– Это бывает, яд дракона очень неприятный. На самом деле, мы не думали, что кому-то может стать плохо. Так что в комнате вас ждет небольшая компенсация – так сказать, для лучшего восстановления сил.
А вот это уже было интересно. Если компенсация съедобная – всех прощу и отпущу. Есть хотелось неимоверно.
Лунный свет – была уже глубокая ночь – проникал через высокие окна в коридорах замка. Дианар помогал мне своеобразно – шел чуть позади с гордым видом. Артур отправился спать, не принцево дело – конкурсантку в башню тащить. Ну а я ковыляла, как смертельно раненый солдат и мысленно проклинала все, начиная от стихий и заканчивая дурацкими драконами.
– А как прошло испытание? - спросила я.
– Все расскажут утром, за завтраком.
Тут-то я и похолодела – хуже меня вряд ли кто-то справился! А значит, сегодня меня выгонят с отбора. Хоть Баллард и обещал помочь, но что он мог сделать против обморока? Даже всесильный бог бы не заставил меня очнуться и улететь на драконе в закат.
Настроение резко ухудшилось. В груди появилась мерзкая, хорошо знакомая тревога. Я кое-как доковыляла до башни и, не обращая внимание на Дианара, поползла по лестнице вверх. Подниматься было трудно и больно, к концу пролета я вся вспотела и задолбалась. Когда ввалилась в комнату, ко мне тут же кинулся Эська.
– Ты где была?! Я тут извелся!
– Поцарапалась драконом, лежала в лазарете. Вон, видишь, костыли дали.
– Бедная-я-я! Сильно больно?
– Терпимо. Принц обещал компенсацию, чего принесли?
– Ой! Там столько вку-у-усного! Но я не трогал... волновался.
– Ну, - улыбнулась я, – теперь беги и ешь все, что видишь. Раз «сто-о-олько».
О том, что Эська последовал совету, возвестил топот. Я вскоре тоже доковыляла до спальни, а там на тумбочке стоял поднос с бокалом вина, огромной сырной нарезкой, фруктами, сырокопченым мясом и орехами.
– Ого, и впрямь, компенсация.
Я села прямо на кровать, чтобы не сгибать больную ногу и с удовольствием выпила вина. Эська объедался рядом, а потом билементаль сунул мордочку в бокал.
– А чуть-чуть можно? - спросил он.
И как отказать ящеру, когда он смотрит честными, жалобными и красивущими глазами? Я отлила ему немного вина в блюдце, и он с удовольствием приложился.
– Хорошо-о-о. То есть то, что ты сломала ногу – плохо, но все равно хорошо-о-о.
– Я не ломала ногу. Но вот испытание, похоже, провалила. Завтра утром расскажут.
– Несправедливо! Ты не виновата, что упала в обморок, а дракон набросился.
– Но я не выполнила условие конкурса. Боюсь, что завтра утром мы с тобой попрощаемся.
В порыве чувств Эська залез ко мне на колени и свернулся там клубочком.
– Не хочу-у-у прощаться. Ты единственная, кто обо мне заботится.
– Анна тоже будет, она обещала. И она хорошая.
– Хорошая, - согласился билементаль. – Но ты – вне конкуренции!
Хоть кто-то в этом мире считал меня другом. А не соискательницей императорского геморроя и не шпионкой хвостатой заразы. К слову о заразе – я с затаенным страхом думала о реакции Балларда на проваленное испытание. Неужели он выполнит угрозу и не отпустит меня домой в отместку за испорченное задание?
Не знаю, чего я больше боялась – остаться здесь в одиночестве, или понять, что Баллард вовсе не такой приятный, каким вдруг начал казаться.
Объевшиеся и немного пьяные, мы валялись на кровати, коротая остаток ночи. Надо было поспать, но мне не хотелось уснуть, чтобы через три часа служанка разбудила к завтраку. Даже во время жестких сессий мне было проще не спать совсем, чем встать разбитой после короткого сна.
Но мысли – тяжелые и непростые, боль в ноге – ноющая на краешке сознания и жалость от расставания с Эськой, победили, и я задремала. Снилось что-то хорошее, похожее на море. Я чувствовала ласковое прикосновение воды к руке, прохладу на ладони. Провела рукой по кристально чистой поверхности и в ответ море зашумело. Рукой я зачерпнула белоснежный песок и сжала в кулаке, чтобы посмотреть, как блестящие песчинки сочатся между пальцев. И тут...
– Ну ай! Сначала кусаешься, теперь на кулак намотала!
С морем голос Балларда никак не вязался, так что я открыла глаза.
– Отпусти хвост! – потребовали с меня.
Наслаждаясь морем во сне, в реальности я вцепилась в богов хвост мертвой хваткой, даже кисточка безжизненно повисла.
– Главное, - на полном серьезе и очень обиженно сказал мужчина, – сначала погладила, усыпила бдительность. А потом ка-а-ак цапнешь!
– Я не специально, я думала, это – море.
– Ну да, очень похоже.
Мы замерли, уставившись друг на друга. В воздухе висело что-то странное, будто невысказанное рвалось наружу.
– Я провалила испытание.
Сказала и аж дыхание задержала в ожидании, когда Баллард разозлится.
– Почему? - спросил он.
– Упала в обморок и дракон... - беспомощно кивнула на ногу. - Не знаю, как справились другие, но вряд ли кто-то был хуже меня. Извини.
Бог нахмурился.
– Тебе точно сказали, что ты провалилась?
– Нет, но это очевидно. Я даже к дракону не подошла, а нужно было взлететь. Прости, я не хотела тебя подвести.
– Правда?
Задумалась и поняла – правда. Знакомство с Баллардом не задалось с самого начала, он втянул меня в какую-то опасную игру. Но я чувствовала, что его цели куда благороднее императорских. И действительно искренне сожалела, если из-за моего провала Баллард оказался на грани провала.
Но почему-то бог вел себя не так, как полагалось разгневанному демиургу. Он словно что-то не понимал и пытался выяснить.
– Почему ты боишься?
Я встрепенулась – он ещё и эмоции читает? Или у меня настолько выразительное лицо?
– Я думала, ты разозлишься, когда узнаешь, что я провалилась. И... накажешь.
– Ваши мужчины так делают?
– Нет, я не знаю... не все, наверное.
– Тогда с чего ты взяла, что я тебя накажу?
Я отчаянно, против собственной воли, залилась краской! Если бы не нога – уползла бы под кровать и там сдохла от стыда.
– Ты говорил... при самой первой встрече, что если я не буду тебе рассказывать, что происходит на отборе, то не вернусь домой.
– Я думал, наши отношения немного изменились.
– Я не знаю... я ничего не знаю об этом мире. Он враждебный, странный, мы сидим взаперти в этом замке. Император меня пугает, Артур... его я не понимаю, а ты вообще действуешь с непонятными целями, и...
Мой поток сознания был прерван Баллардом, который вдруг наклонился и меня поцеловал. Я растерялась, почувствовав теплое прикосновение чужих губ. Волнующее, терпкое, неправильное, но заставляющее все внутри сжиматься в сладком предвкушении чего-то большего.
Хвост скользнул по коленке здоровой ноги, коснулся внутренней стороны и осторожно погладил, вызывав дрожь.
Бабах! Сбоку что-то грохнулось. Мы отпрянули друг от друга и уставились на Эську, который случайно уронил с тумбочки поднос с остатком нашего пиршества. Ящер и раньше был задорного красного цвета, но сейчас он стал буквально малиновым и очень ярким.
– Простите, – пискнул он. – Я случайно.
– Пошли, - скомандовал Баллард.
– Куда?
– Гулять. Я тебе кое-что покажу. Все равно скоро завтрак, вас наверняка опять соберут с принцем. Бери свои костыли и пойдем.
– А мне, кажется, заперли. – Я вспомнила, что вроде за мной щелкнул замок.
Баллард только отмахнулся. И впрямь, чего это я – разве для бога существуют преграды?
– А если нас заметят?
– Идем уже! Вечно у тебя море вопросов.
Пришлось встать и взять костыли.
– А я-а-а?! – жалобно протянул Эська. - Возьмите меня!
– Опасно, Эсь... - начала было я.
Но Баллард пожал плечами и пустил Эську в карман пиджака. Билементаль поместился там не полностью – голова торчала наружу, но при необходимости мог свернуться клубочком. Жаль только Баллард клубочком свернуться не мог – если нас кто-то заметит, пиши пропало.
Мы шли медленно из-за моей ноги. Лестницу, ведущую из башни, преодолели легко, затем долго шли по пустому коридору. В итоге вышли ко внутренней лестнице на первый этаж. Она была круче предыдущих, и я замешкалась, остановившись перед ступеньками.