Присоединил: ни в сей век, ни в будущий, чтобы показать, что хула на Бога есть величайшее и страшное преступление, и что некоторые люди наказываются и здесь, и там, как содомляне и иудеи. О содомлянах мы сказали в одиннадцатой главе; а иудеи и здесь потерпели наказание, когда злосчастно были осаждены римлянами, и там потерпят еще больше. Некоторые наказываются только здесь, как известный коринфский кровосмесник, преданный сатане. Некоторые только там, как известный богач, страждущий в огне. Некоторые, наконец, ни здесь, ни там, как апостолы, пророки и Иов; то, что они претерпели, было не Божие наказание, а подвиги и борьба. Итак, это — угроза тем, которые остаются нераскаянными; а тем, которые каются, разумеется, даруется прощение и здесь, и там. И многие из согрешивших в то время подобным образом, но впоследствии уверовавших, получили прощение во всем.
Стих 33. Или сотворите древо добро и плод его добр: или сотворите древо зло и плод его зол: от плода бо древо познано будет. Сотворите вместо — назовите. Опять упрекает их за то, что обвинения их противоречивы и противоестественны. Так как они не осуждали самого изгнания бесов, — хотя были и слишком бесстыдны, — а порицали изгоняющего, то приточно обличает их в том, что дело они считали добрым, а совершающего это дело — злым; это противоречие и бесстыдство.
Деревом, конечно, называет Самого Себя, а плодом — Свое дело, — и как бы так говорит: или назовите делающего — хорошим, и дело его хорошим, или — делающего худым и дело его худым. По делу своему узнается делающий: по хорошему — хороший, по худому — худой. В седьмой главе Он показал, что хорошее дерево не может приносить худых плодов; равным образом, худое дерево не может приносить хороших плодов.
Стих 34. Порождения ехиднова, како можете добро глаголати, зли суще… Не удивительно, если вы произносите такую хулу. Будучи злыми, вы не можете говорить хорошего. Затем и естественным образом доказывает, почему они не могут.
Стих 34. От избытка бо сердца уста глаголют. Когда сердце преисполнено злобы, то от избытка ее по необходимости изливается зло, т. е. злая речь. Подобно тому как изрыгающие вначале усиливаются удержать вырывающуюся мокроту внутри, но когда внутренность переполняется, они пересиливаются и извергают избыток ее, так точно и питающие в себе злые помышления. Называет их ехидниными порождениями, как и Иоанн Креститель в третьей главе (7 ст.). Там же найди и объяснение этого.
Стих 35. Благий человек от благаго сокровища износит благая: и лукавый человек от лукавого сокровища износит лукавая. Здесь показывает, что от избытка сердца говорят уста не только злых людей, но и добрых. Сокровищем называет избыток и источник добра и зла; благая и лукавая, т. е. добрые и злые речи.
Стих 36. Глаголю же вам, яко всяко слово праздное, еже аще рекут человецы, воздадят о нем слово в день судный. Праздным называет исполненное клеветы и лжи, или излишнее и вредное; а словом — оправдание и обвинение. Немаловажным средством к исправлению служит не только оправдание и обвинение, но и угроза, — что часто Он делает.
Стих 37. От словес бо своих оправдишися и от словес своих осудишися. За добрые будешь оправдан, а за злые — осужден.
Стих 38. Тогда отвещаша нецыи от книжник и фарисей, глаголюще: Учителю, хощем от Тебе знамение видети. Когда следовало бы преклонить голову, когда надлежало исполниться удивлением, они все-таки остаются бесстыдными; Кого по безрассудной дерзости недавно называли имеющим беса, теперь льстиво называют Учителем, и после стольких чудес желают видеть знамение, конечно, не с целью уверовать, а поставить в затруднение Господа. Не будучи в состоянии возражать Ему, так как Он всегда легко изобличал их, они переходят к делам. Лука (11, 16) говорит: друзии же искушающе, знамения от Него искаху с небесе. Они предполагали, что земные знамения Он совершал волшебством, а знамения с неба, конечно, не может совершить, не будучи Богом. И в другом случае они говорили: несть Сей от Бога Человек (Ин. 9, 16).
Стих 39. Он же отвещав рече им: род лукав и прелюбодей знамения ищет… Пока они поносят Его, Он кротко беседует с ними, а когда льстят, отвечает сурово, так как ни побеждается гневом, ни смягчается лестью. Порицает их за лукавство предков, как достойное порождение. Лукавым назвал род их, как издревле неверный и искушающий. И Давид сказал: и не вероваша чудесам Его (Пс. 77, 32), и опять: и искусиша и преогорчиша Бога Вышняго (ст. 56). Назвал прелюбодейным родом за отпадение от Бога предков, которые некогда оставили веру в Бога и прилепились к демонам. Св. Писание Ветхого Завета и идолослужение называет прелюбодеянием, — что часто можно находить в книгах пророков.
Стих 39. И знамение не дастся ему, токмо знамение Ионы пророка. Не дастся, потому что он ищет знамения не по вере, а по лукавству, искушая. Но зачем Он впоследствии сотворил знамение? Сотворил, но не для них, потому что они были ослеплены, а для пользы других. Знамением пророка Ионы называет Свое Воскресение из гроба после трех дней и трех ночей. Об этом предсказывает, чтобы после Воскресения иудеи вспомнили, что Он предсказал и Воскресение, с точностью обозначив дни и ночи Своего погребения. И действительно, впоследствии, когда Он находился во гробе, архиереи и фарисеи собрались к Пилату, говоря: господи, помянухом, яко лстец он рече, еще сый жив: по триех днех востану (Мф. 27, 62, 63). Воскресение Свое назвал знамением пророка Ионы — по сходству, которое и объясняет, говоря:
Стих 40. Якоже бо бе Иона во чреве китове три дни и три нощы, тако будет и Сын Человеческий в сердцы земли три дни и три нощы. Действительно, это было знамение, и знамение необычайное, так как никогда не бывало такого Воскресения из мертвых. Это знамение дано было неверующим иудеям, т. е. совершено было пред ними это чудо, чтобы они вполне уверились, что Христос есть Всемогущий Бог, — чтобы сама совесть жестоко мучила их, как всегда противящихся Богу, и подсказывала, что и в будущем их постигнут бедствия. Сердцем земли называет глубину ее, так как гроб был высечен в ее глубине. Пробыл под землею трое суток, чтобы все уверились, что Он действительно умер (Или: сердце земли — это гроб).
Стих 41.Мужие ниневитстии востанут на суд с родом сим и осудят его, яко покаяшася проповедию Иониною: и се, боле Ионы зде. С одной стороны, как Всеведущий, предсказывает их нераскаянность даже после такого Воскресения, с другой — устрашает их. Когда мы обыкновенно говорим, что тот или другой осудит нас на будущем суде, то, конечно, не в том смысле, что он будет судить нас, потому что Судьей всех будет один Христос, но в том смысле, что дела его, по сравнению с нашими, будут упрекать нас. Этому обыкновению следовал и Христос. Сказал: и се, боле Ионы зде, потому что Иона — раб, а Христос — Владыка; тот исшел из чрева китова, а Этот из ада; тот проведовал против воли, а Этот — добровольно; тот был пришлец, а Этот — сродник по плоти; тот предсказал разрушение, а Этот — Царство Небесное; тот не совершил никакого знамения, а Этот — бесчисленное множество; о том никто не предсказал, а об Этом — все пророки. Кроме того, ниневитяне были язычники, а иудеи воспитаны на Божественных Писаниях; те ничего не слышали от Ионы, кроме сего: еще три дни, и Ниневия превратится (Иона. 3, 4), и тотчас поверили ему и покаялись, а эти слышали от Христа все сокровища высшего любомудрия, и не верили Ему. Можно, конечно, найти и много другого большего, что имел Христос.
Стих 42. Царица южская востанет на суд с родом сим и осудит и: яко прииде от конец земли слышати премудрость Соломонову: и се, боле Соломона зде. Югом называет Эфиопию, которую третья книга Царств (10, 1) назвала Савою. Эта страна находилась на пределах вселенной, Сказал: и се, боле Соломона зде, потому что Соломон был царь одной Иудеи, а Христос — Царь неба и земли; тот беседовал о человеческой мудрости, а Этот — о Божественной. Показав, таким образом, путем сравнения чрезмерное лукавство их, предсказывает в притче бедствия, какие должны их постигнуть.