— Ты меня на слабо не бери, — нахмурился я. — За мной стоят люди, о которых мне надо заботиться, и рисковать ими ради левых авантюр я не согласен.
— Разве не в этом их задача — рисковать ради тебя?
— Но это не повод уходить в крайности, — ответил я. — Что принесет мне это дело кроме проблем и того самого статуса, который будет сильно ограничен моим происхождением? Да и статус… — поморщился я. — Ты вот можешь гарантировать, что меня не причислят к твоим… внештатным, скажем так, слугам? Или не привяжут к клану Кояма еще сильней?
— Хм… — задумалась она ненадолго. — А знаешь, смогу. Если ты согласишься, оставь это на меня. Придется, конечно, тряхнуть стариной и вновь окунуться в общественную жизнь, но ради такого дела можно.
Так, стоп. Если она сможет убедить людей, что я не принадлежу клану Кояма, то это, несомненно, стоит затраченных усилий. А ей придется убеждать народ именно в этом. Точнее, не так — просто подтвердить это, но из ее уст звучать подобное будет… монументально. Старая умеет припечатать словом.
— Если сможешь убедить общественность, что я сам по себе, то так тому и быть. Я поучаствую в твоем деле и помогу, чем могу.
— Договорились, — улыбнулась она, прищурившись.
Это будет сложно, плюс другие мои проекты, но если старуха не подведет, я буду как сыр в масле кататься в плюсах. Думаю, и она тоже, иначе зачем начинать? Вряд ли это такой хитрый план, только чтобы мне угодить.
На следующий день мне позвонил Кавагути Тадахару. Как я и предполагал, размышлять долго он не стал. Есть у него время или нет, но когда ты болеешь раком и уже успел похоронить себя, разделаться с этой проблемой хочется поскорее. И да — он согласился пойти ко мне. Не знаю, поверил он мне, что я договорюсь о его лечении вне зависимости от ответа, но рисковать, похоже, не рискнул. А может, он действительно не против иметь покровителя и работодателя в моем лице. Такое ведь тоже возможно. Пожалуй, я даже спрошу его об этом при встрече. В общем, пришлось вылавливать Мизуки и договариваться с ней о времени лечения, на что получил удивленную мордашку и слова: "да когда тебе удобней будет". Понятное дело, что я все-таки договорился об этом заранее, убедившись, что проблем у нее не будет, но ее слова мне, несомненно, понравились. Приятно знать, что у тебя есть такие друзья.
В общем-то, тянуть с этим я не стал, и уже на следующий день, сразу после школы — так как вечером у нас с рыжей опять намечался званный вечер — пошли лечить больного. Собственно, ровно до автостоянки школы и пошли, где нас дожидался заранее пришедший туда мужчина. Ну а само лечение прошло в моей машине. Мизуки просто взяла его за руку и засветилась легким зеленым светом, после чего на ее щеках проступили прожилки такого же, только более темного, цвета. И вот в таком положении они и просидели молча двенадцать минут.
— Фух, все, — произнесла Мизуки, когда перестала светиться. — В ближайшую неделю бахир не использовать, — сказала она Кавагути. — Рак не вернется, но бахир в теле должен… — замялась она, подбирая слова. — Должен улечься. Да и лично мой бахир должен выветриться. Иначе рискуешь остаться навсегда… ну, на каком ты там ранге, вот на нем и останешься.
— Благодарю, госпожа, — поклонился он сидя.
— Да я-то что? — хмыкнула она цинично. — Я бы и пальцем не пошевелила, если бы не Синдзи. Все, бывайте, мне еще в клуб надо забежать.
После того как за ней закрылась дверь, Кавагути произнес:
— Я ваш вечный должник, Сакурай-сан.
— Тебя подвезти до дома? — спросил я, будто не заметив его слов. — Мне все равно надо на базу, а это как раз по пути.
— Не стоит беспокоиться, Сакурай-сан — поклонился он. — Я доберусь своим ходом.
— Как знаешь, — улыбнулся я.
Не удивлюсь, если он просто хочет пройтись в одиночестве, осознавая, что болезнь ушла. А может, и в больницу заглянуть. Но делать это при мне — выказать недоверие.
В конце недели мне позвонил человек, которого я в свое время хотел, как и Святова, захомутать себе в гвардию, но, как и в случае Святова, все оказалось непросто. Так он последние полгода еще и в городе отсутствовал, в составе наемного отряда выполняя контракт в Малайзии. То есть это, конечно, секретная информация, но со мной он перед отъездом поделился инфой. Так что в час ночи, сразу после вечера у Акэти, где мне приходилось быть осторожным и скрываться от Торемазу, я отправился в бар "Серебряная гильза", где зависали в основном наемники.
— Ёхай-сан! — развел я руки в стороны, когда подошел к его столику. — Как же давно я вас не видел, демоны вас задери. Как все прошло? — присел я за столик. — Все нормально?
— Задание выполнено, — усмехнулся он, — потерь нет. Что еще надо скромному наемнику?
— Быть может, деньги? — усмехнулся я в ответ.
— С этим тоже все нормально, — кивнул он с улыбкой.
Ёхай Ёги — человек, которого сложно назвать красавчиком. И дело тут не в шрамах, просто ему не повезло при рождении. Мясистый нос, слишком высокие щеки, практически отсутствующий подбородок, губы, глаза… сама природа скомпоновала его физиономию так, чтобы даже беспристрастный человек не смог назвать его даже обычным. Что уж там говорить про красавца. И Ёхай знал об этом, нередко подшучивая над самим собой. Брюнет, к слову. А еще он был знаменит своим хобби. Этот тип просто потрясающе вырезал различные пейзажи и скульптуры из мыла. Бог его знает, почему именно из такого материала, но забабахав ему как-то свой собственный сайт, я сделал мужика довольно популярным в мире. В основном, конечно, в Японии, но и в других странах нашлись последователи.
Когда я с ним познакомился, Ёхай все еще был "ветераном", однако пару лет назад он смог преодолеть порог и стать "учителем". В сорок три года. Довольно неплохо для простолюдина, но в целом стандартно. Я не беру в расчет клановых Слуг и всяких там гениев, этим все-таки попроще, но в целом, сорок пять-пятьдесят — это и правда примерный стандарт для получения ранга "учитель" у простолюдинов. В основном, правда, из-за сложности обучения, а не из-за способностей, но тем не менее.
А еще у Ёхая довольно высокий статус… положение… чертова старуха, совсем меня запутала с этим. В общем, среди наемников Токио — да всей страны — у него очень хорошая репутация. Именно он в свое время помог Святову… скажем так, стать своим среди местной братии. Когда-то я очень сильно хотел, чтобы он работал на меня. Это желание и сейчас никуда не ушло, но все-таки поутихло. Ну или лучше сказать, я подуспокоился. Проблема в целом была одна — в отличие от Святова, Ёхай работал в команде. Не командиром, но и бросать своих соратников он не желал. Потом был инцидент с одним из контрактов — в тот раз его команда, почуяв проблемы, выплатила неустойку и свалила куда подальше. Узнал я об этом, когда они уже были в Токио, и меня сильно обеспокоило то, что сам Ёхай в тот раз остался с нанимателем. Он просто посчитал, что уходить будет неправильно. В общем, я ломанулся через полстраны, моля всех богов, чтобы успеть, но когда прибыл к особняку клиента, там уже шел некислый бой. Клиента мы так и не спасли. Да и самого Ёхая я вытащил оттуда еле-еле. Сейчас бы таких проблем не было, но тогда я был все еще слаб.
В общем, после того, как он залечил свои раны, тихо-мирно ушел из своего отряда. Если бы я набирал тогда людей в гвардию, был бы отличный шанс взять его себе, но — увы. Кто же знал, что этот этап моей жизни начнется так скоро? А еще через пару месяцев, уже будучи в нынешнем отряде, Ёхай сдал на ранг "учителя".
Кстати, а почему мы сейчас в "Серебряной гильзе", а не в "Лысом вороне"? Его отряд ведь там обычно зависает.
— Все нормально? — присмотрелся я к нему. — Что-то вы выглядите не слишком радостно.
— А, — махнул он рукой. — Просто неприятная ситуация во время контракта.
— Ну вы всегда можете пойти ко мне работать, — улыбнулся я. И получил примерно такой же ответ, как и много раз до этого: