— Это очень щедрое предложение. Если я приму его, смогу ли редактировать книги, не связанные с вашей компанией, я имею в виду, выполнять работу, которая не будет помехой моей работе здесь.
— Нет. Вы будете работать на нас, и вся ваша работа будет проходить через нас.
— Понятно, — говорю я. — Спасибо за ваше предложение. Думаю, мне понадобится немного времени, чтобы все обдумать.
Я встаю, Макс следом за мной, а затем и Джолин.
— Если вам предложит работу кто-то еще, обязательно вернитесь ко мне и сообщите об этом предложении, — она протягивает руку и пожимает сначала мою, а потом руку Макса.
— Спасибо.
— Спасибо, — говорит Макс, и мы уходим.
Мы выходим на улицу, и я делаю глубокий вдох.
— Вау, — говорю я, обращаясь к Максу, пока мы возвращаемся в наш номер в отеле.
— Как ты к этому относишься? — спрашивает он.
— Честно говоря, мне было довольно трудно слушать комплименты. И ее предложение было хорошим.
— Просто хорошим?
Я пожимаю плечами, когда мы идем по тротуару.
— Она предлагает на десять процентов больше того, что я зарабатываю сейчас, и я не смогу брать какую-либо дополнительную работу лично для себя. Поэтому, думаю, что, в конце концов, заработок получится меньше, чем я зарабатываю сейчас.
— Я чувствую одно «но».
— «Но» — это то, что я буду заниматься любимым делом. И тем, к чему, по ее мнению, у меня есть талант.
— Тогда попроси больше денег.
— Я не могу.
— Пойдем выпьем кофе. Или, в твоем случае, горячий шоколад, — Макс указывает на небольшой буфет и открывает для меня дверь. Мы находим столик в задней части, и пока Макс идет к прилавку, чтобы заказать наши напитки, я сижу и смотрю на город.
Сегодня субботнее утро, и улица выглядит переполненной людьми, снующими повсюду. Пока жду Макса, размышляю о том, смогу ли я переехать сюда. Очевидно, что возможностей здесь больше, но смогу ли я на самом деле собраться и оставить единственную семью, которую знаю, и переехать?
— Пенни за твои мысли, — говорит Макс, ставя на стол кружки на вынос. — У них нет зефира.
Я смотрю на него так, будто он говорит на иностранном языке.
— У кого нет зефира для горячего шоколада? — спрашиваю я, забирая чашку и дуя в нее, прежде чем отпить. — Я думала о том, что Джолин предложила мне работу здесь, в Нью-Йорке. И задалась вопросом: смогла бы я на самом деле переехать?
Лицо Макса не дрогнуло, хотя уверена, что он не был счастлив услышать это.
— Смогла бы? — спрашивает он, размешивая свой кофе.
Я качаю головой.
— Потому что здесь очень суетливо?
Я снова качаю головой.
— Нет, хотя я не очень заинтересована тем, каким беспокойным все тут кажется. Я имею в виду, что мы в буфете всего пару минут, а я уже устала смотреть на то, как все торопятся. Но нет, это не та причина.
— Тогда в чем причина? — он поднимает кружку и пробует свой кофе. — Боже, он отвратителен.
Я улыбаюсь и затем отвечаю.
— Потому что у меня никогда не было семьи. А сейчас, когда она у меня есть, я не хочу ее отпускать. У меня есть Шейн, Лиам и ты.
Макс наклоняется и накрывает мою руку своей.
— Спасибо, — говорит он.
Я улыбаюсь ему и поворачиваюсь к окну, чтобы наблюдать за суетой города, который никогда не спит.
Немного вздремнув после обеда, я понежилась в ванной в нашем номере. Макс спустился вниз, потому что ему «нужно кое-что сделать» и сказал, что вернется через час или около того. Воспользовавшись этим, я приняла ванну.
Вернувшись, он был необыкновенно тих, сам на себя не похож. Но я не приставала к нему в попытке выяснить, в чем дело. Изучив Макса, я знала, что он бесподобен в общении, и если ему нужно что-то сказать, то он скажет. Подталкивание его сказать мне, что случилось, приведет к тому, что он скажет, что с ним все в порядке.
— Пошли, мы опаздываем, — говорит он. Я выхожу, и глаза Макса загораются, когда он видит меня. — Ты прекрасна, — он подходит ко мне, выглядя достаточно изысканно в своем сшитом на заказ костюме.
— Спасибо.
— У тебя есть пиджак или кардиган, который можно взять с собой?
Я надела черные брюки, туфли на низком каблуке и топ, который Шейн убедила меня купить, потому что он «выглядит на тебе очень горячо». Это черный корсет с красной лентой.
— Да, подожди, я возьму его.
Я надеваю его и возвращаюсь к Максу.
— Ты уверен, что я хорошо выгляжу?
— Ты выглядишь намного лучше, чем просто хорошо, — он наклоняется и целует меня в губы. — Давай, Снежинка, пойдем.
— Куда мы идем? — спрашиваю я, когда мы входим в лифт и спускаемся вниз.
— Я не могу сказать этого, но тебе понравится.
Он выводит меня через центральный вход, и мы переходим улицу, где нас ожидает конный экипаж. Человек в цилиндре и костюме держит дверь кареты открытой.
— Добрый вечер, мистер Стерлинг, мисс Андерсон. Я надеюсь, вам понравится Центральный парк.
— Центральный парк? — визжу я от восторга, слегка подпрыгнув, чтобы забраться в карету.
— Центральный парк, — подтверждает Макс, забираясь в карету и садясь рядом со мной.
Поездка начинается, и мои глаза широко открыты, пока я осматриваю все достопримечательности. Внешняя петля Центрального парка безумно захватывающая. Я чувствую себя принцессой, когда Макс наливает нам шампанское, а лошади рысью бегут вперед в своей величественной красе.
— Я никогда не видела ничего подобного прежде, — говорю я в восхищении.
— Это самое прекрасное зрелище, которое я когда-либо видел, — я поворачиваюсь, чтобы увидеть, на что смотрит Макс, и это я. — Я хочу сказать тебе кое-что, Лили. И хочу сказать тебе это сейчас, потому что так я буду знать, что ты запомнишь это до конца жизни.
— Что?
— Я люблю тебя. Думаю, что полюбил тебя с того момента, как впервые увидел, а, возможно, даже и раньше. Ты совершенна, прекрасна и уникальна. Точно так же, как снежинка, — я провожу рукой по его щеке, чувствуя пробивающуюся щетину. Я открываю рот, но Макс поднимает руку вверх. — Пожалуйста, не говори ничего. Я просто хочу, чтобы ты знала, что я чувствую, — он наклоняется и нежно меня целует.
Я понимаю, о чем он говорит. Он знает, что я через многое прошла и понимает, что я не готова сказать эти три важных слова. Потому что, как только я скажу это, то это на всю оставшуюся жизнь.
— Спасибо, — шепчу я.
— Мы идем в театр смотреть «Матильду», а потом я приглашаю тебя на ужин. (Примеч.: «Матильда» — мюзикл, основанный на сказках Роальда Даля).
— Это будет не слишком поздно?
— Это не школьный вечер, — он усмехается и целует меня в висок.
Я облокачиваюсь на Макса, наблюдая за городом, и знаю, что я счастливее, чем когда-либо была.
Глава 39
— Лили, — Питер вызывает меня в свой кабинет.
— Питер, я нужна тебе?
— Два вопроса. Ты приняла решение по поводу Нью-Йорка? И еще, внизу стоят два полицейских, которые хотят встретиться с тобой.
Холод мгновенно окутывает меня, и неожиданно я чувствую себя плохо.
— Что? — говорю я, быстро отступая и прижимаясь к стене.
— Боже мой, Лили. Присядь, — говорит Питер, выбегая из-за стола и помогая мне сесть на стул напротив него. — Хочешь воды?
— Полиция? Почему они здесь? О, Боже мой, Макс, мне нужно позвонить ему и убедиться, что все в порядке. И Шейн, и Лиаму, — я начинаю паниковать, не могу поверить в то, как бурно реагирую.
— Успокойся. Все в порядке. Я могу позвать их и побыть здесь с тобой.
Я решительно киваю головой, не в состоянии что-либо сказать. Питер обходит стол вокруг и берет телефонную трубку.
— Дейл, внизу возле касс стоят двое полицейских, которым нужно поговорить с Лили. Не мог бы ты пойти позвать их и принести бутылку воды? В моем холодильнике нет ни одной, все закончилось, — он слушает секунду, а затем добавляет, — через минуту.