– Согласен, но лорд Эвиас отдал приказ. Видимо, у него есть некая причина не вовлекать в это наш клан.
– Но мы уже вовлечены. Дэкер украл ребенка, потому как считает, что у нас есть то, чего он жаждет.
– С этим я тоже согласен, и все же Эвиас дал четкое указание: оставаться на месте и не вмешиваться. Значит, у него на это есть свои причины.
Дрантос больше не мог сидеть, поэтому встал и начал расхаживать по комнате.
– Видимо, Эвиас по-настоящему зол на Дэкера.
– Это понятно. Дэкер пытается воспользоваться его слабостью. И тебе следует называть его, используя титул.
Дрантос остановился, и уставился на своего отца.
– Для меня он всегда будет просто Эвиасом.
– Гар-ликаны серьезно относятся к таким вещам, сын. Это их образ мышления.
– Когда-то мы были друзьями.
– Помню. Но все это происходило до того, как он бросил вызов своему отцу и стал лидером гар-ликанов.
– Какая разница?
– В наших жилах течет кровь вампиров. И горгульи никогда этого не забудут. Может, мы и союзники, но это далеко не значит, что его народ поддерживает это решение. Некоторые могут усомниться в его беспощадности, если Эвиас будет как-то выделять тебя и Крэйвена.
– Это все дерьмо.
– Ты не знаешь их так, как я.
Дрантос учился у своего отца.
– Правильно, ведь перед тем как ты взял пару, у тебя была любовница гар-ликан, верно?
– Да. От нее я многое узнал про их народ. Она очень боялась, что кто-то из ее людей узнают о нашей связи. Такие отношения находились под строгим запретом.
– Но ведь гар-ликану можно брать в любовницы вамп-ликана.
– Мужчинам. Но не их женщинам. То, что ее клан мог как-то узнать о наших отношениях, приводило ее в полнейший ужас, – Велдер пожал плечами. – Да и длилось это всего неделю, но было незабываемо. Она оказалась очень сладкой. Ее мать была ликаном, а отец горгульей.
– Как я понял, она унаследовала черты матери?
Его отец замялся.
– Внешностью она пошла в отца – у нее были такие же крылья. Но внутри женщина оставалась ликаном. Ей приходилось скрывать это от своего родителя. Для них эмоции – это дефект. У меня сложилось впечатление, что вся ее жизнь походила на нескончаемую борьбу, потому как она порой испытывала слишком много чувств.
– Неудивительно, что женщина взяла в любовники вамп-ликана.
– Она рассказывала, что ее отец нашел ей пару в их клане. Дочери гар-ликанов не имеют права выбирать, с кем быть в паре.
– Это огорчает. И как тогда найти истинную пару?
– По идее они должны игнорировать свою часть ликана.
– Черт, – Дрантос откинулся в кресле.
– Да. Она не хотела, чтобы ее первый любовник был таким холодным. Это все с ее слов. Их клан славился своей строгостью. Ты бы видел, как она одевалась. Все ее тело ниже шеи обязательно скрывалось одеждой. Пары должны были спать в разных спальнях, а разделять кровать, только когда собирались заняться сексом. После этого мужчины сразу удалялись. Они часто ограничивают своих женщин, и им запрещено прикасаться к своим мужчинам. В противном случае, это будет считаться грубостью. Гар-ликаны используют титулы даже в кругу семьи. А если не указать его при обращении, это будет считаться проявлением неуважения. Единственное исключение – это пары, и то, лишь в приватной обстановке.
Дрантос попытался представить себе все это, но не у него ничего не получилось.
– Сейчас я рассказал только про отношения между парами гар-ликанов. Теперь представь, насколько они отдалились от понятия дружбы. Тот факт, что ты – вамп-ликан, и их лидер проводит с тобой время, заставил бы некоторых из этого клана нервничать. До сих пор они поддерживали союз между нашими людьми, но это не значит, что они считают нас равными. Не думаю, что они когда-нибудь изменят свое отношение.
– Да я уже почти жалею Эвиаса.
– Когда гар-ликанами еще правил лорд Аботорус, мне пришлось пересекаться с ним по неким деловым вопросам, – Велдер сделал небольшую паузу. – Холодный, как лед. Он обращался к своему сыну только с презрением, часто приводил на собрания молодого Эвиаса и показывал, как вести с нами переговоры. Для меня не стало сюрпризом, что, когда мальчик превратился в мужчину, Эвиас бросил отцу вызов. Когда Аботорус смотрел на своего сына, я не видел в его взгляде ни сострадания, ни любви.
– Как же я рад, что у нас не такие отношения.
Его отец фыркнул.
– Наши взгляды на некоторые вещи тоже расходятся.
– Тем не менее, я уважаю тебя и люблю. И никогда бы не бросил тебе вызов. Ты – мой отец.
– Я тоже тебя люблю. Мы показываем наши эмоции, и только «за» теплые взаимоотношения внутри семьи. Гар-ликаны на нас совсем не похожи.
Неожиданно дверь распахнулась, и в комнату вошла мать Дрантоса. От ее сурового взгляда, мужчина немедленно вскочил на ноги.
– Что случилось?
Крэйла посмотрела на него, а затем обратила все свое внимание на Велдера.
– Вам нужно быстро собрать стражей и бежать к поляне на северо-западе. Это тот небольшой луг, на котором летом расцветают желтые цветы. Вы знаете, где это место, – далее женщина посмотрела на Дрантоса. – Я дала согласие Дасти попытаться спасти девочку. Лаки должен доставить ее туда в ближайшее время. Поэтому поспешите. Дасти ждет помощи.
Дрантос, казалось, обезумел. Он взревел, когти резко выросли из кончиков пальцев, а клыки болезненно прорезали десна.
– Она сознательно пошла на риск, – спокойно заявила его мать. – Дасти желает доказать, что достойна жить в этом клане с вамп-ликаном. Ты проявишь уважение к ее выбору, даже если не согласен. Она – женщина, а значит, одна из моих подопечных. Верь в ее способность преодолеть это испытание.
Но Дрантос уже ничего не слышал. Он стал изменять форму, быстро двигаясь по направлению к двери. Отец бросился следом, попутно проклиная все на свете.
Ему нужно было добраться до Дасти, прежде чем Дэкер поймет, что ошибся сестрой.
Неожиданно кто-то подкрался к Дасти со спины и схватил за плечи.
– Она у меня.
Голос принадлежал молодому мужчине. Дасти бы просто ахнула, но она же играла Бэт. Ее сестра бы взбесилась, если бы кто-то так нагло к ней прикоснулся. Поэтому она резко обернулась и ударила парня.
– Убери от меня свои руки, подонок! Какую часть из «я – адвокат» и «катись в ад» ты не понял? Я сыта по горло тем, что ты без конца меня лапаешь, – Дасти снова ударила мужчину, и тот отпустил ее, отступая назад.
– Теперь ты в безопасности, Бэтина.
Дасти стиснула зубы и повернулась обратно. Ее дед, приближаясь к ней, быстро шел через поляну.
– А я-то еще считала ужасным Лос-Анджелес.
Женщина опустила руку и пригладила рубашку, стараясь двигаться, как если бы являлась Бэт. А заодно и сместила руки поближе к пистолету, спрятанному в нижнем белье. Оружие немного съехало, и рукоятка или барабана, больно впились в ее бедро.
– Ты должен позвонить в полицию и ФБР! Дасти похитила кучка сумасшедших лесорубов, и я понятия не имею, куда они ее отвезли. А последней каплей стала эта ужасная одежда, которую они мне дали. Мой костюм уничтожен, и я не знаю, где мой багаж... – она фыркнула. – И еще эти придурки сломали мой телефон!
– Все будет хорошо, Бэтина. Теперь я с тобой.
Дасти повернула голову и бросила злобный взгляд на темный силуэт отморозка ее деда.
– Отвали, дикарь.
Парень отступил, а Дэкер подошел ближе.
– Позволь мне на тебя посмотреть.
Женщина вновь обернулась к деду.
– Разве у людей, которые пришли с тобой есть фонарики?
– Найдите мне один, – приказал Дэкер. – Она ничего не видит, – и взял ее за руку.
Дасти испытывала огромное желание отдернуть ту обратно, но понимала, что этим выдаст свое отношение к нему, как к плохому парню. Поэтому она еще крепче обхватила его ладонь.
– Что, черт возьми, происходит? Что это за ребенок? Большое спасибо, что спас меня.
Дэкер принюхался. Она понадеялась, что он уловил только аромат Дрантоса.