Окольцованной чайке посчастливилось разыскать нескольких окоченевших от бескормицы и холода грачей. Полузанесенные снегом трупы поддержали силы оставшихся птиц.
Чайка с кольцом благополучно перенесла зимние невзгоды. Она посетила ряд приморских стран, почти достигла Малой Азии, и весной опять вернулась к месту прошлогоднего гнездовья с остальной колонией чаек…
А дальше?
В Ленинградском музее, в коллекции птиц Приазовья под № 127 каталога отмечен экземпляр чайки. Этикетка гласит: «Найдена мертвой среди ракушняка на солонцах лимана, в 45 километрах к северо-востоку от маяка. В зимнем оперении. Дата: 7/ХI».
На лапке с отмороженным пальцем имеется алюминиевое кольцо № 4702 «Б». При каких условиях птица погибла, осталось невыясненным, так как всякие следы насильственной смерти отсутствовали…
![Всемирный следопыт, 1928 № 07 i_033.png](https://litlife.club/books/296014/read/images/i_033.png)
КРОКОДИЛЫ-ЛЮДОЕДЫ
Колониальный рассказ Шелланда Брэдли
Только два дня назад я принял управление областью. Передо мной лежит целая страница прошлогодних цифр, как бы взывающая ко мне пустым местом в конце удостоверить их правдивость. Все долгие часы после жаркого полудня я боролся с этими цифрами, прекрасно сознавая, что нет никакой возможности убедиться в их правильности. Единственное, что мне оставалось сделать, — это поставить свою подпись и положиться на счастливый случай.
В ту минуту, когда я собирался подписать бумагу, делавшую меня ответственным за много сотен тысяч рупий[45]), появился конторщик Хэд Клерк.
Небольшого роста, тщедушный, очень бледный и болезненный, Хэд Клерк имел умное и выразительное лицо. Он знал наизусть все пункты любого закона и больше всего любил цитировать их полностью. Он был неоценимым сокровищем, но в то же время самым нудным человеком.
— Сэр, — сказал он торжественно, смотря на меня поверх своих золотых очков, в то время как я окинул его недовольным взглядом, — речь идет о вознаграждении за убитого крокодила…
Я отложил в сторону ручку. «Крокодил» звучал гораздо интереснее, чем «цифры».
— Разве за крокодила выдается вознаграждение? — спросил я, будучи совершенным невеждой в подобных делах. Я принял управление областью только два дня назад, а в той области, которою» управлял раньше, крокодилов не водилось.
— Что касается награды, то она выдается во всех случаях, — провозгласил Хэд Клерк, как всегда, медленно вдумываясь в слова и развязывая красную тесьму, которой были стянуты бумаги. — Единственный вопрос, который вы должны разрешить, — это размер вознаграждения…
Я занимался многими делами в течение своего пятилетнего пребывания в Индии, но мне никогда не приходилось решать вопроса о качествах или недостатках крокодила. Я высказался в том» смысле, что, прежде чем вдаваться в дальнейшее обсуждение вопроса, недурно было бы осмотреть спорный предмет.
— Он ожидает вашего осмотра, сэр на веранде дома, — ответил Хэд Клерк и мы тотчас же отправились на исследование.
На Востоке толпа собирается очень быстро, и во дворе уже виднелось море человеческих голов. Каждый старался проложить себе дорогу и посмотреть хотя бы одним глазком на огромное чудовище, которое лежало на ступеньках веранды. Оно было длиною в четыре с лишним метра. Возле крокодила стоял гордый шикари[46]) — герой сегодняшнего дня, убивший крокодила из допотопного ружья, которое являлось более опасным для самого стрелка, чем для намеченной жертвы.
Впервые я видел так близко крокодила, и его ужасное уродство восхитило меня, так же как, повидимому, приводило в восторг толпу туземцев. Огромная пасть была широко открыта и в таком положении удерживалась вставленной в виде подпорки палкой, напоминая положение, которое крокодил принимал много раз в жизни, когда готовился схватить намеченную жертву, наводя на нее безумный ужас и сознание полной беспомощности. Своим огромным грязно-коричневым телом, с короткими растопыренными лапами и длинным зловещим хвостом, крокодил вызывал отвращение. Желто-бледная кожа, покрывавшая нижнюю часть его туловища от шеи до хвоста (которая при хорошей выделке дает такую прекрасную, известную под названием «крокодиловой» кожу), дополняла его отвратительный вид.
— Сэр, — послышался около меня голос Хэда Клерка, — размер награды всецело зависит от вашего решения, — до пятидесяти рупий включительно.
— Не правда ли, это самый большой крокодил, какие только могут быть? — спросил я, чувствуя, что большего чудовища невозможно было вообразить, за исключением тех, которых показывают в музеях доисторических животных.
— Сэр, — быстро ответил Хэд Клерк с оттенком небольшого упрека в голосе, — награда дается независимо от величины крокодила. Вопрос, который вы должны разрешить, касается следующего: кто был этот крокодил — людоед или просто употребляющий человеческое мясо?
На мгновение я смутился. Состоя в качестве должностного лица в Индии, я неоднократно сталкивался со странными вещами, но никогда мне не приходилось разрешать вопроса о том, был ли данный крокодил людоедом. Еще труднее было установить разницу между крокодилом-людоедом и таким, который только употребляет человеческое мясо.
— Людоед — или просто употребляющий человеческое мясо? — спросил я, чувствуя, что, в сущности, оба понятия означают одно и то же. — Какая же разница между этими понятиями?
Хэд Клерк на минуту задумался, потом с обычным апломбом заявил:
— Существует большая разница, сэр. Людоед — это тот, который ест людей как правило. Просто же употребляющим. человеческое мясо считается такой крокодил, который ест людей очень редко, при случае.
Я улыбнулся про себя, так как начинал понимать в чем дело. Крокодил-людоед преднамеренно выискивает людей. Крокодил же, «просто употребляющий человеческое мясо», не отказывается от него, если последнее случайно подвернется. Но к какому сорту принадлежал данный крокодил? Я обратился за помощью к Хэду Клерку.
— Содержимое его желудка будет служить неопровержимым доказательством, — сказал он. — Необходимо его вскрыть.
Я почувствовал облегчение, узнав, что мое присутствие не требовалось при вскрытии. Все, что требовалось от меня, — это записка к фельдшеру.
Полчаса спустя я получил следующую записку от фельдшера:
Уважаемый сэр:
Имею честь сообщить вам о содержимом крокодила, любезно мне присланного: один женский череп, сильно исковерканный, другой — маленький, в полной сохранности (возможно, ребенка женского пола), одна женская берцовая кость, два маленьких серебряных украшения и один браслет, принадлежавшие или женщине или ребенку, и очень много человеческих волос, без сомнения, женских.
Содержимое желудка показалось мне явной уликой против крокодила. Вряд ли он мог проглотить все это случайно. Хэд Клерк, думал, однако, иначе..
— Содержимое неубедительно. Мы находили очень часто гораздо больше, — сказал он, пробегая глазами список найденных человеческих остатков. — Кроме того, — добавил он, — внутри его ничего не было найдено, принадлежавшего мужчине. Практика говорит, что полная награда в пятьдесят рупий выдается только тогда, когда обнаруживают наличие мужских остатков, меньшая награда — за женские остатки, и еще меньшая — за детские…
Я внутренне усмехнулся этому подразделению. Женщины в Индии, увы, еще до сих пор не имеют равных прав с мужчинами, даже тогда, когда их съедает крокодил!
Я предложил награду в 40 рупий. Хэд Клерк считал эту сумму слишком большой, но я твердо стоял на своем.
— Я считаю очевидным, — сказал я, имея непреодолимое желание подражать его манере говорить, — тот факт, что этот крокодил, без всякого сомнения, усвоил себе очень скверные привычки. Начав с женщин и детей, он получил возможность войти во вкус человеческого мяса, что впоследствии сделало бы из него настоящего людоеда. Поэтому я назначаю награду в сорок рупий.