Сиэкт скрестила руки.
- Они не доживут, а если и доживут, их никто не послушает.
- Почему?
- Никто не доверяет Забирателям или колдунам после того, что с ними сделал герцог.
Ондераан не возражал. Как и остальные, даже колдуны, которых мы спасли.
- Дураки вы, - сказала я. – Бросать рыбу, потому что вам нужна птица. Какая разница, поверят им или нет! Они услышат их истории, узнают, что происходят. Кто-то поверит. Вы никого не убедите, пока они не узнают, что происходит.
- А что происходит?! – сказал Джеатар с лестницы. Он выглядел уставшим, грязным.
- Вы вернулись! – обрадовалась я. Он видел, как это сработало в Гевеге. Он мог убедить их, что я права.
- Ниа уничтожила завод, - сказала Сиэкт. – К рассвету вся армия будет искать нас, если уже не ищут.
- Они уже там. Я едва успел пройти через врата, и их закрыли. Дым и огонь видно с пристани, - он подошел ко мне, поглядывая на встревоженных колдунов и Забирателей в углу комнаты.
- Он нас найдет, - сказала Сиэкт. – Все сопротивление. Мы в опасности.
- Мы и раньше были в опасности.
- Тогда мы сразимся, - сказала я.
- Сразимся? – сказала Сиэкт. – Он отправит за нами не обычных солдат. Он отправит Бессмертных. Ты хочешь с ними бороться?
Я улыбнулась.
- Я бы предпочла бороться. Так проще победить.
Все смотрели на меня, как на сумасшедшую, кроме тех, кто знал меня. Они улыбались.
- Ты с ума сошла.
Джеатар вздохнул.
- Нет, Сиэкт, просто она умнее, крепче и живучее тебя.
Но Тали была не такой. Герцог мог послать за мной всю армию, но ее было проще найти.
- Джеатар, если Бессмертных пошлют за нами, значит, лагеря Забирателей без охраны? Или слабо защищены?
Он вскинул брови, казалось, что он пытается не смеяться.
- Ты не серьезно.
- Мне нужно забрать сестру.
Он сухо рассмеялся.
- Нет, туда не попасть. Лагеря за стенами, никто не пройдет сейчас врата, - он указал на нашу форму. – Они видели форму, так что их не обмануть, они будут проверять каждого солдата, чтобы убедиться, что это солдаты.
- Она даже это испортила, - добавила Сиэкт.
- Попытаемся выжить, - сказал Ондераан. – Мы можем собрать поддержку. Люди уже злые, и когда герцог начнет стучать в двери и вытаскивать невинные семьи для допроса, многие присоединяться к нам.
Сиэкт покачала головой.
- Эти методы не сработают. Мальчик прав насчет атаки. Нужно воспользоваться шансом и убить герцога.
- Это начнет войну.
- Если будет война, - сказала я, - мне нужно забрать Тали. Она в большей опасности, чем мы.
Ондераан взглянул на меня.
- Твою сестру зовут Тали?
В его глазах было узнавание, словно он понял то, от чего я отказывалась неделями. Мои ладони стали холодными. Я не хотела отвечать на этот вопрос. Я не хотела признавать правду.
- Да, - прошептала я.
- Святые, вы – дочки Пелевена?
Я кивнула.
Ондераан вдохнул, а потом протянул ладони.
- Он был моим братом, - тихо сказал он. – Я – твой дядя.
ДВАДЦАТЬ ДВА
- Нет, - сказала я. – Мой отец не был басэери, - я не была басэери.
Ондераан улыбнулся.
- Его кровь была, даже если он так не думал. Он любил Гевег.
- Это невозможно.
Айлин взяла меня за руку, Данэлло – за другую. Они молчали, но крепко держали. Джеатар смотрел на меня, раскрыв рот. Как и все.
- Ты – Эналова? – спросил Джеатар.
- Я - д’Эналова. Это другое.
Ондераан печально улыбнулся.
- Нет. Пелевен думал, что гевегская версия скроет их, но я думаю, что он сделал это для Риассы.
Мамы.
- Думаешь, Тали с Бессмертными? – сказал он.
- Да. Вианд схватила ее, но мы не нашли ее с другими Забирателями на заводе. Она не может быть в другом месте, - если герцог не забрал ее пытать за мою беспечность.
- Мне очень жаль.
Как и мне. Я пыталась игнорировать потрясенные взгляды окружающих, но они резали меня ножами, вскрывали правду, которую я не хотела знать. Ондераан был мне родней. Родней из Басэера. У меня была кровь басэери, как и у отца. Но во мне была и гевегская кровь матери. Какой я становилась?
- Джеатар, - сказал Ондераан, - что мы можем сделать?
Сиэкт обрела дар речи:
- Вы отказались действовать против герцога, но сделаете это ради племянницы, хотя вы даже не встречались?
- Я встречал их. Я думал, что они умерли с братом. Я не видел Нию после того, как папу убили.
- Сорилль, - прошептала я. Дед умер в Сорилле со многими из консорциума пинвиума.
Сиэкт кивнула.
- Да, Сорилль. Что твоя семья там делала? Тысячи умерли, потому что они отказались действовать. Хочешь повторить их ошибку?
Я подняла голову. Что моя семья делала в Сорилле?
Джеатар шагнул к ней.
- Эналовы не виноваты в том, что случилось в Сорилле.
Она не отпрянула, не двигалась.
- Они разозлили герцога. Они отказались от него…
- Хватит! – Ондераан разнял их. – Мы здесь не для обсуждения истории.
- Это для тебя история, - сказала Сиэкт. – Два брата, борющиеся за трон.
- Три, - сказал Джеатар. – Было три брата.
Она нахмурилась.
- Беспаар не считается, у него не было шанса.
- Герцог убил его.
- Потому что он прятался в Сорилле, - Сиэкт провела ладонями по волосам.
- Это безумие. Оба брата герцога мертвы, трон у него, мы спорим о том, что уже не важно.
- Конечно, важно, - сказал Ондераан.
- Вам, в этом и проблема. Мы просто хотим, чтобы герцога не было, и его место занял кто-то новый. Вы хотите исправить ошибки прошлого. Это не исправить, Одераан.
- Это месть? – тихо спросила я.
Сиэкт посмотрела на меня, словно не была уверена, что делать.
- Вопрос в том, что правильно.
Я рассмеялась и опустилась на ближайший стул, она растерялась.
- Правильное делать непросто, поверьте. Ты думаешь, что ты прав, а потом теряешь мысль, а вокруг все в крови и смертях. Делать плохое ради хорошего не выйдет.
- Ты поймешь, когда подрастешь.
- Если вы начнете войну, то я не подрасту.
Она ощетинилась.
- Ты сама ее пытаешься начать.
- Сиэкт, хватит, - сказал Джеатар. – Что сделано, то сделано, нам нужно с этим справляться. Данэлло прав, герцог отвлечен, и это нужно использовать. Связаться с нашими людьми, разместить их, дотянуться до тех, кого не убедили. Добраться до членов суда. Рассказать им, что случилось, что сделал герцог. Святые, возьмите себе кого-то из этих колдунов, если нужно.
- Вы не можете нас использовать, - сказал Сорг. – Мы не будем пленниками.
- Попросите колдунов помочь. Или сами расскажите их истории.
- Слушайся его, Сиэкт, - тихо сказал Ондераан. – Собирай людей. Готовьтесь к грядущему. Может, это улучшит ситуацию.
Она замешкалась, поглядывая на Джеатара, но покачала головой.
- Добра из этого не будет. Ты подвел нас, Ондераан, как и твой законный наследник. Делай, что хочешь, но я больше за тобой не пойду. Если бы ты меня слушал, мы бы использовали этот шум и напали бы. Но ты не хочешь, и мы вряд ли переживем ночь. Мы справимся своим способом, - она прошла мимо Джеатара и поднялась, за ней пошел один десяток людей, потом другой. Несколько осталось.
- Нам остановить их? – спросила Айлин.
- Пусть идут, - сказал Джеатар, опередив Ондераана. – Это не важно, - он вздохнул и сел.
- Простите, - сказала я, мне было плохо. – Я хотела помочь.
- Знаю, - сказал Ондераан, Джеатар не ответил. – Этого не должно было случиться. Сиэкт не умеет терпеть, она почти каждый день пыталась разозлить меня. Она готовила остальных к бою. Ты им это дала.
- Надоело сражаться, - сказал Джеатар. Огонь в его глазах пропал. Он выглядел печальным, уставшим. Подавленным.
Глаза Ондераана расширились, он подошел к нему.
- Не сдавайся. Все почти закончилось.
- Но не так, как мы надеялись. Басэер горит, Гевег на грани восстания, Верлатта голодает в осаде герцога, - он махнул в сторону лестницы. – А если она сможет убить его, все три города пострадают еще больше. Постоянные нападения, борьба за власть. Будет хуже, чем когда… - он вздохнул и покачал головой. – Я устал от этого. Хватит.