще оставался верховным правителем; заключая подобную сделку, Темплен бросал вызов самому Велизару Третьему. И Император все еще был вправе отправить прайм-канселиора в отставку единым росчерком, не спрашивая согласия ни у сенаторов, ни у элигендов.
— Пусть продолжают работу, — сказал, наконец, Велизар.
— И если факты подтвердятся? — Тамрин смотрел отца в глаза.
Тот сжал кулаки и перевел дух.
— Если подтвердятся, придется напомнить прайм-канселиору, что он пока еще не Император.
ГЛАВА 18
Фионелла с досадой посмотрела на свое отражение в маленьком мутном зеркальце. Н-да, сейчас она определенно выглядит не лучшим образом. После всех пережитых малоприятных «приключений» она заметно осунулась, и глаза казались неестественно большими и запавшими на тонком лице. Вдобавок, пришлось распрощаться с длинными волосами, которыми Фио весьма гордилась. Волосы ей обрезали до плеч, и одевалась Фио в широкополую соломенную шляпа, просторную черную рубаху, широкие штаны и плетеные сандалии: так ходило большинство местных женщин-простолюдинок. Если не всматриваться внимательно, теперь Фионелла вполне могла сойти за одну из них: у нее, как и у большинства анадриэлек, были темно-карие, почти черные глаза, черные волосы и смуглая кожа. Дженгцы выглядели похоже, хотя уступали анадриэльцам ростом. Тем не менее, в этой одежде и с обрезанными волосами она вполне могла сойти за местную, а шляпа неплохо скрывала черты лица.
С того момента, как, покинув особняк Чаори Кая, Фио и ее сопровождающие прибыли в городок Шаэми, южнее Файинга, она редко показывалась на улице. Майор Ован поселил ее и Дейсела в небольшом домике на окраине города, и больше Фионелла его не видела. Они с Дейселом остались предоставлены сами себе, Ован оставил им некоторое количество местных денег. Дейсел, разумеется, тоже замаскировался под местного жителя, благо, гайонцы — низкорослые и смуглые — напоминали дженгцев даже больше, чем анадриэльцы. Мужчина время от времени выбирался в город на разведку, Фионелла предпочитала не рисковать, ведь она даже не умела говорить на здешнем языке. По местным меркам Шаэми был довольно крупным городом — больше пятидесяти тысяч жителей. В основном, они работали в близлежащих шахтах, где добывалась оловянная руда, кое-кто занимался рыболовством. Через Шаэми проходила железная дорога и имелся свой порт. Как и Файинг, город выглядел сравнительно неплохо: в период гражданской войны между свободниками и Военным Правительством, до него бои не дошли.
Сейчас Фио сидела у окна, подперев подбородок кулаком, и слушала перебранку женщин на улице. Дюжина баб — от седых старух до юных девушек — собралась в торце улицы возле разорванного мешка, из которого высыпались зерна заргу, и увлеченно орали друг на дружку, размахивая руками. Шум стоял такой, что заглушил бы артиллерийскую канонаду. К месту перепалки уже подтягивались зеваки. Стекла в окне не было, только плетеная циновка вместо занавески, и с улицы доносился мерзкий гнилостный запах. Фио вздохнула: с санитарией здесь дела обстояли не лучше, чем в низших ярусах Файинга. Агинаррийцы пригнали военнопленных-свободников и заставили их вычищать город от разлагающихся отходов; время от времени Фио замечала людей с тачками и тележками, работавших под присмотром местных солдат.
Побег от Чаори Кая прошел гладко, даже подозрительно гладко, и Фионелла была счастлива оказаться подальше от генерала с его «предложениями». Халупа в провонявшем насквозь бедняцком квартале была ей больше по вкусу, чем апартаменты во дворце Кая, но как долго удастся скрываться? Несомненно, о побеге генералу уже известно, и их с Дейселом ищут. Как скоро найдут? Пока что в Шаэми казалось тихо, но тревога Фионеллы не проходила. Чем скорее она выберется с Тэй Дженга, тем лучше. Дейсел говорил ей, что имеет контакты с надежными людьми, но в подробности не вдавался. Даэмогос бы побрал всю эту секретность!
Наконец-то она дождалась Дейсела, который еще с утра исчез в городе. Гайонец вернулся с корзиной, полной надоевшего заргу и местных овощей: поскольку он говорил по-дженгски, ходить за припасами приходилось тоже ему, а на долю Фионеллы выпала готовка. Не то, чтобы она была против, готовить она умела, благо, все же была наполовину анадриэлькой. Но с каждым днем нетерпение нарастало, а Дейсел говорил слишком мало, чтобы утолить ее любопытство.
— Ну и что? — не удержавшись, очередной раз спросила она.
Мужчина повернулся к ней и кивнул:
— Все хорошо. Я договорился с нужным человеком, — сказал он, и анадриэлька не удержалась от вздоха облегчения:
— Наконец-то!
— Все это было не так просто, — заметил гайонец. — Нужен был корабль, теперь он есть. Капитан — надежный человек, иногда доставляет ценные грузы для наших друзей, — про секретную службу или Ксаль-Риум он не упоминал ни словом даже здесь, наедине. — Мы выберемся из города на рыбачьей лодке, корабль будет ждать неподалеку от побережья.
— Хвала Творцу и пророкам его! — выдохнула Фио. — Я уж боялась, что застряну здесь навечно. Даже странно, что нас до сих пор не нашли.
— Чаори Кай и его ищейки стеснены в средствах, — возразил Дейсел. — Ведь формально он ничего не знает о нас, значит, и объявить о нашем побеге во всеуслышанье не может. Мы все еще подданные Ксаль-Риума, и Кай не захочет портить из-за нас отношения с Империей, — впервые за все время гайонец так разоткровенничался. — Поэтому он не может устроить настоящую облаву и вынужден действовать тихо.
— Но ведь он ищет нас?
— Наверняка, поэтому время терять действительно неразумно.
Фио кивнула и задумчиво прищурила глаза.
— Я все время вспоминаю про тот храм, Дейсел… По-моему, агинаррийцы знали о нем заранее. Не случайно они спрашивали нас. Они знали, что там скрыто!
— Да, выглядит все именно так. Я даже удивлен, что они позволили Чаори Каю забрать нас. Похоже, этот храм… то, что под ним, очень нужно северянам. И они хотели сохранить секретность.
— Блестяще! — буркнула Фионелла. — Значит, еще и они за нами охотятся!
— Если Чаори Кай признался им, что упустил нас, то да. Он мог и не признаться. Ему-то нужны были вовсе не секреты, а… — Дейсел неловко кашлянул.
— О, можешь не смущаться, — процедила анадриэлька сквозь зубы. — Генерал очень ясно дал понять, что ему нужно, — она тихо вздохнула. — Ладно, не стоит об этом, наверное, нам повезло, что его настолько обуяла похоть. От агинаррийцев мы бы так легко не сбежали, верно?
Дейсел не ответил.