На это лорд Амбершильд ответил ещё одним коротким кивком.
— Передай мою благодарность, добрый глашатай, - холодно сказал он и захлопнул дверь перед носом Дарка Драгонета.
Глашатай пожал плечами и развернулся, махнув пурпурным драконам, чтобы те следовали за ним. Мгновение спустя люди Короны уже спешили прочь, чтобы прочитать то же объявление перед новой аудиторией.
Бледной дымкой повиснув в воздухе над дверью в Зал Амбершильдов, Мэншун злорадствовал.
— Обарскиры последней отчаянной хваткой цепляются за Драконий Трон, - прошептал он сам себе. - И их руки соскальзывают. Вскоре воспрянет моя империя.
![Эльминстер в ярости subtitle.jpg](https://litlife.club/books/295658/read/images/subtitle.jpg)
— Глеммераивский суп, - с гордостью провозгласила леди Марантина Делькасл, поставив между ними дымящуюся супницу.
Поймав взгляд сына, она резко добавила:
— Да, я приготовила его сама. Глеммераив я не ловила — ловля сетями морских черепах не входит в список моих умений — но сделала всё остальное. И земляного гаранта я тоже поймала в силки сама.
Арклет наградил её широкой, восхищённой и искренней улыбкой.
Ещё мгновение она с подозрением смотрела в его глаза, затем расслабилась и улыбнулась сама, плавным движением ловко сняв крышку с супницы, чтобы не позволить каплям влаги пролиться на стол, и потянулась за черпаком.
Мать Арклета не только пригласила Шторм и Амарун на поздний ужин в особняке Делькаслов, надеясь услышать всё о происходящем при дворе, она также прогнала всех слуг, чтобы «держать подальше чужие уши», и подавала блюда сама.
Арклет явным образом был потрясён, но осторожно воздерживался от любых комментариев о том, насколько хорошо его властная драконица-мать справлялась с обязанностями прислуги. Леди Делькасл была не менее ловкой и внимательной, чем любая плавно скользящая по полу служанка — и намного, намного более вежливой, чем обычно. И терпеливой.
Хотя она заявила, что хочет услышать последние придворные новости, болтовню о будущем Кормира и узнать, что говорят и делают различные лорды, Марантина Делькасл до сих пор не попыталась заставить гостей сплетничать. Обычно она набрасывалась на каждое произнесённое слово, с жестоким энтузиазмом безостановочно обхаживая собеседников или угрожая им, как будто в безумной спешке вытащить из них новое сочное откровение.
Увидев, что её улыбка становится всё более и более вымученной, Арклет пожалел мать. Служанку она изображала идеально, но кто знает, когда именно ожидание окажется для неё слишком долгим и мать взорвётся?
— Уверен, что визит глашатая стал настоящей неожиданностью, матушка, - вежливо сказал он, подливая всем вина, прежде чем это успела сделать она. - Ты наверняка хочешь узнать о том, что мы видели и слышали в городе и окрестностях, не так ли?
— В самом деле, - благодарно отозвалась леди Делькасл. - Мне… не терпится узнать о сплетнях, которые могли достичь ваших ушей. О том, какие лорды подчиняются королю и поддерживают его, какие партии в открытую заявляют о неподчинении, кто какую позицию занял. Сделал ли уже король из кого-нибудь жестокий пример для остальных? Я…
Она резко захлопнула рот, яростно затрясла головой и снова улыбнулась.
— Прошу прощения, я опять начала тараторить без умолку.
Она бросила взгляд на сына и сухо добавила:
— Да, дорогой, я готова была взорваться. Твоё возрастающее опасение было слишком очевидным.
— Ваш глеммераив, - произнесла Шторм с ложкой в руке, - просто восхитителен.
— Спасибо, - с искренним удовольствием отозвалась Марантина Делькасл, взявшись за собственную ложку. - Вам понравилась нотка горчицы?
— Горчица и… дэрадорнское вино… потомившееся на медленном огне, прежде чем вы добавили бульон гаранта, - медленно сказала Шторм, дегустируя последнюю ложку. - Прекрасная готовка.
— Лучший суп, что я когда-либо пробовала, - тихо добавила Амарун. - Хотела бы я уметь так готовить.
Леди Делькасл просияла.
— Ты научишься, Рун, ты научишься. Признаю, в последнее время я слишком редко появляюсь на кухне, но…
Она прервала себя, рубанув воздух ладонью, как топором палача.
— Позже. Сначала сплетни!
Шторм почти сумела подавить весёлое фырканье, из-за чего Арклет торопливо сказал:
— Что ж, матушка, королевство по-прежнему лихорадит — правда, это не такие уж и свежие новости. Наиболее преданные лорды, те, что помудрее, как Спурбрайт и Вивернспур, всеми доступными способами пытаются успокоить страну — и пытаются заставить самых горячих голов вернуться из Сюзейла обратно в их семейные крепости до того, как начнутся неприятности. А такие, как леди Харвендур и леди Донингдаун, тем временем расплёскивают свой обычный словесный яд, распространяя злобные сплетни и настраивая друг против друга как можно больше лордов и леди. Целый городской гарнизон пурпурных драконов патрулирует улицы, постоянно сменяя друг друга…
— Толпами, а не патрулями, - пробормотала Шторм.
— Да, толпами, чтобы не позволить телохранителям лордов сражаться друг с другом. Если кто-нибудь получает кулак в лицо, драконы появляются раньше, чем раздаются первые крики. Корона пытается сдержать любые беспорядки.
— Среди всё нарастающего потока жалоб благородных лордов на злоупотребления солдатами властью против невиновных и преданных граждан, как я подозреваю, - сухо сказала леди Делькасл.
— Ну конечно. Но законные жалобы тоже были.
— О? Например?
— Ну, к примеру жалоба о неспособности Короны, хм, «искоренить или по меньшей мере приструнить» банды разбойников, чьи набеги на северо-восточных границах королевства становятся всё более дерзкими.
— Обычные орки и головорезы к северу от Хуллака? Воспользовались всем этим шумом и тем, что лорды собрались в Сюзейле на совет?
— Вроде того, но некоторые набеги действительно были наглее обычного. Звери Броудшильда, к примеру, нападали на города — и не только ночью, чтобы…
Он замолчал, когда рядом напряглась Шторм, а выражение лица матери изменилось. Проследив за её взглядом, Арклет бросил быстрый взгляд через плечо.
В комнату без объявления и без сопровождения слуг вошли три молчаливых гостя в длинных, тёмных плащах. Их капюшоны были подняты, скрывая лица, а руки — и любое оружие, которое они могли сжимать — прятались в длинных, просторных рукавах.
— Да хранят нас пурпурные драконы! - воскликнула леди Делькасл, скорее, удивлённая, чем напуганная. - К нам вторглись!
Она повернула покорно засиявшее кольцо на своей левой руке, а потом поднялась на ноги, чтобы воскликнуть:
— Стойте! Стойте и покажите себя!
Арклет уже вскочил с кресла и его меч выскользнул из ножен.
— Уберите сталь в присутствии короля! - рявкнул ему тот, что был пониже, пошире — и стоял поближе.
Арклет узнал этот голос даже раньше, чем его обладательница откинула капюшон: боевая волшебница Глатра Баркантл. Остальные двое сняли капюшоны не так быстро, оказавшись королевским магом Ганрахастом и… королём Форилом Обарскиром, Драконом Кормира.
Арклет глубоко поклонился королю, и Амарун быстро поднялась на ноги, чтобы отодвинуть кресло, освободить место и преклонить колени. Шторм вставать не стала, но улыбнулась и кивнула стареющему монарху в знак безмолвного дружеского приветствия — а Марантина Делькасл одарила его своим лучшим гневным взглядом.
Не обращая внимания на жезл в руке Глатры, который нацелился на неё, матриарх семьи Делькасл процедила:
— Есть ли какая-нибудь причина для этого нежеланного и необъявленного вторжения в мой дом? Неужели Кормир настолько низко пал, что больше не требуется просить приглашения, посылая сначала герольдов, чтобы просить оказать вам честь, согласившись на встречу? Неужели королевство вступило в войну? Или вы просто совсем забыли подобающие манеры и права граждан — те самые права, о которых вы трубите день и ночь, швыряя их в лицо любому высокорожденному?
— Матушка, - произнёс Арклет.
Леди Делькасл повернулась к нему.