Пусть Майкла и старались лечить, адаптировать, но он всё равно не признавал никого, кроме своего старшего брата, кроме Блейда. Он практически не разговаривал с другими людьми даже, если к нему обращались. Даже родители мальчика испытывали огромные трудности во взаимодействии с ним. В конце концов, отец братьев смирился с тем, что один из его сыновей - особенный и таковым и останется, как говорится, махнул на это дело рукой, продолжая его любить, но не надеясь на то, что он сможет измениться. И только один Блейд всегда носился с братом, всегда верил в него, всегда старался вывести его на новый уровень. Удивительно, как ребёнок может всё это понимать, как он может носиться со своим странным и не таким братом, но Блейд делал это, всегда делал. И, верно, именно благодаря его усилиям Майкл заговорил. Потому что, начав осваивать речь очень рано, в семимесячном возрасте, потом мальчик вдруг замолчал - замолчал почти на три года, начав вновь пытаться разговаривать только в три с половиной года.
Вспомнив о детстве, об отце, Блейд невольно вспомнил и их мачеху, которая слишком быстро ворвалась в их жизнь, придя на смену сгоревшей от онкологии матери. При мыслях об этой женщине рука Блейда невольно сжалась с такой силой, что зажигалка, которую он держал в ладони, треснула. Хорошо, хоть, что не взорвалась.
- Блейд, что случилось? - участливо спросил Майкл, встревожено смотря на брата.
- Ничего, - ответил блондин.
Усилием воли разжав кулак, он бросил треснувшую и уже бесполезную вещь на стол. Поменяв положение, Майкл пересел поближе к Блейду, взял его напряженную ладонь в свои.
- У тебя руки холодные, - произнёс брюнет.
- На улице холодно, - вздохнул Блейд и чуть прикрыл глаза. - Никак не могу согреться.
Майкл кивнул и потёр руку брата, после чего наклонился и подышал на неё, грея. Блейд слегка улыбнулся, это всегда так умиляло, не могло не умилять. Поведение Майкла, вообще, подходило скорее для ребёнка, нежели для взрослого парня.
- Нужно сварить кофе, - вздохнул Блейд.
Он заставил себя открыть глаза. Отчего-то, недолгая дорога домой оказалась безумно выматывающей, и парень ужасно устал, жутко хотел лечь и забыться, отдохнуть.
- Сварить тебе кофе? - спросил младший, заглядывая Блейду в глаза.
Блейд поджал губы. В такие моменты, когда вокруг никого не было, когда были только они вдвоём, Майкл казался таким нормальным, таким обычным, что его диагноз начинал казаться глупой шуткой или же страшным сном, но, стоило им выйти куда-то, оказаться в обществе других людей, как брюнет менялся до неузнаваемости. С одной стороны Блейда радовало то, что его брат мог нормально общаться хотя бы с ним, но, с другой, его больно резало по сердцу тем фактом, что лишь он может увидеть настоящего Майкла.
- Спасибо, я сам, - ответил Блейд.
Высвободив ладонь из рук брата, он подошёл к кофеварке, заправил её и включил, машина тихо загудела.
Сигналы готовности кофе и ужина прозвучали, практически, одновременно. Налив себе кофе в большую кружку, Блейд достал их ужин и, разложил пищу по тарелкам, поставил одну перед братом.
- Пахнет вкусно, - произнёс Майкл, принюхавшись.
- Упаковка обещает, что вкусно должно быть и на вкус, - ответил Блейд, нарезая лазанью и отправляя горячий кусочек в рот.
Он помолчал несколько секунд, затем добавил:
- Нужно будет на завтрак приготовить что-нибудь нормальное и полноценное, - он чуть поморщился. - Сейчас я не в состоянии долго готовить, но и питаться полуфабрикатами постоянно не хочется.
- Ты опять уедешь? - спросил брюнет, поднимая на брата взгляд.
- С чего ты взял?
- Ты всегда запасаешься полуфабрикатами, когда уезжаешь.
Блейд вопросительно посмотрел на брата, затем вновь опустил взгляд в тарелку. Он ответил:
- Нет, я не уеду, по крайней мере, в ближайшее время.
- Я не люблю, когда ты уезжаешь, - произнёс Майкл и потянулся рукой через стол, беря Блейда за руку.
- Я знаю, - вздохнул блондин. Ему сейчас не хотелось смотреть брату в глаза, благо, он этого не требовал. - Но иначе нельзя.
Майкл продолжал держать Блейда за руку, перебирая его пальцы. Одной рукой есть было неудобно, но блондин до последнего старался не говорить об этом.
- Ладно, - вздохнул Майкл и отпустил руку брата. - Ешь, не буду тебе мешать.
- И тебе тоже следует заняться этим же, - подметил Блейд. Он указал на брата вилкой и добавил: - Ты совсем худой.
- Ты тоже не толстый.
- Не толстый, - согласился блондин и отправил в рот новый кусочек пищи. - Но у меня есть мышцы, причём, отлично развитые.
Блейд не лукавил, при своей природной худобе он имел потрясающий рельеф тела, которое вполне могло помочь ему стать моделью, если бы парень не избрал для себя иной путь, если бы, с малых лет, у него не отбилось желание думать о подобных глупостях.
- Да, у тебя красивое тело, - согласился брюнет.
Он поморщился и добавил:
- Но, ты же знаешь, я не люблю спорт. Это совсем не моё.
- Помню, - кивнул Блейд, невольно вспоминая уроки физкультуры младшего брата и то множество перепалок и драк, в которые ему пришлось вступить, чтобы его защитить от одноклассников, которые не понимали его особенностей и страхов.
- Ты же не хочешь, чтобы всё опять было, как в школе? - спросил Майкл.
- Как в школе уже не будет, - ответил Блейд. - Сейчас, чтобы держать себя в форме, тебе нет необходимости выходить из дома - у нас есть множество тренажёров.
- Я подумаю над этим, - улыбнулся младший.
- Подумай, - кивнул Блейд. - Можем заниматься вместе.
- И тогда ты не будешь уезжать?
Внутри у блондина всё неприятно сжалось от этих слов. Он не рассказывал брату о причинах своих отъездов и отлучек, прекрасно понимая, что это совсем не та информация, которую ему стоить знать, совсем не те факты, что вознесут его в глазах Майкла. Но и отказаться от этого парень не мог. Потому Блейд просто молчал об истинных причинах своих путешествий и просто ставил брата перед фактом, полагая, что так он сможет уберечь его от лишних потрясений.
Когда еда закончилась, а чашка с кофе опустела, братья переместились в спальню Блейда. С собой блондин прихватил бутылку бренди. Напиваться он не собирался, но выпить бокал для того, чтобы расслабиться, ему было просто необходимо.
Блейд не спеша попивал бренди, Майкл лежал у него на плече, смотря телевизор. Не отрывая взгляда от экрана, брюнет положил ладонь брату на живот, начал неспешно выводить на тонкой ткани футболки витиеватые узоры, что отдавались ощущениям тепла на коже.
Поморщившись, Блейд втянул живот, «уходя» от прикосновений. Майкл выбрал для «рисования» слишком неудачную часть тела - низ живота, где прикосновения отзывались в теле соответствующей реакцией. А это было бы очень неуместно.
- Не надо, - попросил блондин, беря брата за запястье и мягко отстраняя его руку.
- Почему? - непонимающе спросил Майкл и снова вернул руку на прежнее место.
Объяснить это сложно, но попытаться было необходимо. Блейд ответил:
- Потому что, Мекки, такие поглаживания возбуждают. А, я думаю, нам обоим это не надо? - он посмотрел на брата.
- Это считается плохо? - спросил Майкл, он сел и взглянул на Блейда.
- Ты о чём?
- Ни о чём, - мотнул головой брюнет и улыбнулся.
Он склонился к брату и поцеловал в щёку. Блейд уже давно привык к подобным проявлениям любви от младшего.
Вздохнув, блондин встал и подошёл к окну, открыл его. Сунув в рот сигарету, он взял зажигалку, валяющуюся на подоконнике - как удачно он её здесь забыл - и подкурил, затягиваясь крепким дымом и медленно выдыхая его в прохладный ночной воздух.
Сзади незаметно подошёл Майкл и обнял Блейда со спины, прижимаясь всем телом.
- Я тебя очень люблю, знай об этом, - произнёс блондин после некоторого молчания.
Майкл угукнул ему куда-то в низ шеи. Блейд добавил:
- Но сейчас я хочу лечь спать. Я жутко устал.
- Я побуду с тобой, пока ты куришь, потом пойду к себе, - отозвался младший.